Язык внешнего вида учителя 3 страница

По составу Э. делятся на простые и сложные. Первые выражены одним словом, вторые словосочетанием. Например: «И навестим поля пустые, леса, недавно столь густые, и берег, милый для ме­ня» (Пушкин) — один простой Э. и два сложных.

Известны и другие классификации Э. Так, можно противопо­ставить Э. постоянные (см. постоянный эпитет) и индивидуально-авторские. Постоянные Э. характерны для народного творчества (красна девица, добрый молодец, живая или мертвая вода и т. д.). По­стоянные Э. употребляются как средства стилизации. В отличие от постоянных, индивидуально-авторские Э. живо и наглядно рисуют предметы и действия и дают нам возможность увидеть их такими, какими их видел писатель, создавая произведение. Например: «По­губленных березок вялый лист, еще сырой, еще живой и клейкий, как сено из-под дождика, душист» (А. Твардовский). У Есенина береза зеленокудрая, в юбчонке белой, у нее золотистые косы и хол­щовый сарафан. Луговскому представлялась береза вся сквозная, она

289

эпитет

тусклым золотом звенит... Поэтическое видение не бывает стерео­типным, и каждый художник находит свои, особые краски для описания одних и тех же предметов.

В зависимости от стилистического назначения художественных определений их делят на изобразительные и эмоциональные Э. Пер­вые значительно преобладают в художественных описаниях. Эмо­циональные Э. встречаются реже, они передают чувства, настрое­ние поэта. Например: «Вечером синим, вечером лунным Был я ког­да-то красивым и юным. Неудержимо, неповторимо Все пролетело... далече... мимо» (С. Есенин).

Назначение Э. в тексте не изобразительное, а лирическое, поэ­тому слова, выступающие в роли эмоциональных Э., часто полу­чают условное, символическое значение. Например, цветовые Э. розовый, голубой, синий, золотой и др. обозначают радостные, светлые чувства. У Есенина: «Заметался пожар голубой»; Словно я весенней гулкой ранью проскакал на розовом коне». Э. черный, серый и подо­бные передают мрачные, тягостные переживания: «Вечер черные брови насопил...» (С. Есенин).

Место Э. среди других тропов, а также его влияние на обогаще­ние лексической системы языка (развитие синонимии, антони­мии, многозначности) выяснены пока в недостаточной степени. Более определенны функции Э. в структуре речевого произведения (текста). Э. в качестве средства сообщения (информативная функ­ция) может характеризовать самые разнообразные предметы и свой­ства, воспринимаемые любым органом чувств, а также объединять различные сферы восприятия, т. е. быть синестетическим (малино­вый звон, острое желание). Многие Э., фиксируя внешние черты явления, одновременно запечатлевают его духовный или социаль­но-психологический облик (суровый Дант, А. Пушкин; Толстый и тонкий, А. Чехов). Э. как средство общения (коммуникативная фун­кция) выявляет разнообразные свойства говорящего (пишущего): пол, возраст, национальность, социальное положение, индивиду­альные черты. Э. как средство внутренней организации текста (кон­структивная функция), взаимодействуя с другими словесными сред­ствами, участвует в реализации всех свойств (параметров) речево­го целого. Э. могут как бы вбирать в себя «характеризуемое» (о сердце — ретивое), чем достигается сжатость речи, но могут и со­провождать почти все единицы, способные выступать в роли ха­рактеризуемого. Э. бывают автономными и вступающими друг с дру­гом в перекличку (повтор, градация, антитеза); последние придают тексту «силу внутреннего сцепления»: «Под снегом холодной Рос­сии, под знойным песком пирамид...» (М. Лермонтов). Любой Э. выступает как относительно значимое звено текста; в этом плане большинство слов, лишенных Э., образует как бы «нейтральный

290

эпифора

фон», тогда как единицы, снабженные Э., оказываются выделен­ными. Э., несомненно, участвует в организации не только словес­ного, но и высших уровней художественного текста; например в стихотворении Пушкина «Цветок» («Цветок засохший, безухан-ный...»). Э. знаменуют движение времени, повернутое вспять ходом поэтического воспоминания, и таким образом участвуют в реали­зации сюжета. Однако эта роль Э. остается малоизученной.

Лит.: Античные теории языка и стиля. — М., Л., 1936; Веселовский АН. Из истории эпитета // Историческая поэтика. — Л., 1940; Голуб И.Б., Розен-тальД.Э. Секреты хорошей речи. — М., 1993; ГорнфелъдА. Эпитет // Вопросы теории и психологии творчества. — 2-е изд. — Т. 1.— 1911; Евгеньева А.П. Очер­ки по языку русской устной поэзии в записях XVII—XX вв. — М.; Л., 1963; Еремина В.И. Метафорический эпитет// Изв. АН СССР, ОЛЯ.— 1967. — Вып. 1; Жирмунский В.М. К вопросу об эпитете // Памяти П.Н. Сакулина. — М., 1931; Зеленецкий А. Эпитеты литературной русской речи. — Ч. 1. — М., 1913; Квят-ковский А. Поэтический словарь. — М., 1966; Никитина Е.Ф. и Шувалов СВ. Поэтическое искусство Блока. — М., 1926; Озеров Л. Ода эпитету // Вопросы литературы. — 1972. — № 4; Томашевский Б.В. Стилистика и стихосложение. — Л., 1959; Эпитет в русском народном творчестве. — М, 1980.

Л.Е. Ту мина

ЭПИФОРА (от греч. epiphora — добавка; другой вариант эти­мологии: от греч. epi — после + phoros — несущий) — фигура сло­ва, входящая в группу фигур прибавления. Э. — это тождество, или повтор слова, группы слов, речевых конструкций в конце несколь­ких предложений, строф или стихов. Вот как Цицерон использует Э.: «Вы скорбите о том, что три войска римского народа истребле­ны, — истребил их Антоний. Вы не досчитываетесь прославленных граждан — и их отнял у нас Антоний. Авторитет нашего сословия ниспровергнут — ниспроверг его Антоний. Словом, если рассуж­дать строго, все то, что мы впоследствии увидели (а каких только бедствий не видели мы?), мы отнесем на счет одного только Анто­ния» (Цицерон. Вторая филиппика против Марка Антония).

Э. постоянно используется в самых разных стихотворных жанрах. Например, в стихотворении Ф.Г. Лорки «Пустыня» (перевод М. Цвета­евой): «Прорытые временем лабиринты — исчезли. Пустыня — оста­лась. Несмолчное сердце — источник желаний — иссякло. Пустыня — осталась. Закатное марево и поцелуи пропали. Пустыня — осталась. Умо­лкло, заглохло, остыло, иссякло, исчезло. Пустыня — осталась».

Совсем по-другому воспринимается Э., содержащаяся в эпи­грамме О.Э. Мандельштама на художника Н.И. Альтмана (написав­шего портрет поэта): «Это есть художник Альтман, очень старый человек. По-немецки значит Альтман — очень старый человек».

291

этикетный диалог

Подлинную трагедию одиночества выражают стихи З.Н. Гиппиус, уже очень немолодой поэтессы, потерявшей мужа Д.С. Мережковского, с которым она не разлучалась ни на один день более 50 лет. Стихи, посвященные их с мужем секретарю и давнему другу ВА Злобину, явля­ются примером Э., имеющей даже графическое выражение: «Одиноче­ство с Вами... Оно такое, что лучше и легче быть ОДНОМУ. Оно обнима­ет густою тоскою, и хочется быть совсем ОДНОМУ. Тоска эта — нет! — не густая — пустая. В молчаньи проще быть ОДНОМУ. Птицы-часы, как безвидная стая, не пролетают — один к ОДНОМУ. Но Ваше молчание — не беззвучно, шумы, иль тень, все к ОДНОМУ. С ними, пожалуй, не тошно, не скучно, только желанье — быть ОДНОМУ. В этом молчаньи ничто не родится, легче родить самому — ОДНОМУ. В нем только что-то праздно струится... А ночью так страшно быть ОДНОМУ. Может быть, это для Вас и обидно, Вам ведь привычно быть ОДНОМУ. И Вы не поймете... И разве не видно, легче и Вам, без меня — ОДНОМУ».

М.Л. Гаспаров отмечает, что Э. в чистом виде употребляется ре­же, чем анафора, но в ослабленном варианте (параллелизм сино­нимов или грамматических форм) — гораздо чаще.

Э. как фигура противоположна анафоре, в соединении с кото­рой образует новую фигуру — симплоку.

Лит.: Гаспаров М.Л. Эпифора // Литературный энциклопедический словарь. — М., 1987; Квятковский А. Поэтический словарь. — М., 1966; Наследие Эллады: Энциклопедический словарь / Сост. Ю.И. Сердериди. — Краснодар, 1993. — С. 409; Панов М.И. Риторика от античности до наших дней // Антология русской риторики. — М., 1997. — С. 40—41; Розен-тальД.Э., Теленкова М.А. Словарь-справочник лингвистических терминов: Пособие для учителя. — М., 1985.

М.И. Панов

ЭТИКЕТНЫЙ ДИАЛОГ представляет из себя диалогическое единство, которое обычно состоит из реплики-стимула («пароля») и реплики-реакции («отзыва»). Например:

— Здравствуйте, Иван Степанович! (пароль)

— Рад вас видеть (отзыв) — реплика-реакция.

По значению этикетные диалоги можно разделить на несколь­ко групп.

Так, Н.Д. Арутюнова и Н.И. Формановская выделили:

— диалоги социального контактирования (извинение, благо­
дарность, поздравление);

— побудительные речевые акты (просьба, совет, предложения,
команды, приказ, требования);

— ответные (реактивные) речевые акты: согласие, несогласие,
отказ, разрешение.

292

Э. д. необходимо отличать от так называемого свободного диа­лога. Средством различия является наличие грамматических согла­сований в тексте.

Например:

1) У вас есть часы?
Нет (у меня часов).
Да (у меня есть часы).

2) У вас есть часы?

Без пяти минут двенадцать.

Первый диалог является примером грамматического согласова­ния текста. Перед нами вопрос и ответ, т. е. свободный диалог. Вто­рой диалог этикетный, так как в основе его лежит такой речевой акт, как просьба.

Э. д. социален по своей природе. Он отражает социальные роли говорящих: постоянные и переменные, симметричные и асиммет­ричные. Для составления Э. д. актуальны и такие моменты, как:

— выбор уместных языковых средств (при взаимодействии парт­
неров общения);

— учет обстановки общения и характера взаимоотношений об­
щающихся, а также закономерности построения диалогического
единства (имеется в виду вертикальный и горизонтальный разво­
рот реплик диалогов).

В речи говорящих Э. д. принимает характер таких жанров, как извинение, благодарность, просьба,, одобрение, похвала, совет, предложение и др.

Лит.: Арутюнова Н.Д. Истоки, проблемы и категории прагматики // Новое в зарубежной лингвистике. — М., 1985; Арутюнова Н.Д. Некоторые типы диалогических реакций и «почему» — реплики в русском языке // ФН. — 1970. — № 3; Леонтьев А.А. Психологические единицы и порожде­ние речевого высказывания. — М., 1976; Формановская Н.И. Речевой этикет и культура общения. — М., 1989; Формановская Н.И. Русский речевой эти­кет: лингвистический и методический аспекты. — 2-е изд., перераб. и доп. — М., 1984.

А. С. Киселева

Дата добавления: 2017-02-01; Просмотров: 56; Нарушение авторских прав?; Мы поможем в написании вашей работы!