Малая война партизанство и диверсии 12 страница

10 килограммовых коробок неизвестного взрывчатого вещества, пять кругов бикфордова шнура и одну катушку быстрогорящего шнура, ящик с принадлежностями, восемь винтовок германского образца, 100 000 долларов и пр., а затем и награду от царского правительства.[126]

Одновременно с работой в Северном Китае диверсии начались в Кашгаре, Китайском Туркестане и в Афганистане,[127] с целью вызвать затруднения для России отвлечением ее войск для охраны границ. Такой же характер имели немецкие диверсии в Индии, Сиаме и Южном Китае против Англии и Франции. Из Америки немецкой агентурой была организована поддержка оружием и литературой через Китай индусских национальнореволюционных организаций по подготовке восстания против Англии. Склады оружия и взрывчатых веществ были заготовлены в Шанхае и Ханькоу. Отсюда оружие предполагалось везти двумя путями: морем в Калькутту и сухопутным через Юннань на границу Бирмы. Туда должны были прибыть немецкие агенты, предназначенные для руководства военными действиями. Последние должны были начаться из Китайского Юннаня. В 1915 г. в Бомбее арестовали одного из немецких агентов (Гершенс), который раскрыл часть этих планов. Вскоре были арестованы и агенты — индусы Гирнам Синг и Соган Лаль. У них помимо оружия, литературы и различных инструкций нашли адреса членов их организации. Поэтому были раскрыты склады оружия и взрывчатых веществ в г. Ганзе. В Шанхае был задержан один из руководителей в момент его отбытия в Калькутту с грузом оружия, доставленным на пароходе «Маверин» в один из пунктов китайского побережья между Шанхаем и Гонконгом. В Шанхае обнаружили также склад оружия у китайцев, служащих у германского подданного Нильсена, директора фирмы

«Меркад», а затем был захвачен такой же склад и у самого Нильсена и др.

Так Германия охватывала своими малыми средствами войны глубокие тылы противников, стремясь к уравновешению сил на фронтах.

Усиливая диверсионную деятельность, Германия организовала ряд школ, подготавливавших специалистов по разрушительной работе. В этих школах обучались бомбометанию, подрывному делу, организации поджогов, использованию различных химических соединений, отравлению людей и скота, технике секретной службы и т. п. Школы выпускали достаточное число подготовленных специалистов, которые приходили на смену погибшим. Диверсии продолжали развиваться. В Мексике был произведен «заговор», предпринятый с целью вовлечения ее в войну против США.[128] В Америке немцы взорвали и подожгли часть заводов и фабрик — заводов взрывчатых веществ «Этна», «Хойст и Дерик К.», «Дюпон», сталелитейный завод в Вифлееме и др. Была попытка минирования Канадской железной дороги. Наконец, с целью вызвать панику и беспорядки был организован поджог чикагских скотобоен и т. п. Благодаря хорошим агентурным позициям и отличным связям с транспортными организациями, в целях заторможения погрузки и отправки военных боеприпасов и оружия в Россию применялся способ разброски грузов по частям и их перепутывания, а иногда и утери. Поэтому в Архангельск или Владивосток прибывали орудия без замков, винтовки без затворов или без боевых пружин, которые поступали потом через несколько месяцев, также в разрозненном виде. Отправлялись подводные лодки, но в пути у них терялись некоторые части, без которых они не могли действовать, или же все судно с таким грузом

«самовзрывалось» в море, а команда почему-то спасалась и т. п.

Наряду с такой деятельностью было организовано каперство — морское пиратство для уничтожения судов противника, о чем имеется интересная книга капитана Лукнера, крейсировавшего в водах Атлантического и Тихого океана и потопившего не один десяток судов — английских, французских и американских.[129]

По показаниям агента Бинта, около Гамбурга был организован лагерь, в котором обучались около 800 молодых финнов, предназначавшихся для сформирования офицерских кадров в случае финляндского восстания против России. Это восстание частично подготовлялось и немецкими средствами. На юг России отправлялись особые агенты не только для подготовки взрывов, но и для организации стачек и забастовок.

Скандинавия использовалась с целью организации сепаратистского восстания против

России, порчи, уничтожения различных объектов, террора. На русско-шведской границе (Торнео-Хапаранда), через Торнео, при содействии русских чиновников, велись особые операции «торговли русскими кредитными рублями».[130]

Для поддержки восстания синфайнеров в Ирландии был снаряжен специальный пароход

«Либава» с оружием, организаторы были отправлены на подводной лодке.[131]

Стоило Америке создать огромный склад горючего в Ля-Рошель, как для уничтожения его туда немедленно отправились агенты Германии во главе с сыном кайзера ВильгельмаИоахимом. Он прибыл в Ля-Рошель под видом представителя Красного Креста для обслуживания пленных Германии в лагере. Поджог был организован через пленных немцев при помощи особых химических составов, подбрасываемых к зданиям в

«случайно оставленной» одежде.[132]

Для отравления и убийства людей и скота применялись мышьяк или стрихнин, трубочки с бациллами сапа,[133] взрывчатые вещества в виде плотничьих карандашей и др.; для обесценения русских денег печатались кредитные билеты 500–рублевого достоинства и т. д. и т. п.

В 1916–1917 гг. особенно участились террор и взрывы, например, на Охтенских заводах, в

Силостуне, Казани, Донбассе. В Севастополе взрывается броненосец «Императрица Мария». Подготавливаются взрывы мостов на Днепре и Волге, взрывается ряд интендантских складов и транспортов, железнодорожные станции и узлы связи, ценные склады заводов (например, пожар на Балтийском заводе в Николаеве)[134] и др. То же наблюдалось в Америке, Франции и в меньших масштабах в Англии. Активность немцев в диверсионной работе показывает следующий факт, рассказанный капитаном Лукнером: пленные германцы в Давенпорте самостоятельно «умудрились испортить электрические зажигательные провода подводных мин после того, как те были освидетельствованы и приняты комиссией».

Одновременно с указанными операциями широко практиковалось распространение слухов с целью подрыва политической власти, расстройства отношений между Японией и Китаем, между Россией, Японией и Китаем, между всеми ними и Антантой и т. д., шла усиленная работа по обесценению денег своих противников путем «выпуска эмиссии», то есть фальшивых кредитных билетов, все это подкреплялось широкой агитацией о финансовых затруднениях в тылу противника, о развитии там революционных движений. В тех же целях происходило муссирование (устно, в печати, по радио, через агентуру противника и др.) слухов о силе германской армии и флота, их неисчислимых победах, больше частью вымышленных, чтобы подействовать на иностранные биржи (Америки, Англии и Австралии), затормозить фрахтование судов и внести панику в работу транспортных организаций.

Вполне естественно, что в такой атмосфере русские, французские, английские власти — военные и гражданские — не могли работать нормально и спокойно, всюду отыскивая немецких шпионов и агентов, против которых они должны были выделить значительные силы и средства. Приведем несколько характерных в этом отношении примеров.

В начале 1915 г. был пущен слух о снижении в Гирине (Маньчжурия) немецкого аэроплана. Целью этого полета было разрушение Кругобайкальской железной дороги, вблизи которой авиаторы якобы намеревались высадиться и произвести взрыв. Причина же посадки вблизи Гирина заключалась в необходимости пополнить запас бензина, который должен был доставить немецкий агент, проживавший в Гирине. По этому поводу завелась большая переписка (имеется в архиве русского Генерального штаба) между русским и японским консульствами, между штабами округов и пекинской миссией. Были высланы особые агенты для проверки, тратились значительные средства, принимались тщательные меры охраны и… в результате все это оказалось провокацией, не имеющей под собой ничего реального, о чем впоследствии гиринский консул и донес, характеризуя историю с летчиком как «сплошной вымысел».[135]

В январе 1915 года от французской агентуры русской разведке стало известно о том, что в Ханькоу под руководством немцев функционирует нелегальное общество турецких подданных, поставивших себе целью поднять против России мусульман Западного Китая. Несмотря на то что их Ханькоу можно было добраться до мусульман Западного Китая лишь через несколько месяцев, так велико расстояние и так скверны дороги, этот слух, ловко пущенный немцами в каналы агентуры Антанты, возымел свое действие и русские, французские и др. военные власти приняли меры к выяснению и ликвидации названной организации. на самом же деле ничего подобного в Ханькоу не было, и Антанта затратила работу вхолостую.

В том же 1915 году в июне английская морская разведка вместе с французской передала русской стороне данные о том, что на острове Путу (один из островов архипелага Чжусан, напротив Нинбо) немцами устроена база для подводных лодок. Туда свозятся в разобранном виде подводные лодки, там функционирует штаб, который часто посещает германский консул с драгоманом и бывшим офицером «Эмдена» Лаутербахом и др. Все это увязывалось с предполагаемой отправкой русскими войск из Владивостока в Дарданеллы. В английской, французской и китайской прессе в это же время появился ряд статей и заметок о силе подводного флота Германии, о его неуязвимости и дерзких набегах, о быстром распространении немецкого влияния чуть ли не до Северного и Южного полюсов.

Снова началась работа в штабах, консульствах и миссиях. Снова значительные расходы сил и средств Антанты, и… снова слухи оказались ложными.[136]

В 1917 году 22 января русское Главное управление Генерального штаба послало по различным адресам шифровку:

«По сведениям из верного французского источника, поступившим из парижского межсоюзнического бюро, германцами ведется в Китае деятельная антианглийская и французская пропаганда. Подготовляются военные экспедиции в Маньчжурию и Индокитай. Для этой цели переведено из Америки двадцать миллионов марок. Генерал Певнев. № 67 006».

Это было, безусловно, неверно, и ложь выяснилась очень скоро, о чем донес полковник Блонский за № 12 005. Подобных случаев вообще было немало.

В целях восстановления китайского населения; прежде всего маньчжурского, против русских властей в начале 1915 г. стали усиленно распространяться слухи о том, что Россия, потерпевшая поражение на всех фронтах, не в силах больше продолжать войну, почему она заявила Англии и Франции о необходимости немедленного заключения мира. Несмотря на старания последних удержать ее от этого ложного шага, она уже просит мира у Германии, уступая ей значительную часть своей территории. Кроме того, вследствие недостатка различных предметов снабжения армии и населения Россия стала делать безграничный выпуск кредиток. Их уже выпущено на 10 млрд. и решено отпечатать еще на 100 млрд. для приобретения меди, железа, различных материалов, зерновых продуктов и т. п., почему все кредитки в настоящее время представляют негодный хлам, который не принимают нигде во всем мире, поэтому и китайцам нужно прекратить прием русских денег и дать отпор обману русских властей.

Россия обыкновенно нанимала китайцев для черной работы на своей территории, в качестве землекопов, шахтеров, носильщиков и т. п. Такой наем производился и во время войны. Немцы немедленно использовали этот факт и пустили в ход версию о том, что у России не хватает солдат для боев и что население не в состоянии выделять здоровых, годных бойцов в окопы. Суть слуха: под видом найма китайцев на работу русские отправляют их на фронт, в жестокие бои, где китайцы гибнут от голода, заразных болезней и меткой артиллерийской и пулеметной стрельбы немцев. Однако, мол, последние, в силу присущей им культурности, как только узнали, что китайские отряды прибыли на фронт обманом и насильно, «отказались расстреливать невинных страдальцев», а просто окружали такие отряды своей мощной кавалерией при посредстве аэропланов и забирали их в плен, где они, китайцы, чувствуют себя в данное время превосходно.

Были в ходу и другие слухи, как, например, об укреплениях, возводимых якобы русскими по Амуру и Сунгари, о сговоре Японии и России по поводу раздела Китая, о подготовке оккупации Маньчжурии и пр.

Таким образом, Германия в мировую войну наиболее полно практиковала диверсионные акты экономического, политического и военного порядка, активные и пассивные, индивидуальные и групповые, умело применяя разнообразные способы, формы и методы организации, чем и достигла значительных результатов, заставив Антанту серьезно считаться с этой формой борьбы и даже учиться у них.

Суммируя все данные о ходе диверсий в мировой войне, мы должны отметить, во-первых, увеличение значения диверсий в глубоком тылу противника, преимущественно диверсий экономического характера, направленных против промышленных предприятий, средств транспорта, складов и сырьевых источников, как наиболее действительно обессиливающих, истощающих и деморализующих противника. Во-вторых, возросшая по объему и роли работа по организации разного рода бунтов и заговоров также способствовала расстройству тыловой системы и разрушению элементов взаимосвязности и устойчивости всех элементов государства. Остальные виды диверсий лишь сопутствовали первым и носили более или менее эпизодический характер.

С точки зрения методологии диверсионной работы при всеобъемлющих задачах ее в области экономики, политики, быта и вооруженных сил мировая война выявила необходимость систематической организации диверсионных актов, последовательно проводимых и постоянно увязываемых с оперативными соображениями и со всей конкретной обстановкой района действий, выбирая всегда наиболее жизненные и действенные объекты страны, но не размениваясь по мелочам и не увлекаясь легкими задачами, имеющими третьестепенное значение. Глава 10. Диверсии после Мировой войны

Условия, способствующие росту масштаба диверсий. — Англия, занимающая первое место в диверсионной деятельности. — Диверсии империалистов друг против друга. — Диверсии против СССР. — Общая оценка диверсий как средства борьбы, при современных условиях. — Выводы.

До мировой войны между всеми капиталистическими державами существовали самые тесные хозяйственные связи. Весь мир, особенно Европа, представлял как бы один хозяйственный организм. Быстро возраставший экспорт из одной европейской страны в другую (Англия и Германия, Германия и Россия, Германия и Франция и т. д.) укреплял зависимость между передовыми европейскими странами»[137] Мировая война окончательно разрушила это пресловутое «мировое равновесие» и обострила экономическую борьбу между отдельными государствами и группами государств.

Упорная и энергичная борьба при помощи разнообразных средств — обороны и наступления — ведется постоянно между буржуазией отдельных стран, между СССР и мировым империализмом, между национально-освободительным движением отсталых стран и эксплуатирующими их капиталистическими державами. «Мирное время» по существу, та же война, но другими средствами, силами и способами, отнюдь не менее действенными, чем пушки и пулеметы.

В декабре 1922 г. в инструкции для нашей делегации, отправлявшейся в Гаагу, говорилось, что теперь, после мировой войны, новая… «война может возникнуть ежедневно из-за спора Англии и Франции относительно какой-нибудь детали договора с Турцией, или между Америкой и Японией из-за пустяковинного разногласия по любому тихоокеанскому вопросу, или между любыми крупными державами из-за колониальных споров, или из-за споров об их таможенной политике или вообще торговой политике»[138] и т. д.

Задачи диверсий остались прежние, но методы, средства и организационное оформление отшлифовались, стали более четкими, технически далеко шагнули вперед по сравнению с 1914 г., приобретая все более и более завуалированную, искусно скомбинированную форму. Темп диверсионной работы стал более энергичен и значителен, усилилась массовость диверсионных актов, их одновременность на крупных территориях, по заранее разработанному плану, с применением новых технических средств и более тесной увязкой их с конкретной обстановкой, причем более употребительными стали активные, а не пассивные диверсии, в особенности — террор.

С другой стороны, стала более заметной тенденция рассредоточения руководства диверсионной работой, именно между политическими организациями и военными, причем больше влияния имеют гражданские органы,[139] чем военные. Обособилась диверсионная работа самой буржуазии против рабочих в связи с ростом революционного движения, в особенности распространения «большевистской заразы». Эта работа ведется теперь специальными организациями провокаторов, находящимися на содержании предпринимателей.[140]

На первом месте по умелому использованию диверсий стоит Англия, которая особенно стремится к восстановлению своего поколебленного войной престижа первой державы в мире. На фоне конкурентной борьбы с Францией, Америкой, а теперь уже и Германией, несмотря на ее версальское ограбление — Англия прилагает все силы к тому, чтобы удержать в своих руках морские пути, а через них и свои колонии, так как без них она не сможет ни укрепить своей материальной базы, ни бороться с рабочим движением у себя, а значит, быть впереди или по крайней мере на одном уровне с другими великими державами в подготовке к войне. По данным «Brassey's naval and shipping annual»,[141] Великобритания вынуждена ввозить наиболее важные товары и сырье со стороны. Самообеспеченность в некоторых из них приводится в нижеуказанной таблице:

Чай, кофе, какао, сахар и рис 100%

Мука 50%

Сыр и масло 65%

Зерновые хлеба 70%

Хлопок, шелк, медь, медная руда, пенька, сырой джут и никелевая руда 100%

Шерсть 93%

Цинковая и оловянная руды 97%

Свинцовая руда 98%

Железная руда 33%

Жидкое топливо для машин по обслуживанию угольных шахт (бункеров) для транспортных моторов и аэропланов 96%

Эти цифры наглядно показывают, насколько Англия зависит от своих морских путей сообщения и насколько для нее важна вся система обслуживания средств транспорта и его целесообразного использования, включая сюда оборудование портов, а также доки, верфи, каналы и др. В одном Лондоне доки имеют водную поверхность свыше 731 акров с набережной длиной свыше 33 миль, в Ливерпуле — 650 акров и около 42 миль; в Манчестере — 120 акров водной поверхности, 6 миль набережной при 250 кранах — электрических, гидравлических или паровых; Грэйт-Истерн — 1300 акров при 350 кранах и 180 специальных угольных площадках. То же самое в Саутгемптоне, Гулле, Иммингаме, Глазго и др. Все эти системы обслуживают индустрию Англии и являются главнейшим элементом укрепления материальной базы страны, и все они, при современном развитии воздушных сил, смогут быть уничтожены через три — четыре часа (путь с материка) посредством бомб с аэропланов, как утверждает это Спэннер.[142]

Помимо этих доков имеют значение и ближайшие к ним водные пути от европейского материка, например, от Зеебрюгге, а также каналы, ведущие к докам. Спэннер называет всю эту систему «горлом страны», через которое только и может проходить пища для всего населения Великобритании. Уметь схватить за это горло, сжать его или перервать (а это возможно не только с воздуха, но и при помощи диверсионных актов) значит поставить Англию на колени, так как она окажется бессильной вести борьбу и будет поражена не на полях сражений и не массовой армией, а средствами малой войны в самый желудок. Так расценивают это и сами англичане, почему Спэннер в своей книге горячо ратует за принятие всевозможных мер по охране морских путей, доков и каналов и за усиление морского флота, авиации и др., т. е. за усиление вооруженных сил Англии, за их отбор и переорганизацию. Он не договаривает одного — что указанное положение вызывает необходимость для Англии усиления и своих диверсий, что она и делает, обгоняя в этом отношении все буржуазные государства.

Английские диверсии применяются и против Франции и против Италии, и против Америки и др. Районы диверсий — пограничные полосы, экономические центры, колонии, моря. В Сирии, например, Англия использует повстанчество против французов, снабжает сирийцев оружием, распространяет различные слухи и ведет тонкую работу по взваливанию всех обвинений в организации государственного переворота на

«большевистских эмиссаров». По словам английского агента Лоутона задача англичан в Сирии формулируется так: «Нам предстоит играть роль друзей французов, возбуждая против них сирийцев, играть роль друзей сирийцев, науськивая на них французов».[143]

Дело Марты Морэль во Франции раскрыло, что англичане организовывали поджог и взрыв ангаров французских аэропланов. Дело Гарибальди в Италии показало, что агентура англичан создавала целый ряд актов, провоцирующих Францию и Испанию на активные выступления друг против друга, или по крайней мере на порчу отношений, чтобы они не могли объединиться вместе, усилив фронт против Англии. Данные других вскрытых агентурных дел в Италии и Франции показали, что английская агентура (между прочим, агенты Лоутон и Мансвелль принимали здесь активное участие) организовывала террористические и разрушительные акты, налеты на пограничные посты, переходы через границу с обстрелом охраны и т. п. на границах Италии и Франции, опять-таки в целях разъединения и ослабления их.

Убийства и отравления политических и общественных деятелей, организация налетов и бунтов, устройство взрывов или поджогов фабрик, заводов, арсеналов, мостов, вкладов, порча оборудования на предприятиях, имеющих крупное оборонительное значение, подделка различных документов, выпуск фальшивых кредиток, компрометация, расстройство деятельности банков и промышленных предприятий и т. п. — работа английской агентуры в Европе, Азии, Америке, Африке и Австралии.

Девонширская школа специально готовит агентов для диверсий и активной разведки. «Осведомительная служба» на Доунинг-стрит, 10 широко использует питомцев этой школы и имеет в каждой стране своих агентов, ведущих работу по обеспечению бесперебойной подачи питания в «горло» Великобритании…

Особенно неистовствует британский империализм против СССР, считая, что дальнейшее укрепление последнего есть распространение по всему миру «большевистской заразы», от которой трудно избавиться вооруженной силой и которая в один прекрасный день сможет охватить всех тех, кто сегодня стоит на страже «горла» страны и питает то горло продукцией своего труда.

Для диверсионной работы используется и румынская сигуранца, и польская оффензива, и латвийско-эстонская охранка и финские «дельцы», и белогвардейцы всех мастей, разбросанные по всей Европе и Азии, и реакционные клики Китая. Каждый имеет и знает

«свой маневр» и получает свою мзду.

В 1922 году торгово-промышленно-финансовый союз белогвардейцев в Париже создал специальную террористическую организацию. Во главе этой организации стали Нобель, Лианозов, братья Гукасовы, князь Белосельский-Белозерский. В качестве основных исполнителей значились: гвардейский штабс-ротмистр Эльвенгрен, Строевой, артиллерист Болмасов, в качестве эксперта был приглашен Савинков. Бывший нефтяной король Нобель так объяснял задачу своим исполнителям:

«Мы люди коммерческие. Нас интересует только активная борьба с большевизмом, и мы видим ее сейчас только в том, чтобы уничтожить всех главных руководителей этого движения. Мы привыкли смотреть на дело коммерчески. Нам важны факты. Сделайте хоть одно дело — наш кредит вам сразу вырастет».

Другой агент империализма из этой же компании в одном из своих писем писал, что: «Способ, вне которого… нет спасения — это террор, направленный из центра, но осуществляемый маленькими независимыми группами или личностями против отдельных выдающихся представителей власти. Цель террора всегда двояка. Первая менее существенна — устранение вредной личности, вторая — самая важная — всколыхнуть болото, прекратить спячку, разрушить легенду о неуязвимости власти, бросить искру. Нет террора, значит, нет пафоса в движении»…

Средствами террора были удушливый газ, яд, револьвер и бомба. В первую очередь были намечены покушения на Крестинского, Бухарина, Радека и Чичерина, но все дела окончились неудачей. Тогда на помощь пришла «Secret intelligence service» — английская разведка, и дело оживилось. На латвийской и финляндской границах выросли гнезда белогвардейцев, переправлявшихся в СССР. Программа действий их расширилась. Теперь «было установлено два фронта — экономический и политический. Под фронтом экономическим понимали взрыв заводов, фабрик, мостов и пр., одним словом, все то, что препятствует социалистическому строительству, что нарушает нормальное течение хозяйственной жизни страны. Намечался конкретно — взрыв волховского моста… и поджог какого-либо крупного завода… Под фронтом политическим — покушения на ответственных советских работников, организация взрывов на собраниях, в помещениях общественных и партийных организации, редакций газет, исполкомов и пр.»[144]

Заграничные эсеры наряду с такими операциями мечтали и о восстаниях. Они прежде всего хотели установить связь с остатками бандитских шаек в горах Черноморья, а затем приступить к подготовке очагов восстаний, северо-западного и южного, т. е. через Финляндию и Румынию, наконец, галицийского через Польшу. Эти планы увязывались с задачами империалистических генеральных штабов и должны были из диверсионных актов превратиться в операции на флангах, обеспеченные возможностью иностранной помощи.[145]

Польский Генеральный штаб, используя белогвардейцев, строит свои «великодержавные» планы возврата к границам 1772 г., засылая в Минский район ряд групп и одиночек с целью подрыва советского государственного и хозяйственного аппаратов, террора и налетов на красноармейские части. Таковы были: отряды Ройцевича, Черного, майора Гомина, капитана Марцелло, генерала Адамовича и пр.,[146] агенты Савинкова, Балаховича и др., объединенные под флагом «Народного союза защиты родины и свободы».

На юге группа Безрукова, Крючкова и де-Тиллота осуществила взрывы в помещении органов ГПУ, Качинской авиашколы (точнее, бензиновых баков, имевшихся при ней). Спустя некоторое время они взорвали пороховой погреб в Севастополе и удачно бежали из СССР, захватив в Черном море пароход «Утриш».[147]

Сюда же нужно отнести и группы монархистов-террористов так называемого кутеповского толка (захваченные в 1927 г. вместе с племянницей генерала Кутепова) и группу белогвардейцев, бросавших бомбу в комендатуру ОГПУ в июле1928 г.

Из пассивных диверсий нужно отметить усилившуюся теперь форму фабрикации

«фальшивок» и «червонцев», что особенно ярко раскрылось из дела Дружиловского, Шиллера, Карумидзе (Берлин), Литвинова (Париж) и др. Из показаний Дружиловского выяснилось, что он с 1921 года поступил на службу 2–го отдела польского Генерального штаба (разведка), был в Риге, Варшаве и Данциге. В Берлине он выполнял агентурные задания берлинского полицей-президента. С 1924 г. приступил к изготовлению фальшивок и подложных документов Коминтерна и советского правительства.

По словам Дружиловского, первую фальшивку он изготовил при помощи некоего

Гаврилова, уже работавшего по фабрикации фальшивок в Вене совместно с Якубовичем.

Фальшивка представляла собой инструкцию Коминтерна для подготовки к выборам в Исполком Коминтерна, адресованную «Исполнительному комитету Северо-американских соединенных штатов». Этот документ был изготовлен по заказу представителя 2–го отдела польского Генерального штаба в Берлине, Пацерковского, направившего его с этим документом в американское консульство.

После первого удачного опыта Дружиловский занялся массовым изготовлением фальшивок, которые сбывал представителям иностранных контрразведок и правительств в целях вызвать разрыв заключенных с СССР договоров и дипломатических сношений, опорочить в глазах (в оригинале «главах») трудовых масс работу советского правительства, внести раскол в ряды рабочих организаций и вообще так или иначе ослабить СССР.

Шиллер, связанный с германскими монархистами, английскими генералами, польской разведкой, показывал на суде, что распространение фальшивых червонцев преследовало задачу подорвать финансовую мощь СССР.[148]

К диверсиям можно отнести и значительную долю «вредительства» типа выявившегося на шахтинском процессе в Москве, как, напр., закупка за границей несоответствующего оборудования для шахт, переход на эксплуатацию низкосортных угольных пластов, скрытие экономных шахтных проходок, вздувание накладных расходов, замедление темпа восстановительного процесса, волокита в руководящей административнопроизводственной головке, соответствующий подбор работников по признаку саботажа и уменья «итальянить», установка устарелых машин под видом их соответствия уровню производства, невнимание к вопросам гигиены и охраны труда в шахтах с целью вызвать ропот и недовольство среди рабочих, понизить производительность их труда и расшатать трудовую дисциплину, захват влияния в профорганизациях и производственных органах с целью их разложения и постепенной подготовки «взрыва изнутри», бесхозяйственная организация всего комплекса производства для его официального охаивания и доказательства нерентабельности предприятий, чтобы передать их концессионерам, связанным с интервенцией и т. п. Как известно, нити шахтинской организации вели к польскому Генеральному штабу, французскому через бывших хозяев шахтинских рудников…

Дата добавления: 2017-02-01; Просмотров: 50; Нарушение авторских прав?; Мы поможем в написании вашей работы!