Часть вторая с конца

Он открыл глаза. Снова оказался в кровати. Доброе утро, комната с серебристым шкафом, белым в желтую крапинку ковром, кроватью из черного дерева и белым постельным бельем. Батарейка в круглом будильнике села уже очень давно, но, вроде бы, утро. Все такое белое-серое, но элегантности обстановке в комнате не занимать. И почему-то, других комнат, кроме своей спальни, кухни, душевой и коридора он и не видел, хотя ясно, что еще есть две спальные, кладовая и гостиная. Одного тапочка не оказалось рядом, он валялся в другом углу комнаты. О, снова дали горячую воду. Не надо включать нагреватель. Зубная щётка была влажная, словно ей пользовались максимум как час назад. Хотя, может это он и сам намочил.

За окном метель. Когда же она перестанет буянить? Сегодня с утра он какой-то подавленный, немного неприятно болит голова, словно кожаный обруч надел и как следует затянул.

Под дверью вновь оказался конверт с пустым листом бумаги. В этот раз надо бы его хорошенько изучить. За столом на кухне, с чашкой кофе и свежими булочками с маком, он принялся к осмотру бежевого конверта с вложенным в него белым листом. Ничего, разумеется, не нашел. Кроме того, что конверт был склеен собственноручно, простым канцелярским клеем и бумага была какая-то шершавая, полупрозрачная. То, что она напоминала, никак не вспоминалось. Захотелось курить, а в кармане серого махрового халата оказалась пачка сигарет. Удивительно. «Странное место» - пришло к нему в голову. Именно сегодня хотелось рассуждать, а не заниматься описанием того, что видит вокруг и за окном. Может, даже можно выйти на улицу? А чтобы и нет?

Пошел по коридору с персиковыми обоями, мягко ступая на серый ковер одной ногой в тапочке, а другой – босой. Сигарета в зубах продолжала дымиться, в руке была чашка с кофе и куча конвертов с пустыми письмами. Поворачивая в сторону своей комнаты, он запнулся об ковер и моментально кофе образовало красивое пятно на мягких обоях, которое мгновенно впиталось. Ковер смягчил падение, но не смягчил боль в языке, который волею судьбы оказался прикушенным. Ворох писем помялся и разлетелся, как самолетики по коридору. Как не красиво получилось, однако. Севилья бы рассмеялась и принялась помогать ему.

Севилья. Да, всё и правда как-то странно. Откуда всплыло это имя? Он же ничего не помнил, ни о чем не думал, все дни были как один. А тут, когда его стало пробирать любопытство – мир начал конкретно меняться.

Он уже сидел на сером стуле перед столом и распрямлял листки бумаги, аккуратно, чтобы не порвать. Наверное, если эти письма присылала некая Севилья, то может это и её духи. Если запах знаком и это имя всплыло. Да, наверное, это она. А кто же это? Откуда он её знает и почему ничего не помнит? Однозначно в этом есть какая-то тайна и загадка, которую требуется решить. На бумаге ничего не было, чистая и так же пахла. Долго смотреть на это всё он не мог, потому что внутри что-то сверлило и требовало ответа, а неразрешенная тайна не давала покоя, и сидеть на этом мягком сером стуле он уже не мог. Подскочил, начал ходить по комнате. Снял тапок с ноги и пнул его в другой угол комнаты. Голова болит, начинает ныть ступня, похоже, неудачно упал. В голове серое вещество, уставшее от безделья, начинает выкидывать какие-то странные идеи, предположения, образы, даже не беспокоясь о том, что это всё не логично, глупо, не понятно, и, похоже, настолько переусердствовало, что начало нагреваться и гореть от перенапряжения.

Стоп. Нет. И правда пахнет неприятно. Словно жгут шерсть. Сигарета. На ковре. Точно, он же споткнулся и потом поднялся без неё. Выскочил в коридор и увидел небольшой кусочек дымящегося ковра. Хорошо, что не серьезно. В ванной набрал стакан воды и вылил на всю эту дымовуху. От дыма голова ещё больше разболелась и захотелось открыть все окна, чтобы впустить свежий воздух.

Стал бегать по квартире открывая окна. Одно в комнате, одно на кухне. В той другой спальне стоял пластмассовый стол и пустая кровать, без постельного белья. Окна заклеены газетой. На полу кусочки бумаги, какой-то разноцветной пыли, видимо с окна нанесло, потому что следы такие, словно её вдували. Как-то не по себе было здесь находится. Ладно, можно и не открывать здесь окно. В соседнюю комнату дверь была заперта, причём еще на ключ. Ну здорово, в его же квартире двери на ключи заперты, неужели ещё и гости тут бывают, что приходится закрываться? Хотя, он ничему бы сегодня уже не удивился. Поискал по карманам, а вдруг, как сигареты, там возьмет и появится ключ? Нет, тут так не получилось. Ладно, потом. Дышать невозможно. Осталась гостиная. Открывая двойные двери в зал, он прищурился – яркий белый свет ослепил его. Проморгался и ничего не увидел. Пустая белая комната. Даже окон нет, но комната словно чем-то освещена изнутри и что-то в ней казалось очень странным. Лучше решить этот вопрос потом. Снова закрыл двери и понял, что не хватает воздуху и стал его судорожно хватать ртом. И горелым он уже не пах. Оказался на полу, прислонённым к стене, рассуждая о том месте, где же он оказался. Справа от него была входная дверь. Он же хотел выйти. Медленно поднялся и подошёл к ней. Рука легла на холодную металлическую ручку. Для интереса поглядел в дверной глазок. Ничего не изменилось, с прошлого раза, когда он забирал письмо. Та же площадка, та же дверь напротив, та же лестница, освещенная желтым фонарем, никого там нет.

Всё закружилось и в глазах потемнело, слишком много странного происходит сегодня. Захотелось убрать руку с этой округлой ручки и налить себе чашку кофе, чтобы успокоиться. Там, вроде бы, был еще пирог. Интересно, откуда он? Та Севилья? Не просто так же это всё. Пока за дверью никого нет, ничего не лежит, хочется кофе, он поспешно ушел обратно на кухню, оправдывая свой страх неизвестности перед тем, что за входной дверью. Надо бы сначала смириться с тем, что находится у него в квартире.

Холодный воздух кружил по квартире, оставляя следы из пыли на ковре, стенах, смёл запах горелого ковра с черным грубым пятном на нем, морозил ноги. Вместо кофе пил чай, откуда-то в шкафчике на кухне достал зеленый. Положил туда три ложки сахара и выпил за два глотка. Хотя бы сердце уже не так бешено стучит и ноги оттаяли. Почему он так испугался этой двери? За ней ничего же нет, и кто-то явно там живет и, в отличии от него, не боится ходить за свою дверь. Подошел к окну. Всё так же лежит снег, метет, от снеговика остался лишь еле различимый сугроб и торчащая метелка. В голове резко потемнело и всплыло облако воспоминаний: ночь, лежит снег, который кажется голубым из-за лампы, над детским садом. Вокруг решетка, ограждающая двор и садик. Во дворе стоят высокие зелено-белые дома, светят своими окнами и снег там кажется оранжевым. Холодно, нос и щёчки пощипывает от мороза, а перед ним лежит комок снега. Надо его докатить до другого, который рядом. Женщина в большой пушистой шапке уже сделала первый большой ком, мальчишка в шубе и красным шарфом подкатил к ней средний второй, и они поставили его на первый. «Давай сюда кати его!» - крикнули ему, махая рукой. Ножки маленькие, ручки тоже. Устал уже катить. Женщина с широкой улыбкой и добрыми глазами подбежала к нему и помогла катить. Его подняли на руках и он, весело смеясь, поставил первый ком на второй. Получился большой снеговик. Мама надела на его голову, плетенную из разноцветной проволоки, корзину и достала из кармана морковку, пока они собирали камни для пуговиц и глаз. А потом насобирали тонких веток под деревьями и сделали в его руках метелку.

Все прошло так же быстро, как и пришло. Потряс головой и снова посмотрел на снеговика во дворе. Окно запотело, он протёр его рукавом. На его голове была корзина? Вроде да. Но её уже не видно. Да нет, бредовая идея. Не может это быть тем самым снеговиком. Даже если это воспоминание, его личное, то он уже взрослый человек, а там он был совсем маленьким. И вообще, вряд ли, ему просто показалось, мало ли что не случается, когда голова болит и кружится. Пошел в комнату, где лежали письма и старался не думать о том, что просто не может ничего вспомнить о прошлом.

Дата добавления: 2017-01-14; Просмотров: 49; Нарушение авторских прав?; Мы поможем в написании вашей работы!