Тайна дома Эмиля Касальгадо

Следующие два дня после описанного случая у Эмиля наступил период напряженной беготни, когда он подчас весь день где-то отсутствовал, а когда он возвращался, то ему мог кто-то позвонить, и он сейчас же куда-то исчезал. Я в это время сидел дома, занимаясь, чем придется. Телевидение, надо сказать, изощрялось, изобретая самые невероятные версии причин взрыва в Выставочном центре, где выступал Эмиль, при этом, до того, что говорил Эмиль, они не доходили даже близко, хоть казалось бы, выдвигали эти версии люди, называемые какими-то специалистами в криминалистике. Что, ж я не собирался ни с кем спорить, а лишь смеялся над тем, что там говорилось.

На третий день Эмиль вернулся относительно рано. Зайдя ко мне (я в это время занимался моим дневником), он поинтересовался моими планами на день. Да, какие у меня могут быть планы, учитывая мое положение!

«Видите ли, враг у нас весьма умный, так что нам надо быть готовыми ко всему. – Ответил он на мое недоумение: - Мой дом – это моя крепость, но на любую крепость обязательно найдется желающий ее штурмовать, так что и это мы должны предусмотреть.

«Ты хочешь переезжать?» - Спросил я.

«Пока нет. - Ответил он: - Этот дом таит много сюрпризов для непрошенных гостей. Когда сюда попытались пробраться воры, то они имели радость это увидеть. Речь идет о том, чтобы и вы, как обитатель дома, могли знать о некоторых тайнах, которые имеет этот дом. В любом другом случае я бы тысячу раз подумал, прежде чем что-то говорить на этот счет, но вы – другое дело, ведь вы собственно говоря, вообще не принадлежите к нашей реальности и не имеете соблазна кому-то разболтать то, что я вам покажу.»

«А вдруг и в моей рубашке есть какое-то следящее устройство, как в блузе санчеллины Вальпараиса?» - Спросил я.

«Ей неоткуда взяться на вас. – Ответил он: - Да и если так, то я бы это уже узнал, ведь то как мои тайны дошли до наших заклятых друзей, я уже знаю, а значит, удвоил меры безопасности.»

«Ну, ладно. Я согласен.» - Ответил я. Эмиль повел меня на третий этаж. Путь лежал в его кабинет. Войдя, он подал какую-то команду, и окна в кабинете тут же закрылись шторами.

«Все самое важное я люблю держать под рукой.» - Сказал он. В этот момент из его рукава

выдвинулся все тот же стержень и ткнулся в одну из стен, которая сейчас же, подернулась какими-то волнами, как водная поверхность, а потом раздвинулась, образовав проход в небольшую комнату, где тут же зажегся свет.

«Потайные комнаты?» - Сказал я, входя в это помещение.

«Да. Я специально устроил в этой части дома столь толстые стены, чтобы предусмотреть здесь всякие секреты, вроде вентиляционных вытяжек для подвалов, о которых я уже вам говорил, и для этих ходов. В этом помещении есть лифт, но на всякий случай есть и винтовая лестница, ведущая в другие помещения.» - Сказал он, показывая на две двери в одной из стен.

«Ну, если нам туда, то я лучше воспользуюсь лифтом.» - Ответил я.

В ту же минуту дверь справа открылась и мы вошли в небольшую кабинку. Эмиль ни на что не нажимал, однако механизм четко знал, что ему делать и спустя небольшое время остановился. Дверь открылась и мы вышли, очутившись в широком коридоре без окон, хорошо освещенный, и весьма недурно убранный, включая плитку на полу и причудливую мозаику на стенах.

«Перед вами – первый уровень подземных помещений. – Говорил Эмиль, когда мы шли вдоль по коридору: - Отсюда можно попасть на нижние уровни (в этот момент мы прошли мимо начинавшейся здесь лестничной площадки, с широкой лестницей, ведущей куда-то вниз), а можно и наверх (в этот момент мы подошли к винтовой лестнице, ведущей к люку в потолке). Этот люк ведет в мои продуктовые подвалы. Я иногда ради проверки, возвращаясь из этих помещений, пользуюсь не показанным вам ранее, а этим путем.»

В следующий момент мы достигли еще одной такой лестницы. Эмиль пожелал непременно подняться наверх со мной. Мы попали в так называемую ближнюю мастерскую, где Эмиль занимался, как он выражался, самыми простыми поделками. Но по правде сказать, она напоминала самый настоящий цех с незнакомым мне оборудованием, где можно было заниматься и деревообработкой и разными другими ремеслами. Здесь же лежало множество изготовленных им поделок. Пожалуй, это все можно было пустить в дело и заставить приносить доход.

«Сейчас большую часть времени у меня отнимают другие дела. - Сказал он: - Так что, это сегодня не может быть чем-то большим, чем просто увлечение, одно из многих.»

После этого мы через тот же люк вернулись в нижний коридор, причем, люк сразу же автоматически закрылся за нами. Я заметил, что этот ход гораздо легче обнаружить, но Эмиль заверял меня, что все не так просто, и здесь применена специальная маскировка, так что лаз даже приборами не так просто вычислить. Скоро мы вернулись снова в лифт, который, впрочем, скоро снова остановился. Мы снова вышли, оказавшись в еще одном коридоре.

«Это – еще одна деталь, которую я предусмотрел, когда строил этот дом. Эта часть буквально сверхсекретна, так что схема этих помещений есть не у всех государственных ведомств. – Говорил Эмиль, показывая мне эти помещения: - Эти помещения представляют собой почти точную копию той части дома, что находится там, наверху, но так, сказать, в зеркальном отражении. Здесь также есть санузлы и все для жизни, так что в случае войны есть где скрываться в случае воздушного налета. Для нас с вами это может быть и сейчас полезно. Может быть, ради одного этого и стоило вам все это показать.»

«Впечатляет.» - Сказал я, смотря на все это. Это своеобразное бомбоубежище действительно повторяло схему помещений наверху – все четыре этажа. Разница была лишь в том, что был этот подземный дом расположен, так сказать, вверх ногами. Так, кабинет и актовый зал в этом доме располагались на третьем этаже, если считать не снизу, а от уровня земли, ниже которого и располагался дом. В остальном все эти помещения были почти тонными копиями верхних, считая и штукатурку стен, убранство пола, и прочее, отличаясь лишь отсутствием окон (вместо них были своеобразные ниши, в которых находились многочисленные бра, освещавшие их наряду с лампами на потолке, да отсутствие многочисленных горшков с цветами, украшавших помещения наверху.

«Здесь можно спрятаться не только нам с вами, но и всей моей семье.» - Довольный моей реакцией, говорил Эмиль, когда мы возвращались к лифту. Возможно, это и было главной частью этой своеобразно экскурсии, но путь наш

лежал дальше вниз.

«А как же здесь поддерживается чистота?» - Спросил я, обратив внимание, что хоть здесь явно никто не жил, но здесь царила почти стерильная чистота.

«Здесь работают такие же уборочные машины, как и наверху, но уже полностью роботизированные, управляемые исключительно компьютером. Они поддерживают чистоту не только здесь, но и во всех этих катакомбах.» - Ответил Эмиль.

Итак, мы снова сели в лифт и поехали куда-то вниз.

«Я показал вам места, куда вы могли бы, в случае чего, укрыться, но это далеко не все. –

Говорил Эмиль, пока мы спускались: - Теперь вы должны увидеть и то, что является, так сказать, сердцем моих владений.»

Наконец, лифт остановился, и мы вышли, оказавшись в еще одном коридоре со стенами, покрытыми плиткой из материала, похожего на мрамор. Освещались они светильниками, скрытыми в потолке (виднелись лишь светлые круги). По обе стороны от коридора были также некие помещения. Среди них был и еще один кабинет, устроенный также, как и кабинет наверху и тот, что находился в «бомбоубежище». Соседнее помещение, надо сказать, довольно обширное, скорей походило на некую лабораторию, уставленную соответствующим оборудованием, часть из которого я мог определить, угадав, хотя бы примерно, часть же мне была совершенно незнакома.

«Здесь я работаю с материалами, провожу многие опыты и операции, получаю новые материалы

и провожу работу с создаваемыми устройствами на нано-уровне. – Сказал Эмиль, показывая мне все это великолепие: - Кое-кто многое бы дал, чтобы проникнуть сюда, но пока не проник. Многие операции можно передоверить компьютеру, когда например, у меня нет времени, а провести тот или иной опыт надо срочно.»

Здесь он показывал мне маленькие капсулы, ранее уже виденные мной. Это и были экземпляры тех же нанороботов – репликаторов, могущих изготовить по заказу любую вещь. Просто фантастика.

В следующее помещение вела массивная бронированная дверь, которая открылась, едва Эмиль подошел к ней. Здесь располагался большой зал, весь уставленный каким-то оборудованием. Часть располагалась в чем-то вроде шкафов из металла, а часть группировалась в центре. В самом центре находилось нечто цилиндрическое, наподобие стола, а в центре этого «стола» была вставлена большая шарообразная структура. С трех сторон «стола» находились компьютерные клавиатуры. Шар, едва мы вошли, засветился, и над ним замелькали какие-то фигуры и голографические надписи.

«Здравствуйте. Vontarigitero, самельер Касальгадо!» - Произнес электронный голос, раздававшийся откуда-то с потолка, тот самый голос, который я в быту там наверху слышал постоянно.

«Vontarigitero. – Ответил Эмиль, а потом обратился ко мне: - Перед вами – та самая большая ЭВМ, о которой я вам говорил. Собственно, первоначально я изготовил лишь ту центральную часть, но машина так настойчиво мне предлагала изготовить дополнительные блоки памяти, что построив этот дом, я, немедленно достроил мой информационный центр. Этот компьютер управляет всеми компьютерами в доме, всеми узлами, которые только есть в моем ведении, постоянно связан и с моим мобильным компьютером. Он же осуществляет основную работу по расчету характеристик того или иного оборудования, которое я хочу изготовить, а расчетов и проектов в моей работе приходится делать очень много. Он же помогает мне в изготовлении нужного мне оборудования. Без него я бы очень много времени потратил бы на создание новых материалов, которые пришлось создавать очень много, как без него было бы проблематично и производство всех этих наномашин, по размеру меньше человеческой клетки. Здесь, в ее базе данных находятся все типовые проекты машин, которые могут быть в распоряжении гербертийских разведчиков и диверсантов. То что мне нужно, я не изготавливаю в чистом виде, а как вы понимаете, исследую и создаю на их основе нечто свое – это, согласитесь, интересней, чем жить за счет чужих мозгов. На этом компьютере я провел и расчет моей машины и дома, которые изготовили все те же нанороботы.»

«Проект машины тоже был в этой базе данных?» - Спросил я.

«Нет, это уже целиком моя работа.» - Сказал Эмиль: - Также одну из статей моих доходов

составляет несколько типовых проектов разных устройств специально для тех, кто существенную часть нужных в быту вещей изготавливает сам. Надо сказать, что это составляет значительную часть моих доходов, так как таких людей очень много – они приобретают чертежи через сеть.»

После этого он сел за клавиатуру, после чего дал компьютеру какие-то устные команды,

которые тот принял к сведению, после чего мы вышли из помещения. Мы шли дальше по коридору. После компьютерного зала мы спускались в помещения, где осуществлялся сбор воды. Оказалось, что при отводе грунтовых вод от всех этих катакомб воды скапливалось довольно много, так что этого с лихвой хватало для снабжения дома, Ну, а энергией все это снабжал самый настоящий термоядерный реактор, тоже выглядящий для меня совсем причудливо. Вернувшись в этот же коридор, мы пошли куда-то дальше.

«На этом уровне я уже не ограничивался территорией под основанием дома, но пошел дальше,

поскольку этого требовали обстоятельства.» - Сказал Эмиль.

Мы вышли в какой-то туннель. Едва мы вошли в него, к нам подъехал небольшой автомобильчик, в который мы сели и он поехал вдоль по туннелю. Ехали мы, наверно, не менее получаса, пока наконец не остановились у массивной бронированной двери, которая открылась, едва мы вышли из машины. Вошли мы в еще один коридор. Здесь располагался еще один кабинет Эмиля, но здесь уже компьютер не отделялся стеной от письменного стола. В соседнем помещении находился еще один суперкомпьютер. Этот, как сказал Эмиль, был послабее, чем тот, который находится в его доме и подчинен ему. Когда же мы пошли дальше, то нам пришлось сделать остановку перед очередной дверью. Здесь, как и при входе в лабораторию Эмиля, нам пришлось надеть белые халаты, появившиеся откуда-то из стены. Только после этого дверь открылась и мы вошли внутрь. Тут я ахнул – передо мной был настоящий завод, предельно роботизированный, полностью лишенный человеческого присутствия. Здесь производили какое-то электронное оборудование, хоть для меня эти устройства были лишь ящиками, наполненными какой-то однородной массой, но именно эта масса и составляла электронную начинку. Откровенно говоря, это ничуть не напоминало производство в нашем понимании, у меня даже нет слов, чтобы описать все, что происходило на моих глазах. Окончился наш путь у настоящей подземной железнодорожной станции, где на моих глазах подошел грузовой состав, который сейчас же подоспевшие роботы начали разгружать, погружая содержимое на конвейерную ленту. Эта последняя часть экскурсии поистине поразила мое воображение.

«Эта большая скороварка – самое перспективное из моих начинаний, хоть пока приносит меньше доходов, чем чертежи или мое вокальное и литературное творчество. Да простят меня начальники заповедника, под которым и спрятан этот скромный заводик. У меня в голове вьется мысль расширить это производство, но пока практического смысла в этом нет – денег мне и так хватает, а со спросом машины пока справляются.» - Ответил Эмиль.

Как сказал Эмиль, в его владениях есть и более нижние уровни, но они, как он сказал, еще находятся в стадии обустройства, но и этого мне было достаточно, чтобы составить впечатление о созданном Эмилем подземном царстве.

«Я показал вам все это не для того, чтобы похвастаться перед вами, а зная, что в скором времени эти подземелья могут послужить и для сохранения вашей жизни. Не хотелось бы, но боюсь. что это более чем вероятно.» - Сказал Эмиль, когда мы поднимались наверх.

Что ни говори, а теперь я понимал, откуда берутся средства, позволяющие окупать весь этот дворец. Дом, как он напомнил, строили все те же микророботы, использующие материалы окружающей среды (пусть и не везде), так что он сам лишь создавал эскиз, а проект разработал компьютер и он же задал программу его возведения, разумеется, иногда внося в него правки.

На этом события этого дня закончились. Вечером, правда, Эмиль снова пел. Часть того, что он пел, я уже цитировал, но были и новые вещи. Кое-что из этих творений, так сказать, на злобу дня, я позволю себе привести:

* * *

Мой друг, давай поднимем мост, ворота наглухо закроем.

Ведь, враг что вред нам наносил, теперь в родной наш рвется дом.

Пусть думает, что он непобедим, но мы прием ему устроим,

Родных чтоб наших защитить / от зла, что мыслит он на нас,

Пусть кажется, что нету больше сил, но мы молитву вознесем,

И Бог, которому мы верим, как раньше, защитит всех нас.

* * *

Но нет, не сможем мы сидеть, когда враг к дому подступает,

Когда опасность всем грозит, кого считаю я родным,

Ворота ли всех нас, друзья, спасут, когда нам смертью угрожают?

Мы ближних наших будем защищать / иль ждать, когда нас перебьют?

Давайте грудью их закроем, от злобы вражьей защитим,

И если сможем дать отпор, враги нас нынче не сомнут,

И с Божьей помощью мы снова нас угнетавших победим.

* * *

Давай, к оружию, друзья / и дружно станем на защиту /

Того, что дорого всем нам, что хочет враг наш погубить.

Ведь мы не сможем больше отступать, пути назад для нас закрыты,

Ведь позади родной наш дом, его давайте отстоим.

За тех, кто вновь надеется на нас, готовы жизни положить /

Мы будем. И тогда, мы верим, наш дом, друзья, мы отстоим!

* * *

Усилие должны мы приложить, но Бог нам дАрует победу,

Друг, помни – без него – слабы / все мы, ведь силы Он дает.

И если я надеюсь на себя, пренебрегу Его заветом,

То буду крепко посрамлен, пусть я, на первый взгляд, силен,

Но стоит только вспомнить мне о Нем, Он нас к победе приведет.

И Бог, которому мы верим, наш дом от гибели спасет.

* * *

Дата добавления: 2017-01-14; Просмотров: 131; Нарушение авторских прав?; Мы поможем в написании вашей работы!