Структура личности по Фрейду

В силу сложности этой проблемы различные психологические направления и социологические школы по-разному рисуют структуру личности и соотношение личности и Я. Так, по теории 3. Фрейда, структура личности состоит из трех частей: Оно (Id), Я (Ego) и Сверх-Я (Super - Ego). Хотя они тесно взаимодействуют друг с другом, каждая из них имеет свои специфические функции. Оно (Id) представляет собой резервуар бессознательных иррациональных психических реакций и импульсов, биологических по своей природе; Оно является единственным источником психической энергии и руководствуется только принципом удовольствия. Но безоглядная тяга к наслаждению, не учитывающая реальных условий, привела бы человека к гибели. Поэтому в процессе онтогенеза у человека появляется Я как сознательное начало, действующее на основе принципа реальности и выполняющее функции посредника между иррациональными стремлениями Оно, необходимостью физического мира и требованиями общества. Наконец, Сверх-Я возникает на основе Я и воплощает в себе интернализованные индивидом «родительские образы»,

моральные запреты и нормы, внушенные в детстве; это, так сказать, моральная цензура, ставшая неотъемлемым внутренним элементом личности.

Фрейд сравнивал отношения Я и Оно с отношениями между всадником и лошадью: всадник должен сдерживать и направлять лошадь, иначе он может погибнуть, но он движется только благодаря энергии лошади. Положение Я даже сложнее, чем положение всадника. Во-первых, Я должно учитывать требования и условия внешнего мира (принцип реальности). Во-вторых, Я испытывает постоянное давление со стороны Оно, которое всегда сильнее, чем Я; конфликт между требованиями внешнего мира и требованиями Оно порождает у Я внутреннюю тревогу, беспокойство. В-третьих, Я подвергается нажиму со стороны Сверх-Я, морального сознания, совести; нарушение требований Сверх-Я вызывает у человека чувство вины. Этот конфликт, по мнению Фрейда, является неразрешимым и именно в нем лежит ключ ко всем психологическим проблемам как личности, так и общества.

В нашу задачу не входит детальный разбор концепции Фрейда. Сейчас нас интересует только его представление о структуре личности. Как видно из изложенного, фрейдовское Я — только сознательное, точнее, самосознательное Я, тогда как основное содержание Я как деятеля выражается понятием Оно и, поскольку Оно является бессознательным, иррациональной оказывается и большая часть человеческой деятельности. Такая точка зрения вызывает возражения.

Разумеется, не может быть и речи о том, чтобы отрицать вообще роль бессознательного в психике и поведении человека. Но есть ли это особый элемент психики, какая-то самостоятельная сущность? Или бессознательные переживания — просто такие переживания, которых человек не осознает, в которых он не отдает себе отчета, мотивы которых ему неизвестны? Любое чувство, влечение, установка могут быть как осознанными, так и неосознанными. Например, первая любовь сначала выступает в виде бессознательного влечения: молодой человек любит, но сам еще не сознает этого, его чувство является бессознательным. Или другой пример. Я ненавижу некоего человека,

потому что завидую ему; если я сознаю эту ненависть, но не сознаю лежащей в ее основе зависти, то можно сказать,, что моя ненависть сознательна, а зависть бессознательна.

Бессознательное принципиально неустранимо в том смысле, что объем реальных переживаний человека всегда превышает возможности их осознания, мы всегда переживаем больше, чем осознаем; на этом основано и разграничение Я как субъекта деятельности и Я как объекта самосознания. В то же время любой конкретный бессознательный процесс в принципе может быть осознан, если только можно выразить его в соответствующей системе значений. ¦ Фрейд как врач, как психиатр уловил это противоречие и положил его в основу своей терапевтической практики. Основной принцип психоанализа: «Где было Оно, должно быть Я». То есть нужно помочь человеку осознать тревожащие его переживания, и тогда он сможет приспособиться к своим условиям жизни и своей психической организации. Такая психотерапия неврозов действительно во многих случаях дает положительные результаты: углубление самосознания личности облегчает ее приспособление к жизненным условиям.

Эту сторону психоанализа признавал и И.П. Павлов, который в целом относился к Фрейду резко отрицательноЗО.

Справедливым было и другое наблюдение Фрейда, а именно что осознанию собственных переживаний личности часто мешает жесткая моральная цензура: инстинктивные стремления, осуществление которых несовместимо с требованиями общества и морали, воплощенными в Сверх-Я, вытесняются из сознания. Чаще всего это проявляется в сфере половых отношений, которые специально исследовал Фрейд; но это можно показать и на других примерах. Взять хотя бы тот же случай с завистью. Почему завистник, как правило, не осознает действительных причин своей ненависти? Да потому, что он с детства усвоил, что зависть — недостойное, низменное чувство. Признаться себе в подобном чувстве — значит, существенно понизить свое самоуважение. Гораздо легче объяснить свою ненависть действительными и мнимыми пороками соперника. Таким образом, бессознательность многих наших чувств и переживаний объясняется не просто тем, что все сразу осознать нельзя, но и тем, что осознание некоторых переживаний невозможно без серьезного внутреннего конфликта, за которым в конечном итоге стоит конфликт социальный (в нашем примере этот конфликт состоит в том, что зависть морально осуждается и в то же время личный успех служит одним из показателей общественной значи-

мости человека. Связь этого конфликта с тысячелетним господством частной собственности и конкуренции между людьми можно, пожалуй, не объяснять).

Фрейд, таким образом, нащупал важное противоречие, но тут же абсолютизировал его и мистифицировал самое понятие бессознательного. Оно (Id) представляется ему вместилищем вечных, внеисторических по своей природе психических импульсов. Сначала в качестве всеобъемлющего инстинктивного влечения у Фрейда фигурировало либидо (половое влечение); позже, на основе опыта первой мировой войны, появились два главных инстинкта: Эрос, инстинкт жизни, и Танатос, инстинкт смерти. Однако уже ближайшие сотрудники Фрейда, и особенно так называемые нсофрейдисты (К. Хорни, Э. Фромм, Г. Салливэн и др.), вынуждены были отказаться как от фрейдовского панссксуализма (т. е. объяснения всего с помощью полового инстинкта), так и от идеи вечных, неизменных импульсов вообще.

Но корень ошибки лежит еще глубже. Как справедливо замечает Ф.В. Бассин, «одной из самых больших ошибок фрейдизма явилось грубое упрощение разнотипных и изменчивых отношений, существующих между неосознаваемой высшей нервной деятельностью и деятельностью сознания. Вся трудно воображаемая сложность этих отношений была Фрейдом и его последователями сведена к единственной динамической тенденции, к функциональному антагонизму сознания и бессознательного, нашедшему свое отражение в учении о вытеснении, этом краеугольном камне психоаналитической теории на всех этапах ее развития, и в учении о символике как средстве преодоления этого антагонизма^. Проблема бессознательного сводится у Фрейда к проблеме неудовлетворенного аффективного стремления, которая казалась ему стержнем всей психической жизни. Для фрейдизма «бессознательно» то, что по своему содержанию неприемлемо для сознания. Однако, как показывают исследования Д.Н. Узнадзе и его школы, неосознаваемые установки (бессознательное) далеко не всегда противоречат сознанию. Их взаимодействие может идти «как по типу функционального антагонизма, взаимного торможения, так и по типу синергии. Эти последние взаимодействия преобладают в обычных условиях и способствуют адекватной организации самых различных форм поведения. В противоположность этому антагони-

стические взаимодействия обусловливают распад содружественной координации осознаваемых и неосознаваемых процессов высшей нервной деятельности и выступают наиболее отчетливо в условиях клинической патологии (а при особых условиях — аффективном напряжении, утомлении, мешающих воздействиях, при обстановке «стресса» (напряженности) и т. п. — и в норме)»32. Именно эти особые и явно патологические явления наблюдал Фрейд в своей клинической практике. Но хотя изучение патологии существенно проясняет норму, смешивать их, очевидно, не следует. Этого не учли Фрейд и его последователи, для которых переживания и конфликты больного-невротика стали моделью нормальной человеческой психики.

В структуру личности Фрейд включает социальное по своим истокам и содержанию Сверх-Я. Но бессознательное Оно кажется ему совершенно асоциальным. По Фрейду, первичные импульсы, сосредоточенные в Оно, неизменны: меняются только внешний мир и социальные требования, воплощенные в Сверх-Я. Поэтому влияние общества на личность сводится практически к большей или меньшей степени подавления ее прирожденных импульсов и влечений. Но если бессознательное не есть изолированный погреб в человеческой психике, то осознание любых психических процессов и переживаний неизбежно имеет исторический характер и зависит не только от особенностей индивида, но и от совокупности социальных условий. Индивидуальное сознание не является чем-то герметическим, замкнутым в себе. Оно заимствует необходимую систему знаков, значений и символов из общественного сознания. Но общественное сознание, т. е. осознание людьми своих общественных отношений, никогда не охватывает полностью общественного бытия, приблизительным отражением которого оно является. Система понятий, значений, символов, существующая в каждом данном обществе, ориентирована на его практические потребности, она способствует осознанию одних переживаний в большей степени, чем других. Уже словарный состав любого языка и его грамматический строй выражают специфическую ориентацию соответствующего общества. Если в языке первобытного племени не было родового понятия «человек», а высшим обобщением было название данного племени, то индивид никак не мог осознать своей принадлежности, помимо данного племени, к человечеству. В языке зафикси-

рована групповая установка враждебности к любому чужаку, и только изменение общественных условий могло изменить эту установку. До того, как это было осознано, соответствующие переживания могли быть только бессознательными.

Что «нормально», а что «постыдно» — зависит от принятых в обществе норм, которые в свою очередь определяются целым комплексом социальных условий. Фрейд-клиницист совершенно правильно констатировал связь многих изученных им неврозов с внутренним конфликтом в сознании пациента между его сексуальными стремлениями и его моральными представлениями. Но Фрейд-социолог неправомерно распространил черты, наблюдаемые в одном определенном обществе, и притом у части населения, на все прошлое и будущее человечества. Между тем и формы сексуального поведения, и половая мораль различны у разных народов, в зависимости"от условий их жизни, форм семьи, религии и т. д. Разные системы морали рождают и разные психологические проблемы, и разные типы неврозов. Каждое общество имеет свой собственный типичный социальный характер, тип личности, наиболее соответствующий данной общественной системе, и только в соотнесении с ним можно понять бесчисленные индивидуально-психологические вариации.

Дата добавления: 2017-02-01; Просмотров: 91; Нарушение авторских прав?; Мы поможем в написании вашей работы!