Гл ав а 2 соотношение духовного и телесного 4 страница

Конечно, все субъекты обладают свойствами, если смысл выражения «обладать свойствами» совпадает с тем смыслом, в котором предложения, имеющие (синтак­сическую) предикатную форму, выражают суждения о приписывании свойств. Такое утверждение не обязыва­ет нас предполагать, что выражение «обладать свойст­вами» не может использоваться в другом смысле. Так, когда мы говорим, что глаз обладает определенным цветом, мы используем глагол «обладать» в ином смысле, чем тогда, когда говорим, что глаз обладает не­которым заболеванием, обладает свойством вызывать у меня некоторые ассоциации или обладает определенным сходством с миндалем и т. п. Другими словами, совсем не обязательно отрицать альтернативные (и равноправ­ные) смыслы глагола «обладать» (и родственных ему выражений) и не нужно считать, что этот глагол может употребляться только в одном — сугубо предикатив­ном — смысле. Даже чисто синтаксическое приписыва­ние предиката F некоторому а (когда F и я выбираются из области идентифицируемых субъектов и предикатов) предполагает, что можно обосновать концептуальную уместность (некоторого рода адекватность) связи таких субъектов и таких предикатов. Так, наверняка неумест­но приписывать событию разрезания Джоном бифштек­са предикаты яркий, метеорологический, морфемный и т. п.

Такое приписывание является даже не ложным, а именно неуместным с точки зрения отношений между категориями. По существу, любая форма межкатегори­ального тождества влечет наличие явно выраженных концептуальных ограничений на приписывание предика­тов. Даже физикалисты, когда они пытаются устранить предикатную асимметрию, вынуждены принимать подоб­ные допущения. Именно поэтому Нагель утверждает, что предикат «быть оскорбительным» нельзя подходя­щим образом приписать собранию молекул как тако-

8 Дж. Марголис

вых. Но тогда аналогичный вопрос возникает и по отно­шению к предикату «обладание болью»: может ли этот предикат ß том же самом смысле, что и в примере Наге­ля, быть приписан телам? Отрицательный ответ на этот вопрос обусловливается крайне простой (предваритель­ной) причиной: предикат обладания болью может при­писываться только обладающим чувствами сущностям (животным или -личностям). Только существо, принад­лежащее к виду животных, способных испытывать боль, может в действительности обладать болью. Таким обра­зом, физикалист до тех пор не имеет права приписывать предикат «обладать болью» телам, пока он не докажет, что такое приписывание является концептуально (а не только синтаксически) уместным. Отсюда тривиально следует, что принадлежность к «одному и тому же [син­таксическому] типу» (а именно к предикатам) не дает достаточных оснований для утверждений о тождестве. Синтаксические соображения просто не имеют никако­го отношения к проблеме тождества. іНо самое интерес­ное здесь в другом. Дело в том, что чисто синтаксиче­ская характеристика предикации—или того, что выда­ется за чисто синтаксическое рассмотрение, хотя уже обогащено пониманием отношений между категория­ми,—не может разрешить фундаментальной проблемы о концептуальной уместности связи предикатов. В та­ком случае переход от субъектов к свойствам столь же мало подкрепляет позицию физикализма, как и анализ обладания определенными психическими и физическими состояниями.

Существуют и другие спорные вопросы. Человек мо­жет обладать воздушным шаром, и человек может об­ладать некоторым определенным ростом. В обоих слу­чаях глагол «обладать» используется предикативно, од­нако его смысл при этом существенно различен. Конеч­но, само это замечание как таковое не свидетельствует против (или в пользу) тезиса физикализма или теории тождества. Одно лишь указание на существование аль­тернативных способов «обладания» не оказывает решаю­щего влияния на рассмотрение интересующего нас во­проса. Так, сомнения в концептуальной уместности при­писывания телам предиката боли (и других психиче­ских состояний) не дают нам права считать, что припи­сывание свойств различного рода субъектам обязатель­но является концептуально неуместным, а также что

приписывания предикатов не могут выражать самые различные смыслы обладания субъектами теми свойст­вами, которые могут быть им приписаны. Однако для нас важен не столько вопрос о существовании различ­ных смыслов «обладания», сколько вопрос о том, мож­но ли употреблять глагол «обладать» в таком (не огра­ниченном только синтаксическими или формальными ха­рактеристиками) смысле, который позволял бы говорить о телах как о субъектах, обладающих психическими со­стояниями. Этот вопрос представляет собой концепту­альную или метафизическую, а не только синтаксиче­скую проблему.

На самом деле и события, и состояния можно трак­товать как единичности. При этом полностью сохраня­ются те преимущества, которые, как нас уверяют, мы получаем при переходе от субъектов к свойствам — от феномена боли к обладанию болью, от нервных возбуж­дений к испытыванию нервных возбуждений. Чтобы уловить смысл нашего предложения, достаточно обра­титься к рассмотрению события начала боли (облада­ния болью) и события начала возбуждения нервов (ис-пытывания возбуждения нервов). Этот маневр дает нам право считать, что существование различных смыслов глагола «обладать» и родственных ему выражений не наносит никакого ущерба тезису тождества или физи-кализму. В то же время не утрачивается и восстанов­ленная в пробном порядке симметрия пространственной локализации и т. п. (К тому же данный маневр позво­ляет описать неформальное отношение следования ес­тественного языка каноническим способом выражения, 'ставя тем самым традиционный вопрос об онтологиче­ских допущениях.) Однако в этом случае для последова­тельного проведения тезиса тождества придется прибег­нуть к использованию межкатегориальных тождеств. А это означает, что тезис тождества нельзя оправдать, основываясь только на симметрическом употреблении предикатных выражений. Следовательно, рассматривае­мая стратегия также не подходит для защиты тезиса тождества в его физикалистской интерпретации.

С другой стороны, принятие онтологии событий и со­стояний — и само по себе, и в связи с тезисом тождест­ва и физикализмом — вызывает новые трудности. Чтобы заметить это, достаточно рассмотреть тот факт, что мы •обычно стремимся предицировать соответствующие со-

.8*

бытии и состояния таким субъектам, как тела или личности, согласно приведенной выше гипотезе мы не имем права делать это¹. Здесь также полезно заметить, что зачастую нам приходится использовать самые раз-цдобрззные характеристики как самой боли, так и со­бытий начала боли или различных характеристик состояний боли. Если же события и состояния считаются в нашей онтологии неразложимыми единичностями, то обычные характеристики боли (противополагаемые ха­рактеристикам начала боли), по-видимому, окажутся не­приемлемыми; а если они все-таки и будут приняты, то это виовь отбросит нас к ранее рассмотренной асиммет-оии, которая, как мы уже видели, является камнем преткновения для программы физикализма. Мы можем сохр анить требуемую гибкость отношения референции и в.го же время избежать онтологических допущений, толь-ко рассматривая указанные сущности как подчи­ненные части целого, используемые исключительно для облегчения совершения некоторых грамматических дей­ствий-

Затруднения, связанные с использованием «собы­тий» ^и «состояний», имеют двойственную природу, поскоку и события, и состояния в грамматическом отно­шении допускают разные интерпретации: они могут рас­сматриваться и как предикаты, и как субъекты. При предикатной трактовке мы заходим в тупик, если ока­зывается, что физические тела не попадают в область расширения предполагаемых психических предикатов. ß.гаком случае чисто грамматическое «восстановление» предикатной симметрии не сможет дать нам тождества свойств и нам придется обратиться к разработке теории межкатегориальных тождеств. Следовательно, в тех случаях когда речь идет о межкатегориальных тождествах, рационально считать, что использование термина «об­ладать» и родственных ему выражений в предикатном смысле оказывает никакого влияния на истинность тезиса тождества или физикализма. Даже при наличии синтаксических признаков предикации получающаяся в таком случае формальная симметрия не разрешает во­проса, насколько концептуально уместно связывать не-

1 Так как в данном случае события и состояния сами тракту­ются в качестве базисных индивидов, то есть как исходные «коор-динатьі» любого приписывания предикатов. — Ред.

которые субъекты с определенными свойствами. По-ви­димому, там, где имеется синкатегорематический' эле­мент, внутренне присущий (далее неразложимым) ха­рактеристикам некоторых субъектов (событий или со­стояний) — например, состоянию-облаоаяия-болью и со­стоянию пребывания-в-нервном возбуждении N,— эта-симметрия не дает нам оснований судить о приемлемо­сти самого физикалистского тезиса. Однако это ни в ко­ем случае не означает, что отмеченные асимметрии ис­пользования глагола «обладать» и родственных ему вы­ражений или асимметрии пространственных и непрост­ранственных свойств сами по себе не влияют на возмож­ности физикализма. Наоборот, демонстрация того, каким образом такие асимметрии должны быть восполне­ны, является признаком силы межкатегориальных тео­рий. Короче говоря, в тех случаях, когда глагол «обла­дать» и родственные ему выражения функционируют предикативно, этот способ их функционирования совмес­тим как раз с теми асимметриями, которые признаются сторонниками теории межкатегориального тождества (w их оппонентами). В тех же случаях, когда глагол «об­ладать» и родственные ему выражения функционируют-синкатегорематически, такой способ употребления толь­ко затемняет соответствующие асимметрии. Следова­тельно, теории тождества, формулируемые в терминах событий или состояний, имеют тенденцию к маскировке ранее отмеченных трудностей, а не к разрешению их.

Приведенных аргументов, конечно, недостаточно для< опровержения теории тождества. Однако они показыва­ют, что стратегии, которые, как предполагается, долж­ны усиливать этот тезис, безнадежно слабы и практиче­ски не затрагивают тех вопросов, на которые они долж­ны были ответить (Марголис [1971а]). Следовательно,. отказ от теорий тождества, в частности отказ от приня­тия физикализма, сам по себе не влечет отказа от ма­териализма. Часто приходится встречаться с таким ар­гументом (Смарт [1963]): поскольку приемлемость ма­териализма во многом обусловлена соображениями он­тологической экономии (в противовес дуализму), тем самым повышается степень приемлемости теорий тожде-

В логике «синкатегорематическими» называют слова (или сим­волы), не имеющие значения без присоединения к «категорематиче-ским» (т. е. имеющим самостоятельное значение) словам (симво­лам).—Рео.

ства. Исходя из этого, дуалисты (Полтен.[1973])

•склонны думать, что отбрасывание физикализма или теории тождества влечет за собой принятие дуализма. 'Однако ни один из этих взглядов не является удовлет­ворительным. Для опровержения их достаточно рассмот­реть возможность последовательного материализма, от­личного от теории тождества. Одна из форм такого ма­териализма могла бы, например, содержать утвержде­ние, что композиция всего существующего (то, компози­цией из чего является все существующее) есть материя, но неверно, что все существующее есть физический или ^материальный объект и/или все существующие свойства являются физическими или материальными свойствами. Это рассуждение может быть проведено совершенно кор­ректно. Будем различать, как и ранее, онтологический и

•атрибутивный дуализм. Отбрасывание оптического.дуализма (картезианства) ведет не к теории тождест­ва, а к онтическому монизму. Допустим, что материа­лизм является наиболее приемлемой формой онтологиче­ского монизма. Когда же мы говорим об онтологическом монизме, то речь идет скорее о композиционном тезисе (Уиггинс [1967]), а не о тезисе тождества.

Таким образом, из утверждения, что все существую­щее является композицией из материи, вовсе не следует утверждение, что все существующее имеет только физи­ческие или материальные свойства. В такой форме это возражение бросает вызов физикализму, который, как мы можем теперь сказать, выступает в двух формах:

в форме теории тождества и в форме элиминативного материализма. Слабость элиминативного материализма состоит в трактовке ощущений, образов, мыслей и т. п. как чего-то нереального. Слабость теории тождества заключается в отсутствии методов, позволяющих уста­новить, что психические явления, будучи реальными, есть не что иное, как физические явления. Как мы уже Ц видели, употребление таких грамматических категорий, | как собственные субъекты предикации, не оказывает Î никакого влияния на онтологию, поэтому дуалисты не могут обратить преимущества такого употребления в свою пользу. С другой стороны, принятие такой точки зрения в полной мере свидетельствует против квантифи-

•.кационного критерия онтологических допущении (вопре-.,ки Куайну [1953]). Наши рассуждения призваны проде­монстрировать жизнеспособность нередукционистского

материализма. Возможность и ясность этой альтернати­вы—одной из некоторого множества—достаточна для? опровержения только что очерченных «автоматических» заключений. В частности, если концепция, которая ра­нее была названа нами эмерджентистским материализ­мом, является жизнеспособной, то нам не обязательно^ отбрасывать все возражения против физикализма и других вариантов тезиса тождества только потому, что-они могли бы угрожать материализму.

В своем месте мы исследуем возможности материа­лизма, не связанного с теорией тождества, элиминатив-ным материализмом и т. п. Однако в данный момент нам достаточно установить—вместе с дуалистами, эпи-феменоменалистами, параллелистами и т. п.,—что до' сих пор не существует варианта теории тождества, ко­торый предусматривал бы детально разработанную стра­тегию подтверждения (на философских или научных ос­нованиях—представим пока, что это не одно и то же) каких-либо предположительных тождеств типа тождест­ва духовного и телесного. Как только аргументы, под­держивающие монизм, явно отделяются от поддержки теории тождества, мы неизбежно приходим к рассмот­рению более гибких вариантов материализма. Однако' здесь все нужно начинать сначала.

Дата добавления: 2017-02-01; Просмотров: 36; Нарушение авторских прав?; Мы поможем в написании вашей работы!