И только в этот миг она поняла, что буквально несколько дней назад она стояла перед ответом на свой вопрос, и даже удивилась, как этот ответ не приходил ей раньше в голову

Признаков второй мухи не наблюдалось.

Через несколько часов, с одного краю кирпича появилось взлохмаченная, грязная, ужасно поцарапанная голова первой мухи. Постепенно появлялось и все остальное, то, что раньше бы называлось туловищем.

Теперь уже вторая муха задумалась на долго. Она никак не могла найти более достойную причину для жизни, чем обсидка мест ее обитания, ведь это было заложено в ее мозг с самого раннего детства. Буквально с разбавленным молоком матери она впитала аксиому, что все к чему муха прикасается в этом мире, должно быть обсижено.

Две мухи сидят на краю лужи и пьют воду. Вдруг одна муха спрашивает другую

– Ответь‑ка мне подруга на такой вопрос. Ты зачем на свет родилась?

Вторая муха подумала немного и сказала:

– Как зачем? Что бы прожить эту жизнь, прочувствовать на своей шкуре все ее прелести и проявления, а в конце этой жизни сесть на варенье, чтобы получилось стихотворенье.

– Ну, предположим, насчет жизни я еще могу с тобой согласиться, но про варенье никак. Так как сесть на варенье и т.д. по тексту, это был смысл жизни твоей прабабушки. А не твой. Так что придумай еще что‑нибудь, ну конечно, кроме того, что тебе хочется, как можно больше обсидеть мест.

Но видимо не зря в обоих мушных институтах, на кафедрах философии ее учили отделять зерна от плевел и она, наконец, сформулировала свой новый ответ в словах:

– Я живу для того, чтобы в какой‑то момент найти философский камень и, подлетев к нему не разбить голову.

– А как ты собираешься найти его? Ведь он очень похож на гранит науки, который в отличие от философского камня, необходимо грызть.

– У каждого в жизни свой философский камень, так же как и величина откуса от гранита науки, который он в конечном итоге узнает и найдет – тонко заметила первая муха.

Они увлеклись разговором и не заметили, как мимо них проехал КАМАЗ, груженый кирпичами. Один кирпич слетел с поддона и упал, накрыв собой обеих мух…

После того, как первая муха привела себя в порядок (выгладила в прачечной крылья, в медицинском центре восстановила почти утраченную недавно фигуру, в парикмахерской сделала, что‑то наподобие прически) к ней, вместе с цветом лица, вернулась способность соображать и трезво оценивать все происходящее…

Как только это произошло, муха стала оценивать, что же все‑таки с ней произошло.

В разговоре между собой они и не допускали мысли о том, что философский камень может быть одновременно и гранитом науки и концом света, а это ведь именно так. И еще, муха для себя сделала заключение, что величина проглоченного куска гранитного камня науки не прямо пропорциональна величине философского камня и длительности жизни.

Дата добавления: 2017-01-14; Просмотров: 78; Нарушение авторских прав?; Мы поможем в написании вашей работы!