Административных нововведений в сфере культуры России 1 страница

Опыт и итоги

J

I

I

I

F

Л

I

Mm

Предложения

ФАРИСЕЙСТВО

РАЗДЕЛЕНИЯ

ЗАБЛУЖДЕНИЯ

Ну так что же, действительно ли для Бога важно лишь спасение людей, а их знание истины – это уже нечто незначительное и необязательное? Пускай в церквах рождаются христиане с разными заблуждениями – духовно хромые, слепые, глухие, немые, расслабленные, скрюченные, дистрофические – это всё нормально, да? Им не нужно лечение, избавление от ошибочных убеждений; пускай живут так и плодят себе подобных, лишь бы спаслось как можно больше людей. А если кто-то вдруг познает неведомую другим истину, то его нужно изолировать от остальных верующих, чтобы он никого из них не учил и, упаси Боже, не сделал бы духовно здоровыми. Если Бог захочет, то Сам откроет истину кому следует, а всех самодеятельных просветителей и обличителей надо обуздывать или вообще гнать подальше от довольного своим состоянием церковного большинства. Так что ли, народ Божий? Кто скажет на это аминь?

Кажется, все молчат. Тогда пускай скажет Господь через Своё Слово. Пусть напомнит всем забывчивым христианам, какие главные цели Он поставил когда-то перед Своими учениками. Приклоните своё ухо, дети Божьи, и послушайте ещё раз Великое Поручение Иисуса Христа:

«Итак идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа, уча их соблюдать всё, что Я повелел вам» (Матф.28:19-20).

Имеющие уши слышать должны были заметить, что Иисус назвал здесь не одну задачу, а две. Первая выражена словами «крестя их» и подразумевает спасение грешников и присоединение их к Церкви. А вторая сформулирована фразой «уча их соблюдать всё, что Я повелел вам», что означает познание Божьей истины во всех сферах христианской жизни. Значит Богу недостаточно, если христиане будут всего лишь приводить людей ко спасению; Он также не менее сильно желает, чтобы все верующие имели правильное мировоззрение и были свободны от всяких заблуждений. И если церковь занята лишь проповедью Евангелия, но мало заботится о просвещении и духовном росте своих членов, то она пренебрегает поручением Господа и не исполняет своего предназначения.

Первая церковь в этом отношении является для нас прекрасным образцом. Вот как она совершала своё служение, начиная от первой проповеди апостола Петра:

«И другими многими словами он свидетельствовал и увещавал, говоря: спасайтесь от рода сего развращённого. Итак охотно принявшие слово его крестились, и присоединилось в тот день душ около трёх тысяч; и они постоянно пребывали в учении Апостолов, в общении и преломлении хлеба и в молитвах. … Господь же ежедневно прилагал спасаемых к Церкви» (Деян.2:40-42,47).

Как мы видим, о первых верующих, которые приняли спасение и образовали церковь в Иерусалиме, написано, что они постоянно учились у апостолов. Писание не говорит, что они постоянно благовествовали, проповедовали народу, призывали грешников к покаянию. Конечно, они делали и это, но Лука почему-то не счёл нужным упомянуть об этом, а отметил именно их личное обучение христианским истинам. И результатом их прилежности в познании было то, что Бог каждый день присоединял к ним всё новых и новых последователей. И если бы современные церкви уделяли больше внимания возрастанию верующих в истине и усердно старались бы разрушить заблуждения, разделяющие христиан на различные обособленные течения, то действие Божьей благодати на мир могло бы принять поистине огромные масштабы.

Давайте ещё послушаем самого великого благовестника в истории Церкви – апостола Павла. Он основал огромное множество церквей, распространил христианство на обширнейшей территории, благодаря ему евангельская весть достигла в конце концов и нашей страны. Что же он думал о Божьих целях и желаниях в отношении людей? Мы можем увидеть это в высказывании Павла, когда он призывает верующих молиться за всех правителей:

«Ибо это хорошо и угодно Спасителю нашему Богу, Который хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины» (1Тим.2:3-4).

Таким образом, апостол Павел здесь тоже выделяет две главнейшие цели в Божьем плане: спасение грешников и просвещение спасённых. А современные христиане, к сожалению, зачастую ставят точку после слов «чтобы все люди спаслись» и заботятся лишь о количественном росте церкви. Как это не похоже на служение Павла, который однажды мог сказать своим сотрудникам: «я три года день и ночь непрестанно со слезами учил каждого из вас» (Деян.20:31). Ну и как, повернётся ли язык у кого-либо из нынешних верующих сказать в адрес Павла: «Зачем он занимался такими несущественными делами? Лучше бы он больше благовествовал и спасал грешников»? Нет, сегодня апостола всё-таки уважают за результаты его трудов, хотя некоторые его подопечные относились к нему с пренебрежением. Теперь это кажется нам абсурдным, но разве не так же абсурдно пренебрегать примером Павла и гнаться за числом привлечённых в церковь людей в ущерб совершенству христиан в познании? Если бы Павел поступал так же, если бы он не учил верующих глубоким истинам и не написал бы таких объёмных и содержательных посланий, ставших основой учения о Церкви и христианской жизни, то вполне возможно, что сегодняшние христиане находились бы в жалком состоянии раздробленности, духовной темноты и немощи. Именно к такому состоянию подталкивают верующих многочисленные заблуждения, с которыми почему-то почти никто не стремится бороться. Так что служителям следовало бы радоваться, когда кто-то из христиан возвышает голос за возвращение к истине, а не затыкать им рот и не втаптывать их в грязь.

Для чего вообще в Церкви поставлены Богом служители? Апостол Павел даёт ясный ответ: «И Он поставил одних Апостолами, других пророками, иных Евангелистами, иных пастырями и учителями, к совершению святых, на дело служения, для созидания Тела Христова, доколе все придём в единство веры и познания Сына Божия, в мужа совершенного, в меру полного возраста Христова; дабы мы не были более младенцами, колеблющимися и увлекающимися всяким ветром учения» (Еф.4:11-14). Самой первой целью служителей Павел назвал совершенствование верующих, то есть их наставление в истине, а уже после этого следуют служение (добрые дела) и созидание Тела Христова, то есть спасение новых душ и их вливание в деятельность Церкви. Так что первейшей задачей настоящего служителя является обучение христиан истине и избавление их от заблуждений, а конечной целью – единство веры всех детей Божьих. Но стремится ли сегодня кто-нибудь достичь этого единства? Кому довелось побывать на беседе служителей разных течений, в ходе которой они старались прийти к единству взглядов на разделяющие их вопросы учения? Увы, таких общений почему-то не бывает. Умудрённые опытом и ведущие большую работу христиане не желают рассматривать убеждения своих соседей на Божьей ниве и не пытаются прийти к согласию с ними – ну конечно, зачем тратить на это время, ведь у них так много гораздо более важных дел…

В первой церкви было совсем иначе. В Писании есть яркий пример того, как апостолы относились к разногласиям, возникавшим среди верующих. Вот что написал Лука об истории одного из ложных учений:

«Некоторые, пришедшие из Иудеи, учили братьев: если не обрежетесь по обряду Моисееву, не можете спастись. Когда же произошло разногласие и не малое состязание у Павла и Варнавы с ними, то положили Павлу и Варнаве и некоторым другим из них отправиться по сему делу к Апостолам и пресвитерам в Иерусалим. … По прибытии же в Иерусалим они были приняты церковью, Апостолами и пресвитерами, и возвестили всё, что Бог сотворил с ними, и как отверз дверь веры язычникам. Тогда восстали некоторые из фарисейской ереси уверовавшие и говорили, что должно обрезывать язычников и заповедывать соблюдать закон Моисеев. Апостолы и пресвитеры собрались для рассмотрения сего дела» (Деян.15:1-2,4-6).

Как мы видим, когда некоторая часть христиан впала в заблуждение по поводу необходимости соблюдения Моисеева закона, апостол Павел и его сотрудники вначале сами приложили большие усилия для разоблачения неверных взглядов, а потом ввиду продолжающихся споров вынесли этот вопрос на рассмотрение собора апостолов и пресвитеров. И на этом соборе присутствовали не только приверженцы здравого учения, но и христиане с ошибочными убеждениями, сторонники ереси, которые тоже могли свободно излагать свою точку зрения. Результатом же этого обсуждения стало единое одобренное всеми решение, которое было разослано по всем церквам и не только сохранило христиан от раскола, но и обеспечило быстрое распространение Евангелия среди язычников.

В некоторых сложных случаях апостолы пользовались своим авторитетом, чтобы сохранить верующих от лжеучений. Так, апостол Иоанн предостерегал христиан от учения, названного впоследствии гностицизмом, представители которого отрицали телесное воплощение Христа. Вряд ли было возможно опровергнуть Писанием голословные утверждения гностицизма, так что Иоанн просто сказал: «Ибо многие обольстители вошли в мир, не исповедующие Иисуса Христа, пришедшего во плоти: такой человек есть обольститель и антихрист» (2Иоан.7). Таким образом, апостол Иоанн не оставил без внимания проблему заблуждений, но нашёл для неё достаточно действенное решение.

Поэтому можно не сомневаться, что если бы в первой церкви вдруг начали выделяться обособленные группы верующих типа баптистов, пятидесятников, адвентистов и т.п., то апостолы не смотрели бы на это сквозь пальцы, занимаясь лишь спасением грешников. Нет, они наверняка посвятили бы немалую часть своего времени и сил для разъяснения христианам истины, чтобы предотвратить разделение церкви или восстановить уже расколовшиеся общины. Да и в более поздние времена служители церквей не раз съезжались на Вселенские Соборы для достижения согласия по важным догматическим вопросам, которые грозили разрушить единство вероучения христиан.

К сожалению, с течением времени христиане подпадали под влияние всё большего числа заблуждений, с которыми мало кто пытался бороться методами анализа и убеждения. А апостолов уже не было в живых, так что никто не мог утвердить верующих в истине своим непререкаемым авторитетом. И вместо того чтобы приложить все силы для достижения взаимопонимания и согласия, христиане начали организационно отделяться друг от друга и создавать общины единомышленников. Так в Церкви возникла проблема разделений.

Современное христианство делится на три большие самостоятельные ветви – православие, католичество и протестантизм. Большинство верующих знают, что сначала произошло разделение единой христианской церкви на православную и католическую. Эта так называемая «Великая схизма» стала результатом долгих религиозных и политических конфликтов между восточной и западной частями некогда единой Римской Империи. А уже впоследствии из католичества вышли христиане-протестанты, ратовавшие за возвращение церкви к библейскому учению. Это движение было названо Реформацией и положило начало сразу нескольким течениям протестантизма (лютеране, реформаты, кальвинисты), которые затем в свою очередь делились на множество деноминаций (баптисты, методисты, квакеры, пресвитериане и т.д.). Позднее появились адвентисты, пятидесятники, харизматы, и этот процесс дробления продолжается до сих пор. Не избежали разделений и ортодоксальные ветви: от католичества отделилась англиканская церковь, от православия – армянская, старообрядцы, духоборы, молокане, обновленческая церковь и др. Таким образом, нынешние христиане оказались разделёнными на множество церквей, различающихся по вероучению или принадлежности к какому-либо объединению.

Большинство верующих привыкло к такому положению вещей и считает это нормальным. Даже многие служители говорят, что наличие разных церквей позволяет Богу спасать больше грешников, которые могут выбрать себе церковь по душе. Но вот интересно, что бы сказали эти служители, если бы в их семье вдруг возникли такие обособленные группировки, не общающиеся между собой и временами даже противоборствующие, враждующие и поносящие друг друга? Вряд ли глава семьи был бы доволен этим и не стремился бы устранить все разделения между своими домочадцами. Так и Бог желает, чтобы все Его дети были едины, как молился об этом Иисус: «да будут все едино; как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино» (Иоан.17:21).

В чём же заключалось единство первых христиан? Думается, здесь можно выделить три основных момента:

1) Отсутствие межнациональных разделений. Первые церкви не обособлялись по национально-государственному признаку и не были закрытыми для людей другой нации. В тогдашнем обществе существовали глубокие разделения между иудеями, самарянами и язычниками, однако Бог не допустил раскола Церкви, даровав верующим из этих разных этнических групп одинаковые знамения при получении ими Святого Духа (Деян.2:4; 8:17; 10:46; 19:6). И впоследствии апостол Павел говорил, что в Церкви «нет ни Еллина, ни Иудея, … варвара, Скифа, … но всё и во всём Христос» (Кол.3:11).

2) Отсутствие доктринальных разделений. Апостол Павел писал: «Только живите достойно благовествования Христова, … подвизаясь единодушно за веру Евангельскую» (Фил.1:27). Отсюда видно, что христиан объединяет вера в Евангелие – благую весть об искуплении грехов смертью Иисуса Христа. Лишь принятие этой истины позволяет человеку получить прощение грехов и стать возрождённым чадом Божьим, то есть членом Церкви Христовой. Все же остальные вопросы учения, не влияющие на получение спасения, допускали существование разномыслий: «если же вы о чём иначе мыслите, то и это Бог вам откроет. Впрочем, до чего мы достигли, так и должны мыслить и по тому правилу жить» (Фил.3:15-16).

3) Отсутствие структурных (групповых) разделений. Когда среди верующих стали возникать споры по поводу авторитета разных учителей, апостол Павел написал им: «у вас говорят: «я Павлов»; «я Аполлосов»; «я Кифин»; «а я Христов». Разве разделился Христос? разве Павел распялся за вас? или во имя Павла вы крестились?» (1Кор.1:12-13), «Кто Павел? кто Аполлос? Они только служители, через которых вы уверовали, и притом поскольку каждому дал Господь. … Итак никто не хвались человеками» (1Кор.3:5,21). Таким образом, апостолы предостерегали христиан против раскольнических настроений и создания культа или обособленного объединения вокруг какого-либо духовного лидера.

А что же мы видим в настоящее время? Увы, между сегодняшними церквами существуют многочисленные разделения по всем трём названным пунктам:

1) Многие ортодоксальные христиане считают веру принадлежностью страны или народа. Кому не доводилось слышать выражения «православная Россия», «исконно русская вера» или ещё абсурднее: «Я родился в православной вере»? Как будто человек уже от рождения является верующим и принадлежащим к определённой церкви. И даже безбожники и люди, ничего не знающие о Христе, зачастую заявляют: «Я православный, я свою веру не брошу». А русских христиан-протестантов сплошь и рядом укоряют: «Ты предал нашу веру», «Ты перешёл в американскую веру», «У вас еврейская вера» и т.п. Хорошо хоть протестанты понимают, что вера – это мировоззрение человека, а не какие-то географические или культурные характеристики его среды обитания.

2) Гораздо хуже обстоит дело с доктринальными расхождениями, потому что каждая деноминация придерживается своего особого учения. Почти все церкви принимают в свои члены только тех верующих, которые полностью разделяют церковное вероучение, в том числе порой и по таким незначительным вопросам как взгляды на десятину, исцеление или омовение ног. К инакомыслящим же относятся одним из двух образов с разной степенью дискриминации. Ортодоксы обычно считают христиан другого вероисповедания еретиками и грешниками, нуждающимися в покаянии и переходе в «истинную веру». Протестанты же как правило признают верующих других протестантских течений своими братьями во Христе, имеющими спасение, однако не принимают их в свою церковь и не дают им нести какое-либо служение, а порой даже не разрешают им участвовать в причастии.

3) Что же касается структурных разделений, то они могут иметь место даже среди церквей с одинаковым вероучением. В рамках одной деноминации церкви нередко подразделяются на регистрированные и отделённые, консервативные и либеральные, а то и просто основанные разными людьми. Многие служители и миссионеры (Йонги Чо, Вочман Ни, Уильям Бранхам, Сандей Аделаджа, Ледяев, Мунтян и др.) создали свои церкви, носящие теперь имена их организаторов или какие-либо звучные названия, так что со стороны трудно даже определить, к какому вероисповеданию они относятся.

Следствием всех этих разделений является почти полная изоляция одной группы христиан от других, находящихся в той же местности. Поместная церковь обычно никак не взаимодействует с соседними церквами других течений или объединений: не проводит с ними общих служений, не участвует в их нуждах, не оказывает им молитвенную или заступническую поддержку, не приглашает в них людей из мира и т.д.

Если смотреть на деятельность Церкви как на духовную войну против сил зла (Еф.6:11-12), то получается такая картина: христиане разбились на маленькие отряды и вразнобой сражаются с многочисленной и организованной вражеской армией. Порой эти отряды мешают друг другу, стремясь первыми напасть на врага невзирая на наличие или отсутствие должной подготовки и вооружения. А иногда наоборот уклоняются от сражения – дескать, пускай на этом участке дерутся другие, которым охота связываться с такими противниками. При этом отряды почти никогда не помогают друг другу и зачастую ведут агитацию с целью переманить к себе побольше чужих бойцов. Внутри крупных отрядов то и дело происходят расколы, а насильственно объединённые не могут договориться об общем командовании и почти постоянно заняты спорами и конфликтами. Оружие у многих отрядов пришло в негодность, устарело или поломалось, однако им продолжают пользоваться и не желают его сменить, починить или взять хорошее у соседей. Новобранцев мало чему обучают: дадут винтовку в руки – и вперёд на мины. Ну и как, сможет ли такая армия успешно выполнять свою миссию и будет ли Верховный Главнокомандующий доволен ею?

Ответ очевиден, и многие христиане сознают неправильность и трагичность наличия разделений между верующими. А знаете, по чему это видно? Потому что существует множество придуманных христианами анекдотов на эту тему. Ведь хорошие люди никогда не смеются над тем, что праведно и благоразумно, а высмеивают лишь плохое и нелепое. Так, в качестве отрицательного примера взаимоотношений между верующими проповедники часто приводят рассказ о двух христианах из разных церквей, которые при встрече первым делом начали выяснять, правильная ли вера у собеседника. И вот они уже установили, что их церкви имеют одинаковые взгляды на спасение, освящение и другие важнейшие вопросы учения. Им оставалось лишь по-братски поприветствовать друг друга, но тут одному из них пришло в голову задать ещё один вопрос: «А какая у вас чаша для Вечери – металлическая или из стекла?» Второй ответил: «Из стекла». Тогда первый отстранился, махнул рукой и осуждающе сказал: «Еретики!»

Конечно, подобная мелочная нетерпимость нелепа и смешна, но разве не столь же абсурдны и смехотворны реальные непримиримые разногласия между современными церквами? Например, два больших протестантских течения по сути отличаются взглядами лишь на один-единственный вопрос: когда человек получает возрождение – до крещения или после? Другое глобальное разделение существует между деноминациями, спорящими о том, кто сегодня должен уметь говорить на иных языках – все христиане, не все или вообще никто. Если бы верующие пришли к единству мнений всего по двум этим маленьким вопросам, то почти все протестантские церкви за незначительным исключением могли бы стать едиными или по крайней мере братскими и взаимодействующими. Разве это не изумительное и ужасное состояние, когда из-за таких мелочей христиане становятся противниками и даже врагами друг другу? Это весьма напоминает войны лилипутов из «Путешествий Гулливера», причиной которых были споры о том, с какого конца следует разбивать варёное яйцо – с острого или с тупого. Трудно даже представить, с каким сожалением Господь смотрит на нынешнюю раздробленную Церковь, которая по Его замыслу должна быть единым телом, дружной семьёй, организованной армией, стройным храмом. Неужели идея единства Церкви не вмещается в умы служителей, которые ревностно сторожат границы своих общин или наоборот раскалывают их на части?

По всей видимости, коренной причиной разделений между церквами является ложная догма о том, что единомыслие первично по отношению к единству. Хотя в Новом Завете ясно видно, что единство – это естественное состояние христиан, а единомыслие – это желаемое благословение, к которому следует стремиться. Апостол Павел сказал: «Так мы, многие, составляем одно тело во Христе» (Рим.12:5), а уже намного дальше, почти в конце длинного списка наставлений, написал: «Будьте единомысленны между собою» (Рим.12:16). Большинство же современных верующих всё переворачивают с ног на голову и считают, что именно единомыслие ведёт церковь к единству, а любые разногласия это единство разрушают. Поэтому они и принимают в свою церковь лишь тех христиан, которые соглашаются со всеми её доктринами.

По идее, такая политика должна приводить к тому, чтобы среди членов церкви не было людей, находящихся в каком-либо заблуждении. Однако, как это ни парадоксально, на самом деле она ведёт к прямо противоположному результату. Ведь если в церковном вероучении имеются допущенные его составителями ошибки, то их разделяют все члены церкви поголовно и среди них нет ни одного человека, знающего и исповедующего истину по этим вопросам. Таким образом получается, что во всякой «единомысленной» поместной церкви группируются верующие с одинаковыми заблуждениями.

Эта ситуация напоминает один из «законов Мэрфи», согласно которому во всякой организации сотрудник достигает уровня своей некомпетентности. То есть эффективного работника повышают по служебной лестнице до тех пор, пока он не начинает плохо справляться со своими обязанностями. Тогда его карьерный рост прекращается, и в результате он остаётся на должности, которая не соответствует его талантам и склонностям и не даёт ему успешно трудиться. Так и в поместной церкви: новообращённого учат всем её доктринам до тех пор, пока он с ними не согласится, и тогда он тоже оказывается в плену церковных заблуждений вместе со всеми её членами. Если же он будет придерживаться других взглядов, являющихся на самом деле истинными, то в члены церкви его не примут и не дадут возможности совершать соответствующее его призванию служение, в котором он мог бы принести огромную пользу Божьему делу.

Так стоит ли церкви стремиться к искусственному «единству веры» ценой риска оказаться в тотальном заблуждении? Будет ли такая церковь успешнее и благословеннее чем та, в которой имеется некоторый процент инакомыслящих? Не лучше ли принимать в церковь и людей с другими взглядами на различные второстепенные вопросы учения, чтобы в любом случае хоть какая-то часть прихожан была на стороне истины? А главное, при такой практике верующие не станут гонителями своих братьев и не окажутся в положении разрушителей единой Божьей Церкви.

Разделения между церквами, усугублённые нетерпимостью к чужому мнению, автоматически приводят к появлению ещё одной проблемы сегодняшней Церкви – нарушению евангельских заповедей и принципов взаимоотношений между верующими (особенно по отношению к инакомыслящим). Это проявляется в таких отрицательных явлениях как формализм, лицеприятие и лицемерие. Иисус Христос когда-то предостерегал Своих учеников от подобной опасности, говоря: «Берегитесь закваски фарисейской, которая есть лицемерие» (Лук.12:1). Поэтому третью глобальную проблему современного христианства можно обобщённо назвать проблемой фарисейства.

Во времена Иисуса Христа в израильском народе существовала особая группа людей, называемых фарисеями. Они тщательно изучали священные писания и старались в точности исполнять все Божьи заповеди. За такую набожность и учёность они были в большом авторитете у народа, и многие из них занимали высокие религиозные и политические должности, например в верховном суде – синедрионе. Однако их в общем-то похвальное желание угодить Богу, как ни странно, зачастую приводило к обратному результату, так что Иисус много раз обличал их в нарушении Божьих заповедей. В чём же была причина этого?

А всё дело в том, что фарисеи были слишком уверены в правильности своих толкований Писания. Они написали огромное число разъяснений к заповедям закона Моисеева и ввели множество собственных правил, которые стали считать соответствующими Божьей воле и обязательными для исполнения. Однако многие из их предписаний на самом деле были ошибочными, излишними, а то и вовсе противоречили Слову Божьему. Например, они отдавали десятину даже с пряных трав – «мяты, аниса и тмина» (Матф.23:23), хотя Бог заповедал давать её только «из семян земли и из плодов дерева» (Лев.27:30). Примером лишних правил может служить их непреложный обычай «наблюдать омовение чаш, кружек, котлов и скамей» (Мар.7:4). А их правило «корван» (отказ в помощи родителям якобы ради служения Богу) являлось прямым нарушением заповеди «почитай отца своего и мать свою» (Мар.7:10-13). Поэтому Иисус порицал их за пустую внешнюю религиозность, а они придирались к Нему по малейшему поводу – то Его ученики не постились (Матф.9:14), то ели неумытыми руками (Мар.7:5), то рвали в субботу колосья (Лук.6:1-2), то Он Сам исцелял людей в субботу (Мар.3:2-6, Лук.13:14, Иоан.9:14-16). Таким образом, фарисеи зачастую оказывались противниками Бога по причине своего формализма.

К сожалению, эта закваска оказалась весьма живучей и проникла в Церковь несмотря на все предостережения Иисуса Христа и наставления апостолов. А начиналось всё вроде бы нормально и невинно. Ведь в церковной практике периодически требуется совершать многочисленные разнообразные действия – проводить служения, учить прихожан, крестить новообращённых, назначать служителей, совершать причастие, свадьбы, похороны, собирать и расходовать пожертвования, рассматривать согрешения и конфликты, применять наказания и многое другое. И чтобы каждый раз не выискивать в Библии, каким образом всё это нужно делать, христиане начали на основе евангельского учения составлять вспомогательные правила для различных случаев жизни. В послеапостольский период сначала появилось руководство по церковной практике – «Дидахе» («Учение двенадцати апостолов»), затем послания апостольских учеников (Игнатий и др.), потом пришёл черёд книг Отцов Церкви (Тертуллиан, Ириней, Ориген). А когда христианство стало государственной религией Римской Империи, этот бумажный ком начал нарастать всё быстрее: деяния Соборов, молитвенники, служебники, книги христианских мыслителей, философов и историков, жития святых и т.д. Всё это стало называться Священным Преданием и подлежало обязательному изучению в духовных семинариях, так что будущие служители церкви тратили на это гораздо больше времени, чем на изучение самой Библии. И постепенно церковь превратилась в обрядовую организацию, состоящую из людей, в большинстве своём почти не сведущих в Библии, и связанную многочисленными человеческими правилами и предписаниями.

Православная и католическая церкви находятся в таком состоянии и поныне. Выделим в них несколько основных проявлений закваски фарисейской:

1) Ритуальные одежды – всякие рясы, ризы, сутаны, стихари, епитрахили, власяницы, хламиды, мантии, митры, омофоры, кресты и прочие религиозные аксессуары, используемые исключительно для обрядовых целей или в качестве демонстрации принадлежности к церкви. Нечто похожее было и у фарисеев, о которых Иисус говорил, что они «увеличивают воскрилия одежд своих» (Матф.23:5). При этом церковнослужители прекрасно знают, что у ранних христиан не было никаких ритуальных одеяний, иначе их всех легко переловили бы во времена гонений. Так что эта традиция не соответствует практике первой Церкви, а хуже всего то, что многие верующие полагают, будто эти одежды делают человека более святым и приближают его к Богу.

2) Разделение верующих на духовенство и мирян. О фарисеях Иисус сказал: «также любят предвозлежания на пиршествах и председания в синагогах и приветствия в народных собраниях, и чтобы люди звали их: «учитель! учитель!» А вы не называйтесь учителями, ибо один у вас Учитель – Христос, все же вы – братья; и отцом себе не называйте никого на земле, ибо один у вас Отец, Который на небесах» (Матф.23:6-9). Подобно этому и сегодня священники считаются особой группой более приближённых к Богу людей и их называют множеством титулов, не имеющихся в Библии: ваша святость, священство, преосвященство, высокопреосвященство, святейшество; архиерей, архимандрит, архиепископ, митрополит, патриарх, владыка и т.д. А прихожане обращаются к ним со словами «отец …» (это официальный титул!), «святой отец» или просто «батюшка», что прямо противоречит указанному наставлению Иисуса Христа. И уж вряд ли кто-либо искренне считает, что самый высший священнослужитель равен самому наименьшему члену церкви и является для него просто духовным братом, а не «отцом» или господином.

Дата добавления: 2017-01-14; Просмотров: 129; Нарушение авторских прав?; Мы поможем в написании вашей работы!