Если голосовые связки не сомкнутся, под ними не возникает воздушного давления, достаточного для фонации. Это положение совершенно очевидно, так как человек может очень энергично выдыхать без всякой фонации. Если подан импульс на образование определенной длины голосовых связок и их натяжение (щиточерпаловидная мышца — m. thyreoarytaenoideus internas, seu m. vocalis), то все равно, без смыкания их фонации не будет, даже если они будут вибрировать. В опытах Р. Юссона у подопытной собаки или не было приведения связок, или действительно поступающая из легких энергия была недостаточной для образования такого воздушного давления, при котором может появиться звуковая волна. В обоих случаях фонации не было вследствие отсутствия необходимых аэродинамических условий и недостатка энергии для возбуждения звука.
Теперь проследим, что произойдет при одновременном включении обеих частей механизма голосообразования. Как только m. vocalis получил центральный импульс на натяжение волокон определенной длины (что следует считать в опытах Р. Юссона вполне доказанным) и голосо-
18* 275
вые связки по другому импульсу и при помощи других мышц сомкнулись, так тотчас же под связками возникнет повышенное давление. Воздействуя на эластическую ткань связок, давление прорвет их затвор; при этом между связками будет захвачена воздушная пучность звуковой волны такого объема, который соответствует длине и натяжению волокон m. уо-calis в данный момент, что определит частоту звуковых колебаний. При прорыве парная мышца m. vocalis несколько разойдется, что очевидно, так как во время фонации происходит расход воздуха. Так возникнет первая фаза — образование звуковой полуволны.
Следующая фаза — разрежение может наступить лишь в том случае, когда голосовые связки плотно сжаты и по-прежнему натянуты, поэтому возникает необходимость получения нового нервного импульса на натяжение. Эластичность мышц в данном случае недостаточна, так как натяжение должно в точности соответствовать меняющейся длине волокон. Таким образом, нервных импульсов на восстановление натяжения m. vocalis должно быть столько, сколько требуется для возбуждения свободных колебаний волокна определенной длины. Но это и есть тот факт, который был установлен Р. Юссоном: частота колебаний голосовых связок соответствует частоте получаемых по нерву импульсов из центра. Различие же излагаемых концепций состоит в том, что, по Р. Юссону, нервный импульс в фазу тетанического сокращения поперечных волокон m. vocalis вызывает расхождение обеих частей этой парной мышцы, тогда как правильнее считать, что нервный импульс необходим для восстановления натяжения волокон определенной длины после воздушного прорыва. Только вторая концепция позволяет, при данных фактах, понять возможность накопления энергии в подсвязочном пространстве, без наличия которой звук вообще образоваться не может.
Точнее можно было бы сказать, что нервных импульсов на m. vocalis будет столько, сколько звуковых колебаний совершают волокна при данной их длине плюс еще один импульс, так как первый импульс будет задан до начала колебаний. После каждого смыкания голосовых связок под ними будет образовываться повышенное давление, а над ними разрежение, которое после каждого прорыва пойдет за пучностью, образуя звуковую волну.
Различие разбираемых концепций является принципиальным. Согласно защищаемой здесь точке зрения, голосообразование в полной мере согласуется с принципом автоколебаний. Физически частота колебаний определяется в самой колеблющейся системе, так как она зависит только от длины и натяжения волокон голосовых связок. Однако длина волокон задается центральным нервным импульсом. При этом совершенно очевидно, что смена этих импульсов или их частота ни в какой мере не совпадают со звуковой частотой. Так, например, тон в 100 герц, соответствующий определенной длине волокон, может продолжаться долгое время и не потребует смены длины волокон за много звуковых колебаний. Наоборот, восстановление упругого натяжения волокон той же длины после воздушного прорыва потребует нервных импульсов, следующих друг за другом с такой же частотой, как звуковая. Это значит, что при передаче сигнала с одного вида энергии на другой соблюдается кодовый принцип. К мышечному волокну, определяющему частоту звуковых колебаний, подходит нервный импульс, не совпадающий со звуковой частотой. Но восстановление теряющегося со звуковой частотой натяжения, конечно, требует импульса такой же частоты. Это и показывает, что как сама частота, так и потеря натяжения происходят в самой.колеблющейся системе.
Кроме того, это объясняет и различие диапазонов производимой и слышимой частоты. До сих пор никто еще не приводил фактов и не утверждал, что по нерву могут быть переданы импульсы с частотой 8000— 15000—20000 кол/сек. Так как частотная проводимость нерва ограниче-
на, то восстановление натяжения голосовых связок не может происходить с частотой 'больше чем 1100 кол!сек. Это и ограничивает частоту основного тона голосовых связок. Однако в резонаторной системе, т. е.. в трубке, надставленной над гортанью, могут усиливаться гармонические колебания значительно большей частоты, как кратные от основного тона. Таким образом, авторегулировка частоты происходит потому, что в самой колеблющейся системе есть прерыватель звуковой частоты. Он действует автоматически, так что после каждого прорыва связок восстанавливается единый центральный импульс на их натяжение.
Этот вопрос вызывает психологический интерес. Надо отчетливо отличать: а) представляемую высоту тона от б) осуществляемой голосовыми связками частоты колебаний. Если от нижнего возвратного гортанного нерва были уловлены центробежные импульсы звуковой частоты, это еще не значит, что они были заданы в высших отделах мозга. Рассмотренные явления свидетельствуют о другом. В процессе фонации к каждой из многочисленных групп внешних и внутренних мышц горта^ ни, к мышцам резонаторных полостей и дыхательным мышцам одновременно поступает расчлененный поток множества нервных импульсов разной частоты. Согласование всех этих аналитически разложенных на элементы импульсов было бы невозможно, если бы они не синтезировались в момент запуска в единое целое. Это и происходит при о т.б о p е з в у-к о в о и вые о т ы. Певец веде'т звуковысотный ряд, он руководствуется высотой как качеством звука, и только высотой, а не представлением частоты колебаний. Он выделяет -в своем представлении a1 (la»первой октавы), а не 435 колебаний в секунду. Он форсирует голос, не имея никакого представления о том, как ведет себя при этом голосовая щель. Слух контролирует лишь акустический результат синтеза — высоту и громкость, а не аналитические компоненты движений, не частоту колебаний голосовых связок. Представление высоты кодируется на нервные сигналы, идущие к множеству мышц, совокупность работы которых создает частоту звуковых колебаний. Слушающий декодирует частоту и тем самым принимает ту высоту, которую имел в своем представлении поющий или говорящий.
Единый нервный импульс на высоту соответствует постоянной длине волокон голосовых связок за все время, пока певец представляет себе высоту данного тона. (Потеря натяжения волокон при прорыве голосовых связок будет восстановлена автоматически, т. е. без специального синтетического импульса из высшего отдела мозга, так как заданный оттуда импульс на высоту продолжает сохранять силу и эквивалентен частоте колебаний. Это значит, что превращение представляемой высоты тона в выдаваемую частоту звука регулируется автоматически в специальных областях мозга. В дальнейшем мы увидим, что этот механизм' управления может быть до некоторой степени вскрыт применительно к произнесению речи.
Теперь перейдем ко второму отделу механизма голосообразования. Гортань является не только органом генерации периодической звуковой частоты, но и авторегулятором поступления энергии при осуществлении фонации, что выполняется механизмом приведения голосовых связок в сомкнутое состояние при помощи аддукторов. Эта часть механизма, включаясь по положительному нервному импульсу при начале фонации,, создает для нее необходимые аэродинамические условия в виде накопления подевязочного давления. По отрицательному импульсу, при выведении из действия аддукторов, фонация 'прекращается, так как при этом кет условий для накопления энергии. Приведение голосовых связок может быть большим или меньшим, соответственно и накапливаемая энергия может быть большей или меньшей.
Таким образом, оба отдела механизма фонации работают по принципу ступеней. Перемены длины волокон m. vocalis образуют последова -
тельные ступени ряда частоты, а перемены подсвязочного давления путем смыкания голосовых связок влияют на образование динамического ряда интенсивностей звука. Следовательно, гортань не только генерирует звук, но также и модулирует его по ступеням частоты и силы. Однако механизм обоих видов квантования различен. Гортань является лишь одним ' из генераторов звука — голосовым. ' К другому, шумовому генератору относится полость рта. Квантование голоса или основной частоты зависит исключительно от гортани (если созданы аэродинамические условия для фонации), квантование же силы звука как на голосе (гласных), так и на шумовых звуках (согласных) будет зависеть в значительной мере от резонаторной системы, в которой происходят разнообразные перекрытия и сужения воздухоносного пути. Степень смыкания голосовых связок приходится рассматривать лишь как одно из звеньев в общей цепи перекрытий воздушного потока, принимающего участие в квантовании динамики фонации.
Механизм динамического квантования значительно сложнее, чем первоначально кажется. Для его понимания проблема речевого дыхания должна быть поставлена.во всей полноте как в части эффекторных механизмов, так и нервного управления. Вопрос о соотношении между величиной раскрытия голосовой щели и подсвязочным давлением и о влиянии этого соотношения на силовые перемены звука обсуждался в фонетической литературе, но не получал ясного решения вследствие ограниченности фактического материала. Мысль о TOIM, что величина раскрытия голосовой щели определяет аэродинамические условия и тем самым влияет на силу звука, была высказана Форхаммером и энергично поддержана О. Есперсеном 1. Эта концепция кажется на первый взгляд довольно убедительной и подтверждается некоторыми фактами, полученными примитивным способом.
Первая мысль, которая естественно приходит в голову при обсуждении вопроса о силе подсвязочного давления и которая, как предпосылка, лежит в основе всех концепций экспираторного ударения и слогообразо-вания, состоит в том, что величина воздушного давления определяется силой экспирации. Весь дыхательный аппарат, все дольки обоих легких и все трахеобронхиальное дерево в разные моменты речи подают то большую, то меньшую массу воздуха, то с большей, то с меньшей скоростью. Это допущение не опиралось на какие-либо факты., Оно просто признавалось как самое простое, при отсутствии более точных наблюдений. Форха>ммер и Есперсен справедливо усомнились в вероятности этого предположения. Дыхательный аппарат слишком громоздок для того,- чтобы регулировать силу воздушного давления по таким малым порциям, которые требуются при слогоделении.
Если.звук длится дрстаточно долго, как при пении, говорит Есперсен, то в этом случае еще можно думать, что его сила будет определяться за счет работы всего дыхательного аппарата, за счет усиления экспирации. Если же звуки часто чередуются и весьма ограничены во времени, то громоздкий дыхательный аппарат просто не поспеет за быстрой сменой слоговых модуляций.
Это сомнение в возможностях дыхательного аппарата, в общей форме, конечно, справедливое, как и всякое сомнение в недоказанных положениях, само также не было обосновано какими-либо прямыми наблюдениями за движениями, например диафрагмы, межреберных мышц или бронхов. Однако оно заставило обратить внимание на одно из звеньев общего процесса речевого дыхания — на изменение просвета голосовой щели.
О. Есперсен признает два пути регулировки силы экспирации. При пении, громких возгласах и при сильной эмфазе в-речи усиление выдоха
Otto Jespersen, Lehrbuch der Fonetik, 4. Aufl., 1926, S. 116—120.
обычно идет за счет усилий всего дыхательного аппарата. Это один путь. Другой путь состоит в том, что голосовые связки сближаются то больше, то меньше. При сближении голосовых связок в подсвязочном пространстве увеличивается воздушное давление, поэтому колебания их автоматически приобретают большую амплитуду. При расширении щели, наоборот, подсвязочное давление уменьшается, соответственно ослабляется и сила звука. Этот второй путь регулировки силы звука является значительно более точным и тонким, чем первый. Уже незначительные перемены размера голосовой щели могут вызвать заметные модуляции силы звука, что и наблюдается в процессе обычной нормальной речи.
Эти положения подтверждаются следующими наблюдениями. Произнося громко о, мы не можем поколебать пламя горящей свечи, поставленной около рта, при произнесении, например, и пламя не только колеблется, но и может быть даже потушено. Надо думать, что в момент произнесения о голосовая щель более закрыта, чем п,р,и произнесении и, поэтому расход воздуха на о меньше, чем на и.
Постараемся разобраться в этих наблюдениях., Самый факт большего сужения голосовой щели на о или а, чем на и, первоначально кажется вероятным и может быть подтвержден некоторыми акустическими измерениями. Из ранее изложенного мы знаем, что а и о являются значительно более громкими, чем иу поэтому естественно допустить, что и подсвязочное воздушное давление будет большим на а и о, чем на и, следовательно, в таком же соотношении будет находиться и величина раскрытия голосовой щели. Однако акустические измерения в данном случае не могут служить аргументом для доказательства, так как качание пламени зависит не от громкости звука, а от скорости воздушного потока. При произнесении и во рту образуется сравнительно узкий проход, поэтому скорость воздушного потока будет больше, чем при произнесении а или о, когда язык делает только нижний или средний подъем. Для учета расхода воздуха необходимо принять во внимание соотношение его массы и скорости истечения.
Вначале допустим, что общая масса воздуха, поступающая в подсвязочное пространство, одинакова для о и и. Это именно тот случай, который имеет в виду Есперсен, так как излагаемая им концепция исходит из допущения того, что легкие сами по себе на этих звуках не регулируют подсвязочного давления. При большем сужении голосовой щели в момент произнесения о подсвязочное давление и амплитуда колебания голосовых связок увеличатся больше, чем при и. Но так как масса воздуха одинакова, то на о увеличится также и скорость воздушного потока в большей мере, чем на и. Если не принимать во внимание процессов в полости рта (как это делает Есперсен), то в таком случае поток с большей скоростью при произнесении о сильнее поколеблет пламя свечи, чем струя воздуха, идущая с меньшей скоростью при произнесении и. Опыт же показывает обратное.
Теперь примем другое допущение: масса воздуха, поступающего в подсвязочное пространство, неодинакова при произнесении о и и. Разбираемая теория не дает ответа при этом допущении и вполне понятно — почему. Тогда снова пришлось бы возвратиться к отклоненной гипотезе о регулировке речевого дыхания при помощи громоздкого дыхательного аппарата. Если масса подходящего к гортани воздуха различна на каждом речевом звуке, то отсюда следует, что легкие подают на каждом звуке то больше, то меньше воздуха, и роль голосовой щели становится неясной.
Допущение о возможности регулирования силы звука через дыхательный аппарат отклонено слишком поспешно. Если дыхательная трубка может менять просвет на уровне гортани и выше, то нет никаких оснований отрицать, что она может измениться в просвете и ниже гортани, на всех разветвлениях трахеобронхиального дерева. На приведен-
ных выше прямых рентгенограммах гортани было показано, что при смыкании голосовой щели фонация может отсутствовать. Это значит, что источник энергии для колебания голосовых связок лежит ниже гортани.
Конечно, Есперсен не сомневался IB. том, что энергия для образования звука поступает из легких. Вопрос ставится о том, как регулируется1 эта энергия, как она делится на порции при образовании разных звуков и равносильных'слогов. Если допустить, что деление энергии на порцшг происходит только путем сужения и расширения голосовой щели, то неизбежно в нижележащих местах трахеобронхиального дерева возникнут реактивные аэродинамические толчки, вздутия и спады. Толчки пойдут в обе стороны от голосовой щели, в верхней части они, согласно разбираемой гипотезе, будут усиливать и ослаблять звук, создавая ударения, а в областях ниже гортани эти толчки вызовут лишь расстройство дыхания, если реактивные силы не будут парированы какими-либо специальными нервными импульсами. Если же предположить, что регулировка подачи энергии для фонации находится в самом источнике отпуска энергии, тог* да придется отказаться от принципа авторегулировки, так как легкиег конечно, не входят в колеблющуюся фонационную систему- Решение всех этих вопросов, как видно, затрудняется просто вследствие отсутствия каких бы то ни было точных фактов. Общеизвестные же наблюдения противоречивы. Они толкают то на одну, то на другую гипотезу.,
Одним из таких общеизвестных наблюдений, которое снова заставляет вернуться к отвергнутой первоначально гипотезе, является способ произнесения глухих согласных. Так как глухие согласные образуются в полости р'та без (всякого участия голоса, следует думать, что голосовая щель при этом широко раскрыта, что признается всеми. Есперсен считает!, что в этом случае увеличение массы воздуха (Luftmenge) при усилении силы звука происходит за счет органов дыхания, т., е. увеличения силы выдоха. Таким образом, для образования глухих согласных автор гипотезы отводит главную роль отклоненному им ранее для1 процесса речи в целом принципу усиления звука за счет работы экспираторных мышц всего дыхательного прибора.
Современная техника дает 'возможность произвести прямые наблюдения за раскрытием голосовой щели во время фонации гласных. Конечно, эти данные более надежны, чем косвенные выводы из наблюдений за колебанием пламени. Оказывается, что при произнесении гласных происходят очень тонкие и едва уловимые изменения просвета голосовой щели. На 49 таблице альбома рентгенограмм представлены томограммы гортани, полученные В. Г. Гинзбургом при его опытах в Московском институте рентгенологии и радиологии2.
При томографии рентгеновская трубка, точно фокусированная на оп* ределенный пункт объекта съемки, движется по радиусу. Навстречу трубке по дуге определенного радиуса движется также и снимаемый объект. В результате все ткани объекта, не находящиеся в фокусе при движении, смазываются, а фокусированная область выделяется наиболее отчетливо. Таким образом, окружающие фокусированную область ткани как бы срезываются, почему и сам метод такой съемки получил название томо-графин.
На томограммах (49 таблица альбома) представлено произнесение а, о и и. Различия в размерах голосовой щели очень незначительны. Может быть, что на и она (несколько шире, чем на а и о. Вместе с тем отчетливо видно различие в наполнении воздухом морганиевых, или гортанных, желудочков (Ventriculus laryngis), расположенных между истинными и ложными голосовыми связками., Желудочки меньше всего разду-
1 Otto Jespersen, Lehrbuch der Fonetik, 4. Aufl., 1926, S. 119.
2 В. Г. Гинзбург делал целый ряд сообщений о своей работе и любезно предоставил в мое распоряжение некоторые прямые рентгенограммы гортани.
ты при я, больше при о и еще больше при и. Это является показателем наибольшего воздушного лодсвязочного давления на и и уменьшения его на о и а.
Однако условия томографироэания для решения поставленного вопроса недостаточно благоприятны. Экспозиций длится -не'меньше 2—3 секунд. При таком длительном произнесении голосовая щель может то сужаться, то расширяться. Ее истинный размер, при (Незначительных колебаниях, установить трудно. Для фиксации размеров голосовой щели при: кратком, речевом произнесении 31вуков о, и В. Г. Гинзбургом были получены на том же объекте обычные прямые рентгенограммы гортани. Экспозиция продолжалась 0,1 секунды. На этих рентгенограммах (50 таблица альбома), в отличие от томограмм, виден силуэт позвонков. Вместе с тем интересующая нас область голосовой щели выделена вполне точна-и отчетливо. Это достигалось путем плотного прижатия кассеты к гортани и применения лучей повышенной жесткости (100 кв\). Из сравнения рентгенограмм -(50 таблица альбома) видно, что% раскрытие голосовой щели несколько больше на а, чем на и. Соотношение же IB расширении морганиевых желудочков такое же, как и в вышеприведенных томограммах. Следовательно, с достаточной уверенностью можно лишь сказать,, что подвязочное давление при фонации и больше, чем при фонации а.
Факт меньшего раскрытия голосовой щели на и, чем на а, согласуется с ранее установленными фактами о величине потерь звуковой энергии в костно-мышечных тканях. Большая амплитуда колебания голосовых связок ори фонации и есть не что иное, как подтверждение факта значительной акустической мощности и (по сравнению с а) на уровне гортани. Сужение же При произнесении и -воздухоносного пути в полости рта приводит к увеличению скорости потока воздуха. Однако это обстоятельство, являющееся главной причиной колебания пламени свечи при произнесении и, не имеет никакого отношения к акустическому усилению«звука, что интересовало О. Есперсена. Ослабление же эвука на и, как мы знаем, -происходит вследствие расширения глоточной трубки и худших, по сравнению с а, условий излучения звука.
Так как при образовании слога глоточная трубка модулирует в объеме, то и голосовая щель должна повторять такую же модуляцию, иначе появится разрыв в балансе поступления и расхода воздуха. Следовательно, модуляцию глоточной трубки надо рассматривать как сигнал к изменению просвета голосовой щели при фонации разных звуков речи. Здесь происходит то же самое, что и в других частях механизма речи, — регулировка по конечному результату. Конечным результатом является выработка речевых звуков в надставной трубке; к этому результату и должен приспособиться процесс предречевой гортанной фонации.
На выходе изо рта звуки а и u должны быть в известных пределах выровнены по силе, так как иначе сильный звук, независимо от его места в соседстве со слабым *, будет маскировать этот слабый звук. Однако такому выравниванию мешает то обстоятельство, что u будет заглушено в глоточной трубке, в то время как а усилится в глотке и ротовом излучателе. Таким образом, для выравнивания звуков по силе управление по конечному результату должно потребовать ослабления а и усиления u на уровне ниже глоточной трубки, так как выше этого уровня происходит обратный процесс. Обратные соотношения этих процессов были показаны на стр. 210 (запись слов маки, мака, пали, пила] и на таблицах 48, 49, 50 (томограммы и фронтальные рентгенограммы гортани). При фонации и происходит- значительно большее накопление 'подсвязочного давления,
1 И. К. Самойловой показано на чистых тонах, что эффект маскировки появлялся и в том случае, когда маскирующий теин следовал за маскируемым. Тезисы V Совещания по вопросам речи, Л., 1956, стр. 18.
281;
чем при фонации а. В надставной же 'трубке и теряет большую долю энергии, отдав ее окружающим тканям. Так как масса воздуха при этом остается все же значительной, то усиливается скорость его истечения в узкой ротовой щели, что может вызвать колебания пламени свечи, но уже не отразится на силе звука, так как он образуется не вследствие турбулентности в роговой щели, а в результате колебания голосовых связок.
Представленные томограммы и обычные прямые рентгенограммы гортани позволяют обнаружить еще одно в высшей степени интересное и принципиально существенное явление. Легко заметить, что поперечник сечения полости на уровне ложных голосовых связок колеблется на разных звуках речи. При промере по подлиннику томограмм получается следующий ряд: а — 4,8 мм, о — 6,5 мм, и — 10 мм. Измерение обычных прямых рентгенограмм дает а — 5 мм, и — 10 мм. Объект и условия съемки одинаковы во всех случаях. Это значит, что основные и при этом отчетливо заметные модуляции происходят на уровне не истинных голосовых связок, а ложных. Величина раскрытия голосовой щели остается на разных гласных звуках неизменной или почти неизменной. Это и понятно, так как иначе нарушился бы механизм приведения и не могла бы возникнуть фонация. Вместе с тем аэродинамические условия образования разных гласных настолько различны, что потребуют соответственно разной регулировки просвета воздухоносной трубки на уровне гортани. При иных условиях возникли бы сильнейшие вредные реактивные силы перенапряжения. Так как при фонации а снижается подсвязоч-ире давление, то соответственно уменьшается и поперечник сечения на уровне ложных голосовых связок. При усилении же подсвязочного давления на о и особенно на и расширяются и ложные голосовые связки. Как указывалось, сигнал о регулировке просвета ложных голосовых связок и соответственно большем или меньшем заполнении (воздухом моргание-вых желудочков может быть подан только от такого органа, который выдает конечный речевой эффект, т. е. образует произносительную единицу — слог. Таким органом является глоточная трубка как непрерывно модулирующий компонент речевой резонаторной системы. Это значит, что регулировка просвета ложных голосовых связок происходит по принципу обратной связи. Конечно, эта обратная связь идет не непосредственно от глоточной трубки к гортани. Афферентная сигнализация от глоточной трубки, как будет показано дальше, направляется к центру — в разные подкорковые и корковые образования и оттуда, перекодированная на разные речедвижения, в том числе и на колебания просвета ложных голосовых связок, направляется к исполнительйым орга-» нам для их взаимной, нормализованной регулировки.
Следует подчеркнуть, что обсуждаемые рентгенограммы гортани проливают свет на очень до оих пор не ясную проблему о роли ложных голосовых связок в процессе фонации. Оставалось непонятным, каков смысл дублирования связочного аппарата гортани. Казалось бы, что для фонации достаточно одних истинных голосовых связок. В действительности принцип парных звеньев является основным во всей системе механизма речи. Именно эта парность звеньев и обеспечивает нормализованную регулировку всего речевого процесса.
Такие парные звенья, как тоновой и шумовой генераторы звуков речи, глоточный и ротовой резонаторы, поперечнополосатые мышцы дыхательного аппарата и гладкие мыш^ы трахеобронхиального дерева, составляют в целом взаимосвязанную цепь парных звеньев, обеспечивающих взаимную авторегулировку и нормализацию при произношении слов. В эту же систему входит и парное звено гортани. Авторегулировка в этом случае состоит в том, что истинные голосовые связки квантуют звук по степеням частоты основного тона, а ложные голосовые связки согласованно с э'тим выравнивают динамический диапазон-звука и на
этом выравненном фоне позволяют при сигнализации от глоточной трубки квантовать степени слоговой равносильности. Таким образом, два вида квантования сливаются в одном общем конечном слоговом эффекте.
Вывод, к которому мы приходим в этом параграфе, состоит в ÏOM, -что авторегулйровка частоты звуковых колебаний происходит на уровне истинных голосовых связок гортани, авторегулйровка же силы звука происходит на уровне ложных голосовых связок, но через посредство глоточной трубки. Так как частота звука не может возникнуть без энергии, то оба процесса теснейшим образом связаны. Полный ответ на вопрос может быть получен лишь после исследования самого источника энергии звука при речевой фонации.
Концепция Форхаммера-Есперсена, в которой глоточные модуляции не принимались во внимание, должна быть решительно перестроена. Ударение и всякие другие силовые модуляции не могут зависеть только от изменения ширины голосовой щели. Перемены ширины голосовой щели входят как элемент в общую систему слогообразования. В дальнейшем будет показано, что существует внутренняя обратная нервная и мышечная связь между глоточной трубкой и гортанью, которая обеспечивает авторегулируемое управление этими системами.
До сих пор были приведены некоторые факты о регулировке силы звука только на уровне гортани, вопрос о регулировке отпуска энергии из ее источника остался открытым. Эта наиболее сложная и наименее изученная проблема будет поставлена в следующем параграфе.
§ 33. ПАРАДОКС РЕЧЕВОГО ДЫХАНИЯ
Исследования послеротового воздушного давления манометрической методикой при произнесении гласных производились неоднократно. Во всех случаях они давали сходные результаты в соотношениях величины давления в элементах ряда. По измерениям Гюнцера 1 на материале немецкого языка получился следующий ряд ступеней в миллиметрах ртутного столба:
А О У Э И
9,19 14,55 14,70 15,58 16,17
По измерениям Л. Д. Рабогнова на материале русского языка2 получился ^следующий ряд:
А О Э У И
10 И 12 12,5 13,5
Б целом, несколько большая абсолютная величина послеротового давления в немецком языке,по сравнению с русским объясняется, вероятно, «более твердым приступом немецких гласных. Различие рядов в соседних звеньях (у\ э) объясняется, во-первых, различием языков и, во-вторых, тем, что при изолированном произнесении гласных смежные звенья, как это было показано раньше, могут по зоне модуляций глоточного резонатора частично перекрываться. Представленные данные получены независимо от наблюдений за модуляциями глоточной трубки и задолго до установления самого факта таких модуляций., Кроме того, ряд последовательности послеротового воздушного давления был установлен вне всякой связи с рядом разногромкости гласных.
Теперь мы должны обратить внимание н а т о, что все эти три ряда находятся в полном соответствии
1 См. Большая Медицинская Энциклопедий, т. VII, стр. 628, статья Л. Д. Работ-«юва «Голос».'
2 Л. Д. Работы ов, Основы физиологии и патологии голоса певцов, Гос. муз. шд-во, М., 1930, стр. 39.
друг с друг ом. Последовательность от а до и сохраняется во всех трех рядах и не может считаться случайной. Однако направление ростш величин в разных рядах неодинаково. В то время как громкость звукам от а«до и падает, объем глоточной трубки и послеротовое воздушное давление от а до и возрастают. Соответственно общий результат может-быть сведен в таблицу.
studopediasu.com - Студопедия (2013 - 2026) год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав!Последнее добавление
