С уважением, Войслав Маркович!

Возвращение.

(Вместо послесловия).

Итак, если для Эмиля история продолжалась и развивалась и самое интересное было впереди, то для меня все закончилось и жизнь потекла тихо и размеренно. После окончания всей этой войны все дневники, ранее попавшие в хранилище Эмиля, снова оказались у меня. С окончанием приключений вместе с наступившей скукой снова пришли и воспоминания о доме. Андрия! Как там она?! Как родные? Что, наконец, происходит в родном журнале? Очень жаль, что вернуться домой нет возможности. Эти мысли стали меня угнетать с новой силой, тем более, что уже наступал 1991 год, то есть, времени я здесь провел много. Наверняка, я уже считаюсь погибшим.

И именно в эти дни, когда Эмиль возобновил свои взаимоотношения с санчеллиной Вальпараиса, он же однажды вечером заявил, что скоро у него появится возможность вернуть меня домой.

«Я работаю над одним устройством. Если его несколько усовершенствовать, то из него можно сделать дверь в пространстве. Теоретически его можно настроить и для перехода в ваш мир, хоть барьер между нашими мирами и считается неприступным. Это делает затею опасной, ведь никто из штурмовавших его назад не вернулся. Для нас же с вами будет очень хорошо, если моя работа увенчается успехом.» - Сказал он.

«А если нет?» - Спросил я.

«Ну, нет, значит нет. Значит, вы пока поживете у меня.» - Пожал плечами он.

«А сколько продлится работа?» - Снова спросил я.

«Пока не знаю. Компьютер выдал результаты вычислений и пробный чертеж. На очереди – сборка пробной модели и испытания, а какой результат они принесут – пока неизвестно.» - Сказал Эмиль.

Я не стал больше у него допытываться, ожидая этих самых результатов. С месяц Эмиль не говорил ничего и вот однажды, когда мы снова были у Донато, то Эмиль, наконец, сказал: «Испытания прошли блестяще – я получил пространственную дверь. При наличии мощного источника энергии я теперь могу быть, где хочу. Но главное – барьер пройден, я видел ваш мир, самельер Маркович. Шокирует, но не более, чем были шокированы вы, когда увидели мой мир.»

«А ведь это считалось невозможным!» - Воскликнул Донато.

«Все возможно верующему. – Ответил Эмиль: - Впрочем, для всех прочих желательно, чтобы об

этом успехе не знал никто за пределами нашего с вами круга. Так что, пожалуйста, ни слова.»

«Хорошо, понял» - Ответил Донато.

«Через неделю будет готова модель, способная перебросить в пространстве человека и я, в принципе, могу вернуть наших пришельцев домой.» - Продолжал Эмиль.

«Рад это слышать.» - Сказал я. Меня переполняла радость от осознания того, что скоро я вернусь домой.

«Ну, мне и здесь хорошо. – Сказал Йованович: - В этом мире я почти натурализовался и уже сам имею некоторый доход. А дома? Я разведен и жил в одной квартире с моей бывшей половинкой и то и дело мне приходилось наблюдать, как Весна водит к себе очередных кавалеров. Признаться, не хочу возвращаться в эту клоаку – этот милый домик мне больше по душе.»

«То есть, ты остаешься здесь?» - Спросил я.

«Да, мне и здесь нравится. – Ответил он: - Ты можешь тоже, благо жилье у тебя получше моего.»

«Родной шалаш лучше чужого дворца.» - Сказал я.

«Значит, все определились. – Сказал Эмиль: - Через неделю, если все будет нормально, я совершу переброску.»

Я был вне себя от радости, но жаль было расставаться с Йовановичем, который был, все-таки, моим старым знакомым. Да и как объяснить всем, где же я был столь долгое время?! Ведь ясно, что если я расскажу мою историю начистоту и будьте уверены – меня сразу же упрячут в соответствующее лечебное учреждение с перспективой остаться там надолго. Нет, надо придумать что-то получше! Эти вопросы были единственным, что портило мое настроение, приподнятое после известия моего приятеля.

И вот, прошла неделя и Эмиль объявил, что аппарат готов, при этом он снова переспросил, действительно ли я хочу вернуться домой, так как Йованович тверд в своем желании остаться. Я подтвердил свое желание вернуться и попросил передать ему самые благие пожелания.

«В ближайшее время я вас переброшу, так что готовьтесь к возвращению домой.» - Сказал, наконец, Эмиль.

Поразительно, но за время своих экспериментов он добыл не менее сотни фотографий с видами из моего мира – из Италии, было и еще кое-что, так что тут же родилась легенда о моем пребывании в Италии во время моего отсутствия. И вот, настал день, когда Эмиль планировал «генеральную репетицию» для своего устройства. Я к этому времени уже собрал свои вещи и даже хотел вернуть переводчик Эмилю, но тот уговорил оставить его на память.

Наконец, настало долгожданное утро, когда Эмиль сказал, что для переброски все готово.

«Устройство установлено на машине, так что мы с вами прокатимся с комфортом. Я настроил его так. что мы приедем прямо к воротам вашего дома.» - Сказал Эмиль. Я с моим багажом пошел в гараж.

«Эта переброска – очевидное благо для вас и все же жаль с вами расставаться, ведь вы у меня столько времени пробыли, что я уже и привык к вашему присутствию.» - Сказал мой приятель, садясь за руль. Что я на это сказал – уже не помню.

Мы выехали из гаража и едва покинули двор, как последовал рывок… и мы очутились в Белграде, в паре кварталов от моего дома. Я указал моему приятелю дорогу к дому, не переставая удивляться точности, с которой Эмиль указал машине координаты места назначения в незнакомом ему мире. И вот, дом! Все здесь также, как было тогда, во время моего несостоявшегося отлета на Кубу. На меня нахлынули чувства. Эмиль помог мне выгрузить багаж.

«Ну, прощайте, самельер Маркович. Я буду скучать.» - Сказал Эмиль, после чего сел в машину и она тронулась, скрывшись за поворотом. Минуту я стоял, смотря ей вслед. Сколько временя я прожил в обществе этого человека! Этого не забыть никогда!

Наконец, я повернулся к дому. В окне появилась Андрия и когда она увидела меня, глаза ее округлились. Скоро она была уже внизу.

«Войслав, Войслав, дорогой!» - Лишь повторяла она, вися у меня на шее. Молча мы шли в наши апартаменты и лишь когда мы оказались там, она начала расспрашивать о том, куда я исчез и как выжил в этой страшной катастрофе. Я начал излагать свою легенду, уже детально разработанную и подкрепленную наглядным материалом (включающим и справки, бывшие у меня со времени пребывания моего в больнице в Лютании, а для особо сомневающейся публики даже были созданы экземпляры…. на итальянском языке – не знаю, откуда Эмиль их взял). А, надо сказать, легенда моя сомнений у Андрии не вызвала, что меня даже удивило.

«Все решили, что ты погиб! – Говорила она: - Я уже и не надеялась, что увижу тебя! Ах, воистину, чудо! Бог услышал меня и помог моему горю!»

Оставшийся день ушел на разбор вещей. Переводчик я на всякий случай спрятал подальше, а дневники вынул. Что же делать с моими фантастическими записями? Ведь показывать посторонним их нельзя – опасно! И тут я обнаружил в них листки с машинописным текстом, которых раньше не было. Как выяснилось, это были отрывки из дневниковых записей Эмиля, в том числе, из так называемого секретного дневника, хранящегося у него в подземелье, куда он вносил самые сокровенные мысли, которые не хотел показывать никому. И вот, копии этих записей очутились у меня. Проделки Эмиля? Но зачем? Он давал мне читать их и кажется, мне было и этого достаточно. Что ж, может мне и они пригодятся. В дальнейшем именно они и были положены в основу многих эпизодов моей книги, в том числе, посвященных Вундеркинду (о личности его умолчу – книга будет интересней, если дорогой читатель сам догадается об этом, да и о многих других вещах).

Так возобновилась обычная моя жизнь, прерванная авиакатастрофой. По всем документам я числился пропавшим без вести и понадобилось много трудов и беготни, чтобы восстановиться. Скоро и коллеги по журналу каким-то образом узнали о моем появлении, еще до того, как я оповестил их, так что мне снова пришлось излагать мою легенду, немного более детально, а потом обо мне узнали и мои родственники, все еще считавшие меня погибшим. Постепенно моя жизнь налаживалась, но по мере того, как жизнь моя возвращалась в обычное русло, я с ужасом стал следить за кровавым распадом моей страны, которому весело аплодировал весь наш «цивилизованный» мир и многое в этом процессе очень живо напоминало рассказы Эмиля о международной ситуации в его мире. Теперь даже диалекты некогда единого сербохорватского языка стали провозглашать отдельными языками и даже создавать целые научные институты, которые своим трудом бы закрепляли и усугубляли эти различия. Да, пороки у человека одни и те же, где бы он ни жил! Но что мне оставалось делать?! И я лишь с ужасом следил за этим процессом.

Скоро я вернулся к работе в моем родном журнале, правда, проблем с моим статусом «ходячего трупа», в оживление которого чиновники никак не хотели верить, было хоть отбавляй, так что скучной моя жизнь явно не была, пусть в ней происшествий больше не было. Уже потом возникла мысль облечь мою фантастическую историю в литературную форму, на что у меня ушло около полугода, немного, учитывая то, сколько времени такие произведения пишутся, и учитывая количество записей, сделанных за это время. И вот, мой труд перед вами, мой дорогой читатель. В этом жанре я не особенно силен, так что прошу строго не судить. Итак, до скорой встречи, дорогой читатель, надеюсь, уже скорой.

Дата добавления: 2017-01-14; Просмотров: 101; Нарушение авторских прав?; Мы поможем в написании вашей работы!