Погоджено Погождено 1 страница

§30

Эпилог

Взаимность

Дележ

Недавно мы выбросили большую кучу листьев дуба из окна на смотровой площадке. Увидев, что Йерун бежит к ней на полной скорости, делая при этом угрожающие жесты, ни одна из других обезьян не осмелилась приблизиться к листьям. Йерун собрал всю охапку, однако через десять минут каждый член группы от мала до велика получил свою долю трофея. Взрослому самцу не важно, сколько у него имущества. Значение имеет тот, кто распределяет в группе разные вещи. (Однако это относится лишь к случайной, дополнительной еде. Основная пища и голод могут провоцировать самцов шимпанзе на яростные стычки, как показала колония Холломэна.) В то же время самки обычно делятся в основном со своими детенышами и лучшими друзьями и ссорятся с остальными членами группы. В нашей колоний крайне редко можно увидеть, чтобы еду отнимали силой; делиться обезьяны учатся еще в юном возрасте. Пример: Ор нашла ветку с листьями, и Фонс с визгом тянет ее к себе, но ничего не получает. Лучшая подруга Ор Амбер приближается к поссорившейся паре, берет ветку из рук Ор, отламывает кусок Фонсу, еще меньший кусок – себе, а самую большую часть возвращает Ор.

Известно, что шимпанзе в диких условиях делятся мясом после охоты. Взрослые самцы загоняют жертву, демонстрируя порой высочайший уровень кооперации, после чего другие члены группы приходят попросить своей доли. Согласованные действия и дележ добычи являются обычным делом и в жизни колонии Арнема, которая «охотится» за запрещенной листвой. Самцы используют длинные ветки, чтобы забираться на живые деревья, защищенные электрическим ограждением. Сначала использовали ветки, которые валялись на земле, однако потом ветви стали специально отламывать от мертвых дубов. Спустить две тяжелые раздвоенные ветви с высоты около 20 метров – весьма рискованная задача. Загвоздка в том, что надо крепко держаться за безопасную часть, когда ломаешь ветвь, но не выпустить из рук ту часть, которая полностью отвалилась. Если допущена ошибка, тогда либо отломанная ветвь с грохотом упадет вниз, развалившись на куски, либо сама обезьяна свалится. К счастью, ни одна из обезьян пока не падала, хотя им явно сложно предсказывать, за какую часть раздвоенной ветви можно надежно держаться. Иногда их пугает звук ломающейся под ними ветви, и тогда они с криками быстро спускаются с дерева.

Если все идет по плану, самец спускает ветвь на землю и устанавливает ее в качестве «лестницы», обычно в тесном сотрудничестве с другими самцами, а иногда и самками. Обезьяна на дереве отламывает больше веток, чем нужно ей, и они падают вниз, в группу ждущих сородичей. Иногда дележка оказывается избирательной. Однажды, когда Дэнди держал ветвь, чтобы Никки мог забраться на дерево, он потом получил половину собранных Никки листьев. Это было похоже на прямую оплату оказанных услуг.

Иногда можно подумать, что самцы приглашают друг друга к совместной работе над определенной задачей, чтобы снизить уровень взаимных напряжений и фрустраций. Например, Лёйт забирался на мертвые дубы, чтобы наломать веток и начать совместные действия, особенно в те времена, когда Никки запрещал ему как-либо контактировать с Йеруном. Такое «сотрудничество ради разрядки» может возникать и из оппортунистических целей. Например, однажды Никки долго демонстрировал себя перед Йеруном и Лёйтом, которые сидели вместе, и в момент одного из своих размашистых прыжков случайно отломал ветку. Соперничество тут же было забыто. Три самца обнялись, а затем потащили отломанную ветвь к живым деревьям.

Когда обезьяна протягивает ветку другому члену группы, некоторым людям это может показаться более убедительным доказательством целенаправленной помощи, чем формирование коалиций. То же самое относится и к дележу листьев и мяса. Именно эти акты мы готовы рассматривать в качестве проявления щедрости, а не послабление сексуальных привилегий или предложение защиты. Но все же обе формы дарения связаны друг с другом. Самцы шимпанзе чрезвычайно щедры, когда вопрос касается материальных вещей; они даже позволяют некоторым самкам забирать у них разные предметы. Однако они демонстрируют эту характеристику и в социальном поведении (за исключением, конечно, случаев с соперниками). Их власть покоится на дарении. Они предоставляют защиту каждому, кто в опасности, а в обмен получают уважение и поддержку.

У людей границу между материальной и социальной щедростью также провести весьма сложно. Наблюдения за детьми, проведенные психологами Харви Гинсбургом и Ширли Миллер, показали, что наиболее доминирующие дети не только вмешиваются в ссоры на игровой площадке, защищая тех, кто проигрывает, но и в большей степени проявляют желание делиться с одноклассниками. Исследователи указывают на то, что такое поведение помогает ребенку завоевать высокий статус среди сверстников. Точно так же из антропологических исследований бесписьменных племен нам известно, что вождь играет экономическую роль, сравнимую с контролирующей ролью: он дает и получает. Он богат, но он не эксплуатирует своих людей, поскольку он устраивает роскошные пиры и помогает нуждающимся. Дары и продукты, получаемые им, возвращаются в сообщество. Вождь, который попытался бы оставить все себе, подверг бы опасности свое положение. «Noblesse oblige» или, как сказал Салинс, «человек, чтобы его уважали, должен быть щедрым». Эта универсальная человеческая система – собирание и распределение благ вождем или его современным эквивалентом, правительством, – совпадает с той, что используют шимпанзе; все, что нам нужно сделать, – заменить «блага» «поддержкой и другими социальными услугами».

Поэтому есть все основания предполагать, что у наших праотцов была централизованная социальная организация задолго до того, как материальный обмен начал играть какую-либо роль. Первая система, возможно, послужила наброском сегодняшней.

Влияние недавнего прошлого всегда переоценивается. Когда нас просят назвать величайшие человеческие изобретения, мы обычно вспоминаем про телефон, электрическую лампочку и кремниевый чип, а не про колесо, плуг или укрощение огня. Точно так же и корни современного общества ищут в возникновении сельского хозяйства, торговли и промышленности, тогда как на самом деле наша социальная история в тысячу раз древнее этих феноменов. Указывалось на то, что дележ пищи был сильным стимулом для дальнейшей эволюции нашего стремления к взаимным отношениям. Но разве не логичнее предположить, что взаимность в социальных отношениях существовала задолго до этого и что такие формы материального обмена, как дележ еды, возникают как раз из этого феномена?

Признаки взаимности обнаруживаются и в нематериальных аспектах поведения шимпанзе. Например, это видно по коалициям (А поддерживает В, и наоборот); союзам невмешательства (А сохраняет нейтралитет, если В делает то же самое); сексуальным сделкам (А терпит спаривание В после того, как В обыскал А) и шантажу примирением (А отказывается иметь дело с В, если только В не «приветствует» А). Интересно, что взаимность осуществляется как в негативном, так и позитивном смысле. Привычку Никки индивидуально наказывать самок, которые недавно, объединившись, выступали против него, мы уже описывали. Таким образом он расплачивался за негативное действие другим негативным действием. Мы регулярно наблюдаем, как этот механизм действует, прежде чем группа разделится, чтобы отправиться спать. Это время, когда устраняются разногласия, независимо от того, когда именно они появились. Например, однажды утром разгорается конфликт между Мамой и Ор. Ор устремляется к Никки и дикими жестами и преувеличенно громкими криками убеждает его атаковать могущественную противницу. Никки набрасывается на Маму, и Ор выигрывает. Но вечером, через целых шесть часов, мы слышим звуки схватки в спальном помещении. Кипер позже рассказывает нам, что Мама атаковала Ор по вполне очевидным причинам. Нет нужды говорить, что Никки поблизости не было.

Негативное поведение почти не попадает в поле зрения теорий взаимности, разработанных антропологами и социобиологами. Достаточным доказательством могут быть названия наиболее известных публикаций по этой теме. В 1902 г. Петр Кропоткин написал «Взаимопомощь как фактор революции», в 1924 г. Марсель Мосс написал «Дар», а в 1971 г. Робер Триверс – «Эволюцию взаимного альтруизма». Несмотря на то что акцент ставился на позитивных обменах, в теории были проделаны значительные шаги. Некоторые антропологи отрицают биологические корни человеческой кооперации и солидарности, однако больше уже нельзя сопротивляться объединению культурных и генетических объяснений.

Другое влиятельное направление в науке – это социальная психология. Со времен публикации в 1959 г. работы Дж. Тибо и Г. Келли «Социальная психология групп», в которой утверждалось, что «каждый индивид добровольно вступает в то или иное отношение и остается в нем только до тех пор, пока оно является достаточно удовлетворительным в плане издержек и выгод», взаимодействия людей рассматривались как своеобразный торг выгодным и невыгодным поведением. Здесь взаимность тоже является важной темой, не только в позитивной, но и в негативной форме.

Короче говоря, ученые всех направлений и школ захвачены структурами «дать-взять», а это наверняка должно означать то, что подобный механизм дарения и получения является фундаментальным. Независимо от того, о чем речь – о возвращении услуги или же о попытке отомстить, – принцип остается одним и тем же, и это принцип обмена. Он требует, чтобы социальные взаимодействия запоминались. Большую часть времени этот процесс может осуществляться в подсознании, но все мы по опыту знаем, что все выходит наружу, когда разница между издержками и выгодами становится слишком большой. И тогда мы даем слово нашим чувствам. Но в основном взаимность – это то, что осуществляется в тишине и по умолчанию.

Принцип обмена позволяет активно учить кого-либо чему-либо: хорошее поведение вознаграждается, а плохое наказывается. Развитие отношений между Мамой и Никки показывает, насколько сложными могут быть подобные процессы влияния. Их отношения амбивалентны. Есть многочисленные свидетельства того, что оба они крайне привязаны друг к другу. Например, когда Мама вернулась в группу после месячной отлучки, она целыми часами обыскивала Никки, а не Гориллу, Джимми, Йеруна или каких-то других особей, с которыми она обычно проводила время. А из всех детенышей колонии именно Моник, дочь Мамы, стала любимицей Никки. Но в определенный период в их отношениях преобладала именно враждебность. Это было в начале эпохи лидерства Никки. Йерун тогда мобилизовал взрослых самок против молодого вожака, а Мама была самым важным его союзником. После завершения подобных инцидентов, когда Никки мирился с Йеруном, он обычно приходил к Маме, чтобы наказать ее за ту роль, которую она играла. На это могло уходить очень много времени, поскольку Мама обычно в ответ наказывала Никки, отвергая его повторные попытки помириться. Например, Никки хлопает Маму, но позже приходит обратно и садится рядом с ней, «смиренно» дергая травинки. Мама делает вид, что не заметила его, встает и уходит. Никки ждет какое-то время, потом начинает все с начала, вздыбив шесть. Это явно была фаза негативной взаимности.

Когда сопротивление Йеруна Никки уменьшилось, Мама стала более благожелательной к Никки. Она продолжала поддерживать Йеруна, однако когда Никки позже мирился с ней, она больше не занималась «аффективной местью», и их конфликты были краткими. Еще позже – этот процесс занял годы – Мама устраняла свои разногласия с Никки еще до того, как завершался его конфликт с Йеруном. В какой-то момент две старшие обезьяны гонятся за Никки; в следующий – Мама с любовью обнимает его. Затем конфликт продолжался между двумя самцами, но Мама уже отказывалась принимать в нем участие.

Со временем ситуация стала еще более странной. Никки стал целовать Маму до своей демонстрации против Йеруна или даже во время нее. Это поведение постепенно развивалось из их примирений, пока не стало осуществляться без всякого предшествующего конфликта. Его можно было считать знаком нейтралитета Мамы. Никки и Мама демонстрировали теперь позитивную взаимность.

Я провел статистическое исследование двустороннего характера коалиций, сравнивая, как каждая особь вмешивается в конфликты других. В периоды стабильности такие вмешательства симметричны – как в позитивном смысле (две особи поддерживают друг друга), так и в негативном (две особи поддерживают противников друг друга). Но если мы хотим получить полное представление о взаимности, нам надо проанализировать многие другие виды поведения. Вмешательства не обязательно уравновешиваются другими вмешательствами. За регулярную поддержку можно заплатить большей терпимостью к поддерживающей особи или грумингом. Возможно, мы со временем сможем провести подобный анализ в Арнеме. Но пока же я хотел бы резюмировать свои выводы следующим: групповая жизнь шимпанзе похожа на рынок власти, секса, любви, поддержки, нетерпимости и враждебности. Два его основных правила: «услуга за услугу» и «око за око, зуб за зуб»[16].

Эти правила не всегда соблюдаются, причем откровенное пренебрежение ими может наказываться. Это случилось однажды после того, как Пёйст поддержала Лёйта в драке с Никки. Когда Никки позже стал демонстрировать себя перед Пёйст, она повернулась к Лёйту и протянула ему руку, прося тем самым помощи. Но Лёйт ничего не сделал, чтобы защитить ее от атаки Никки. Пёйст тут же с яростным лаем набросилась на Лёйта, погнала его по всему вольеру и даже ударила. Если ее гнев и в самом деле был следствием того, что Лёйт не помог ей после того, как она ему помогла, это может указывать на то, что взаимность у шимпанзе руководствуется тем же чувством моральной правоты и справедливости, что и у людей.

Амбер, Тарзан, Тепел, Горилла (слева направо)

Заключение

Не все результаты этого исследования применимы к любым шимпанзе, поскольку правила, управляющие социальной жизнью, отчасти зависят от условий обитания и истории группы. В каждом сообществе развиваются свои собственные социальные условия. С другой стороны, такие вариации всегда вращаются вокруг определенных фундаментальных тем, которые характерны для вида. Темы нашей колонии не отличаются от тем других групп шимпанзе. Причина, по которой в проекте Арнема удалось открыть сложные моменты, не известные по исследованиям в естественной среде обитания, всего лишь в том, что мы смогли изучить жизнь этих обезьян намного более детально.

Формализация

Ранги формализованы. Когда они становятся неопределенными, начинается борьба за доминирование, после которой победитель отказывается примиряться, пока его новый статус не будет формально признан.

Влияние

Влияние особи на процессы в группе не всегда соответствует ее рангу. Оно зависит еще и от личных качеств, возраста, опыта и связей. Наиболее влиятельными членами группы я считаю самого старого самца и самую старую самку.

Коалиция

Вмешательства в конфликты осуществляются либо для того, чтобы помочь друзьям и родственникам, либо для создания мощных коалиций. Второй, оппортунистический, тип вмешательств особенно часто наблюдается при формировании коалиций взрослых самцов и сопровождается тактиками изоляции. Есть данные, подтверждающие наличие похожего полового различия и у людей.

Баланс

Несмотря на соперничество, самцы формируют крепкие социальные связи друг с другом. Обычно они создают сбалансированную социальную систему, основанную на их коалициях, индивидуальных бойцовских качествах и поддержке со стороны самок.

Измученные жаждой шимпанзе ловят капли дождя, стекающие с крыши. Слева – Джимми, справа – Тепел

Стабильность

Отношения между самками менее иерархичны и гораздо более стабильны, чем среди самцов. Потребность в стабильности отражается в отношении самок к конкуренции самцов за статус. Они даже выступают посредниками между самцами.

Обмен

Экономическую систему людей с ее взаимными трансакциями и централизацией можно распознать и в групповой жизни шимпанзе. Они больше обмениваются социальными услугами, чем дарами или предметами, а их поддержка направлена на центральную особь, которая использует основанный на этой поддержке престиж для обеспечения социальной безопасности. Это ее ответственность – в том смысле, что она может подорвать свое собственное положение, если не сможет перераспределять получаемую поддержку.

Манипуляция

Шимпанзе – умные манипуляторы. Их способности достаточно ясны по использованию орудий, но еще более выражены в использовании других как социальных инструментов.

Рациональные стратегии

Возможно, что шимпанзе заранее планируют свои стратегии доминирования. Хотя доказать это не удается, экспериментальные исследования указывают на то, что мы должны учитывать такую возможность.

Привилегии

Как правило, самцы с высоким рангом совокупляются чаще своих подчиненных. Это позволяет понять эволюцию мужских амбиций, поскольку успех в спаривании переводится в репродуктивный успех.

С моей точки зрения, наиболее примечательный результат – это то, что у шимпанзе, судя по всему, есть два уровня социальной организации. Первый уровень, который мы видим, – это четкий порядок рангов, существующий по крайней мере среди главных доминирующих особей. Хотя приматологи тратят уйму сил на обсуждение значения «понятие доминирования», всем им известно, что невозможно игнорировать эту иерархическую структуру. Спор идет не о ее существовании, а о том, в какой мере знание ранговых отношений помогает понять социальные процессы. Я думаю, что, пока мы будем ограничиваться формальной иерархией, объяснения будут оставаться довольно бедными. Мы должны рассмотреть ее подуровень, т. е. второй уровень – сеть позиций влияния. Эти позиции определить намного сложнее, и я считаю свои описания, в которых используются термины «влияние» и «власть», лишь первым и весьма несовершенным приближением. Я заметил, что особи, утрачивающие высокий ранг, несомненно, не предаются забвению – они сохраняют возможность дергать за ниточки. Точно так же особь, повышающая свой ранг и представляющаяся на первый взгляд главным начальником, необязательно способна сказать последнее и решающее слово по любому вопросу. Эту двойственность социальной организации сложно объяснить, не применяя человеческие термины, именно потому, что и в нашем обществе существует система таких же кулуарных влияний.

Когда Аристотель назвал человека политическим животным, он, возможно, не догадывался, насколько близко подошел к истине. Наша политическая деятельность представляется частью эволюционного наследия, которое мы разделяем с нашими ближайшими родственниками. Если бы кто-то сказал мне это до того, как я начал работать в Арнеме, я отверг бы эту идею, посчитав ее слишком узкой аналогией. Но работа в Арнеме научила меня тому, что корни политики старше самого человечества. И неверно было бы обвинять меня в том, что я сознательно или бессознательно переношу человеческие схемы на поведение шимпанзе. Скорее уж верно обратное: мои знания поведения шимпанзе и опыт общения с ними заставили меня взглянуть на людей с другой точки зрения.

Если политику определить широко – как социальную манипуляцию, нацеленную на достижение и поддержание влиятельных позиций, – тогда каждый из нас участвует в политике. За пределами центральных и местных правительств мы сталкиваемся с этим феноменом в семье, школе, на работе и при встречах. Каждый день мы провоцируем конфликты или выступаем стороной в конфликтах других. У нас есть одновременно сторонники и соперники, и мы специально культивируем полезные связи. Но эти повседневные политические делишки не всегда признаются таковыми, поскольку люди – непревзойденные мастера скрывать свои истинные намерения. Например, политики любят порассуждать о своих идеалах и обещаниях, но при этом не желают раскрывать то, что лично стремятся к власти. Это не то чтобы упрек, поскольку в конечном счете все играют в одну и ту же игру. Я могу сказать даже больше: все мы обычно не осознаем то, что играем в эту игру, и не только скрываем свои мотивы от других, но и сами недооцениваем огромное влияние, которое они оказывают на наше собственное поведение. Тогда как шимпанзе гораздо более откровенны в своих «низких» мотивах. Их интерес к власти не больше, чем у людей; он просто более очевиден.

Почти пять веков назад Макиавелли описал политические манипуляции итальянских князей, пап и таких влиятельных семейств, как Медичи и Борджиа, в совершенно недвусмысленном свете. К сожалению, его блестящий реалистический анализ часто принимали за моральное оправдание таких практик. Одна из причин в том, что соперничество и конфликты он представлял в качестве конструктивного, а не негативного элемента. Макиавелли стал первым человеком, который отказался принижать или прикрывать властные мотивы. Это прегрешение против существовавшей коллективной лжи было принято без особого воодушевления. Его посчитали оскорблением, нанесенным человечеству.

Сравнение людей с шимпанзе тоже можно принять за оскорбление, а может, и за нечто похуже, поскольку человеческие мотивы в результате вроде бы становятся скотскими. И все же у шимпанзе властная политика не может быть однозначно «плохой» или «грязной». Она наделяет жизнь сообщества Арнема логической упорядоченностью и даже демократической структурой. Все партии стремятся приобрести социальное значение и продолжают свои действия, пока не будет достигнут временный баланс. Он определяет новые иерархические позиции. Изменчивые отношения достигают точки, в которой они «замораживаются» в более или менее фиксированной системе рангов. Когда мы видим, как эта формализация осуществляется во время примирений, мы понимаем, что иерархия – это связующий фактор, который ограничивает конкуренцию и конфликты. Уход за детенышами, игра, секс и сотрудничество – все это зависит от итоговой стабильности. Однако под поверхностью всегда продолжается брожение. Баланс сил испытывается день изо дня, и если он оказывается слишком слабым, ему сразу же бросают вызов, после чего устанавливается новый баланс. Соответственно, политика шимпанзе тоже конструктивна. Люди могут считать за честь, что их отнесли к политическим животным.

Рекорд зоопарка Арнема по рождаемости не побит до сих пор, и колония шимпанзе процветает, несмотря на смерти и отъезд некоторых особей. Здесь редкое зрелище – Тепел с новорожденным

Мой рассказ заканчивается 1979-м г., однако этологические наблюдения в Арнеме продолжались и позже, да и сами шимпанзе, конечно, не переставали заниматься своей политикой. Наиболее драматическое событие произошло в 1980 г., когда я еще был там, однако я решил не описывать его в первом издании «Политики у шимпанзе», чтобы не заканчивать книгу на мрачной ноте. Кроме того, в те времена у меня еще не было эмоциональной готовности проанализировать это шокирующее происшествие. Я оставил историю для второй моей книги, в которой она выступила напоминанием о том, как остро шимпанзе нуждаются в примирении.

Летом 1980 г. возросшая нетерпимость со стороны Никки, альфа-самца, привела к внезапному разрыву с Йеруном. Никки теперь вообще не позволял Йеруну совокупляться с самками в течке. После нескольких серьезных стычек между ними Йерун перестал поддерживать вожака. За одну ночь образовавшийся вакуум власти был заполнен Лёйтом. Никки снова каждый день валялся перед ним в пыли, так что Лёйт, став альфа-самцом, вернулся к своему прежнему величию. Это событие показало, насколько для Никки, чтобы оставаться на вершине, была важна поддержка Йеруна, как и то, как внимательно старый самец следил за своей частью сделки.

Лёйт пробыл альфа-самцом лишь десять недель. Союз Йеруна и Никки вернулся кровавой местью, которую два союзника осуществили однажды ночью, серьезно ранив Лёйта. Два агрессора не только откусили ему пальцы на руках и ногах, нанеся глубокие раны по всему телу, но и оторвали Лёйту яички, которые были найдены потом на полу клетки[17]. Лёйт умер на операционном столе из-за потери крови в драке, произошедшей в ночной клетке, где находились лишь три старших самца.

Сегодня колония Арнема такая же оживленная и многообразная, как и раньше. И в новых лицах несложно узнать некоторых старых героев. Например, мы видим Лёйта в Фонсе (слева) и Кром в Розье (справа). Сабра (на с. 257), дочь Спин, похожа на своего биологического брата Ваутера. Сабру воспитывала Джимми после смерти Спин в 1988 г. Сегодня у нее есть собственный детеныш – член быстро растущего третьего поколения обезьян

Судя по серьезнейшим травмам жертвы и относительно немногим ранам двух других самцов, мы должны предположить весьма высокий уровень координации действий Никки и Йеруна. На следующий день произошло следующее:

Мы выпустили Никки и Йеруна в группу. Пёйст сразу же осуществила необычайно жестокую атаку на Никки. Она была настолько агрессивной, что Никки убежал на дерево. Пёйст в одиночку продержала его там не менее десяти минут, крича и набрасываясь на него каждый раз, когда он пытался спуститься. Пёйст всегда была главным союзником Лёйта из числа самок. Должно быть, она следила за дракой из своей клетки, откуда ей был виден загон самцов. Позже в тот же день группа проявляла активный интерес к двум самцам, обыскивая и осматривая их. С этого дня Дэнди стал играть гораздо более значительную роль, чем раньше. Он постоянно пытался вступить в контакт с Йеруном, сопротивляясь предпринимаемым Никки попыткам разделить их. (Из книги «Примирение у приматов».)

Таким образом, на следующий день после самого жестокого нападения в истории колонии Арнема возник новый треугольник. Дэнди, Никки и Йерун стали разыгрывать все те ходы, которые мы наблюдали в предыдущие годы в исходном властном трио. Примерно в то же самое время Тошисада Нишида опубликовал статью с описанием треугольника шимпанзе в Махали-Маунтинс, в котором старый самец хитро стравливал двух более молодых и сильных самцов друг с другом. Постоянно занимая в их спорах, особенно в периоды сексуального соперничества, то одну, то другую сторону, старый самец поставил двух других в зависимость от себя и при этом постоянно повышал свой успех спаривания. Это описание изрядно напомнило мне поведение Йеруна. Нишида говорил о «непостоянстве лояльности» и указывал на то, что это может быть обычная стратегия для самцов, следующих по рангу сразу после альфа-самца.

В 1983 г. в Арнем приехал известный во всей стране кинорежиссер Берт Ханстра, чтобы снимать шимпанзе. Прочитав мою книгу, он ожидал зрелищных политических махинаций, но, к сожалению, это было время относительной стабильности, когда Никки крепко держал власть в своих руках. Ханстра, не смущенный этим обстоятельством, решил снимать все лето, день за днем. Его терпеливость принесла плоды. В великолепном фильме «Семья шимпанзе» обезьяны изображены в качестве полноправных личностей, а социальный интеллект шимпанзе удалось отобразить в нем так, как ни одному другому документальному фильму, выходившему раньше. Во всем мире он стал телевизионным хитом. Я уехал из Нидерландов до того, как фильм вышел, и в первый раз смотрел его со слезами на глазах, вызванных тем любящим вниманием, с которым в нем изображены все мои старые друзья.

В следующем, 1984 г. Йерун и Дэнди еще больше сблизились в коалиции против Никки. Йерун перестал поддерживать Никки и все больше сопротивлялся его попыткам держать его вдали от Дэнди. Никки, должно быть, был взвинчен, как никогда прежде, поскольку однажды утром, услышав за собой вопящих и ухающих обезьян, он выбежал из помещения и на полной скорости устремился ко рву, окружающему остров. Почти в точности год назад Никки удалось перебраться через ров благодаря тонкому слою льда. Наверное, он думал, что сможет повторить свой подвиг. Но на этот раз льда не было, и Никки там просто утонул. В газетах это назвали «самоубийством», но скорее всего это была паническая атака с фатальным исходом.

Со смертью Никки близость между Йеруном и Дэнди исчезла. Соперничество, что было несложно предсказать, тут же вернулось. Дэнди стал новым альфа-самцом, однако призрак Никки продолжал тревожить обезьян, что продемонстрировала удивительная реакция колонии на показ фильма «Семья шимпанзе». Однажды вечером в 1985 г. зимний зал превратили в кинотеатр. Все огни погасили, а кино проецировали на светлую стену. Обезьяны смотрели в полном молчании, у некоторых шерсть стояла дыбом. Когда в кино на одну самку набросились самцы-подростки, послышался возмущенный лай, однако было непонятно, действительно ли обезьяны узнали актеров. Но неясность развеялась, как только появился Никки. Дэнди обнажил зубы в широкой нервной ухмылке и с криками бросился к Йеруну: он обнял его и буквально уселся у него на коленях. Йерун тоже неуверенно ухмылялся. Не было сомнений, что обе обезьяны узнали бывшего вожака. Как объяснил мой преемник Отто Аданг, «воскрешение» Никки временно восстановило старый союз!

Дата добавления: 2017-02-01; Просмотров: 108; Нарушение авторских прав?; Мы поможем в написании вашей работы!