В книге присутствуют сцены насилия, а также сохранена не нормативная лексика для передачи атмосферы книги и характеров гг-ев 2 страница

Медленно Эмма стянула сначала один рукав, затем другой, пока блузка не соскользнула по ее спине, падая на пол. И вот теперь она старалась прикрыться ладонями, но все, что ей потребовалось, это увидеть мой упрямо вздернутый подбородок, прежде чем опустить руки. Она научилась. Слушалась... или еще что-то.

– Они идеальны.

Мой голос был утробным, когда я почувствовал, как на головке моего члена выступило несколько капель от вида ее обнаженной груди... Я смогу позабавиться с ними... Я пятился, пока не почувствовал сидение одного из стульев в первом ряду.

– Даже лучше, чем я представлял. Теперь покажи мне, как ты трогаешь себя, думая обо мне. Покажи, что я с тобой делаю.

– Нет, – твердо сказала она, ее грудь слегка покачнулась.

– Почему нет? Ты же этого хотела, так? – я снова покачал пальцем. – Ну, теперь ты это получила.

Ее взгляд скользнул по обнаженной груди, а затем на меня, присевшего на стул.

– Я не так себе это представляла.

– Все так, как я представлял. – Я сел, вытянув вперед ноги. – Ты хочешь мальчика, который водил бы тебя в кино, делился попкорном и не доставлял бы удовольствия твоему телу, но при этом сам бы кончал за три толчка? В таком случае, ты не в своей лиге. Тебе нужен мужчина, который заботился бы о тебе и давал бы то, в чем ты нуждаешься, тогда ты именно там, где и должна быть.

Мой член болезненно напрягся, и я несколько раз погладил его.

– Но тогда и тебе придется думать о моих желаниях, а они требуют максимальной отдачи.

Мои желания были столь сильными, что если бы она догадывалась о них, она сбежала бы. Она никогда не смогла бы остановиться.

– Прикоснись к себе.

Она снова скрестила руки, и меня охватила ярость, воспламеняющаяся и жестокая.

– Доктор Фарадей...

– Или прикасайся к себе, или уйди, – я указал рукой на дверь, стараясь совладать с собственным голосом, чтобы она не поняла, что я поднял руку потому, что она загораживала мне вид на чертовски сексуальные сиськи.

– Ты можешь уйти. Даю тебе минуту, чтобы уйти, и я забуду обо всем. Задержишься и останешься здесь, будешь моей. И сделаешь все, что я пожелаю, – я посмотрел на настенные часы у нее за спиной. – Время пошло.

Не знаю, что я нес. И почему я это говорил. Я в любом случае не позволил бы ей уйти. Если только она направится к двери, я трахну ее на полу, уложив лицом вниз, и ее тело будет извиваться подо мной. Она моя. Эмма сама предложила мне себя на чертовом серебряном блюдечке, и теперь я не откажусь от такого подарка. Она не сможет отказаться от своего предложения, потому что теперь она знает, что имеет дело с одержимым зверем, которым движет желание и необходимость. Нет, теперь ей ничего не поможет.

Я позволил ей думать, что выбор за ней. Так что когда она решила остаться, я без зазрения совести решил, что буду жестко трахать ее и проделывать с ней другие непристойные штучки, о которых думал в течение последних недель. Я словно слышал ее мысли. Ее взгляд скользнул в сторону двери, и лишь когда ее тело сместилось, она скользнула рукой под юбку.

Глава 3 Эмма

"Что я делаю?" – все эти мысли повторялись в голове. – "Почему я не сбежала? Почему не ушла, когда был шанс? Он был готов отпустить меня. Так почему я не воспользовалась этим?"

Вопросы проносились у меня в голове, но я не знала на них ответа. Я хотела Люка Фарадея с первого дня, как увидела его. Хотела, и теперь, когда знаю, что и он хочет меня, просто не могу уйти.

Хотя он довольно сильно напугал меня поначалу своей властью и тем, что закрыл дверь, теперь я знала, что он был моей маленькой тайной. Я следила за ним неделями. Он был прав – я прикасалась к себе, сидя в машине, наблюдая за тем, как он раздевался. Хуже всего, я наблюдала за его действиями... Думая о его обнаженном теле, его руке, скользящей по его члену, пока он стоял перед окном ночью... Мое тело откликалось, словно он был внутри меня.

Моя киска сжималась вокруг его воображаемого члена, втягивая его глубже. Он знал о моей одержимости... но и он сам был одержим мной. Много ли он увидел в моей медицинской карте? Если это было дозволено, то, по крайней мере, такое поведение переходило за грань этики. Не берем во внимание его замечание о том, что в первый учебный день он забрызгал спермой мой стул.

Представляя, как он это делал, думая о том, как я ерзала на этом помеченном спермой стуле на следующий день, я чувствовала, как твердеют мои соски. Он не пропустил этого. Люк буквально пожирал ее взглядом, глядя на мои соски, осознавая, что он делает с моим телом. Зная, что все мои попытки убедить его в обратном не увенчались успехом, мое тело само потянулось к нему, приглашало Люка приблизиться ко мне, взять меня.

Я в последний раз посмотрела на дверь – мое тело повернулось к выходу, но затем я приняла свою судьбу. Я не уйду. Я не хочу. Какие-то темные помыслы двигали им, дело вовсе не в его ненасытности, просто я хотела его. Всегда. С первого дня, как я вошла в эту аудиторию, я попала в сети, меня поймали. Люк Фарадей трахнет меня прежде, чем я уйду. Моя рука скользнула вниз под подол юбки, двигаясь к влажному местечку между бедер.

Он расслабился в кресле, облизнув губы, пока смотрел шоу, которое я устраивала для него. Теперь, когда мои запреты исчезли, было легче. Я отдалась на волю судьбе, мною двигало желание. Я не могла думать ни о чем другом, кроме наших сплетенных тел.

Я слегка придвинулась к нему, прежде чем коснуться себя. Пару раз я смогла посмотреть на него – не только ему получать удовольствие от наблюдения за мной. Он получил прекрасное место на шоу в первом ряду, так что я могла хорошенько поработать. Когда я скользнула пальцами между моими влажными половыми губами и поводила вокруг клитора, мое тело напряглось. Я услышала, как из его груди вырвался стон. Это заводило меня, но мое тело уже готово было принять его, я знала, что могла кончить за пару толчков.

Пока я ласкала себя одной рукой, моя другая рука сжимала левую грудь. Когда я сильнее сжала ее, я ощутила, как она коснулась моего подбородка. Прежде мне казалось, что большая грудь – это наказание... Вплоть до этого момента.

Когда я смотрела, как он наблюдал за тем, как я ласкала свою грудь, смотрела, как он мучается от боли, наблюдая за мной, я благодарила звезды за то, что у меня была грудь, как у бесстыжей стриптизерши.

– Смотреть, как ты трахаешь себя, чертовски возбуждающая вещь, пупсик.

Он ослабил галстук, и мне показалось, что он желал стянуть его и связать меня, прежде чем приподнять мою ногу и задать мне настоящую порку, которую заслуживает такая плохая девочка, как я... И какого черта?

Откуда такие мысли? Возможно, я была одержима этим мужчиной и слишком сильно мастурбировала на него, что было не очень хорошо, но я никогда не погрязала настолько в этом дерьме. Мое подсознание шокировало меня связываниями и плетками. Я представляла, как Люк делает это, возвышается надо мной, шлепает меня. Я ощутила, как меня сотрясает оргазм, и чувствовала, что он будет сильнее. Вероятно, он заставит меня упасть.

Я зажала мой сосок между пальцами и сжала его, делая тоже самое с клитором.

– Да, – простонала я. – Тебе нравится смотреть, как я прикасаюсь к себе? Нравится наблюдать, как я трахаю себя, доктор Фарадей?

Он снова прорычал из своего кресла, согнув ноги, словно я была на нем в позе наездницы. Подумав об этом, я придвинулась еще ближе к нему, потому что так лучше ощущалось, я трогала себя, пока он наблюдал за мной. Это было ничем по сравнению с тем, как будет ощущаться во мне его член.

– Я мог бы сидеть здесь и наблюдать за тем, как ты трахаешь себя в течение всего дня, Эмма, но боюсь, у меня другие планы для нас.

Внезапно он обхватил меня за запястье и вытащил руку из-под моей юбки.

Я была близка к оргазму, чувствовала, как моя киска желала сжаться вокруг чего-нибудь. Когда я посмотрела на Люка, то увидела в его глазах вызов, словно я должна была предугадать действия.

– Нет. Ты испытаешь первый оргазм на моем члене. Он был терпеливым и заслужил награду.

Его слова вызвали новый наплыв влаги в моей киске. Теперь она стекала по моим бедрам.

– Хочешь посмотреть, как я ласкаю себя? Как я делаю это, представляя тебя?

Святое дерьмо. Я кивнула, поскольку это было единственное, на что я была способна.

Он притянул меня ближе, после чего отпустил мою руку. Я опустилась на колени, не касаясь его, хотя он дал понять, что не желает, чтобы я ласкала свою киску, про грудь он

ничего не говорил. Я теребила сосок, мучая его, потому что знала наверняка, что это заводит его. Он все же мужчина. Мое тело предназначалось ему, мои гигантские сиськи и все остальное. Не забывая о том, что каждый раз, когда он искоса смотрел на меня, у меня выделялась влага. Да, я была его, но он все еще желал мое тело.

Он потянулся к брюкам, медленно расстегивая ремень, заставляя меня смотреть на него. Остальное он делал быстро, словно спешил. Возможно это потому, что я сжимала обеими руками мою грудь, которая оказалась в нескольких сантиметрах от его лица.

Приподнявшись, он стянул брюки и нижнее белье. Его член выскользнул, словно в предсмертной конвульсии.

Его размер вызвал у меня вздох, а толщина заставила содрогнуться. Он обещал, что я разбужу в нем голодного зверя, и его размер доказывал это.

– Все верно, пупсик. Я предупреждал тебя, но теперь поздно.

Его рука скользнула к восставшей плоти, пальцами он провел по головке.

– Ты возьмешь его. До последнего сантиметра. Ты хотела этого, и теперь ты это получишь.

Его рука скользила по его члену, медленно, по всей длине. Вместо того чтобы успокоить его лаской, член Люка, казалось, стал еще тверже.

– Теперь ты сделай так де.

Его член отвердел, когда Люк обхватил его рукой и направил ко мне. Я склонила голову, радостно соглашаясь... Я знала, чего он хочет.

– О, пупсик, можно ли наказывать такой дразнящий член? – другой рукой он обхватил свою мошонку и сжал. – Соси.

Его пальцы скользнули выше.

Плюнув на руку, он потирал свой член, словно он был чрезвычайно грязным. Я наблюдала, как он делал это снова, двигаясь вверх и вниз, размазывая слюну, и потирала мои соски так сильно, что они заболели. Мне нужно было кончить. Скорее. Прежде, чем я забудусь. Его голова отклонилась на спинку стула, его бедра подрагивали, он обхватил член рукой и двигался, врезаясь в импровизированное углубление.

Наблюдать за ним на прошлой неделе из машины было эротично, но сейчас это происходило прямо передо мной и мне хотелось чего-то большего, чем пощипывание сосков.

Когда на его лбу появились морщинки, и я заметила, как его мошонка распухла, готовясь к экстазу, я протянула руку и заставила его отпустить член. Он по-прежнему был твердым, когда я обхватила его рукой. Моя слюна блестела на его плоти, и от этого мне лишь сильнее хотелось овладеть им. Я обхватила его губами и смочила слюной, прежде чем начать посасывать, давая ему возможность сделать то, что он хотел.

– Нет, – в этот раз я погрозила пальцем, когда его пальцы обхватили мое запястье.

– Твой первый оргазм будет таким же, как и у меня. Моя киска была терпелива и заслужила награду.

Словно зная, о чем я говорю, член Люка дернулся.

– Если бы я знал о том, какой у тебя грязный ротик, я бы провел с тобой иную воспитательную работу.

Я освободила его член. Грязный? Я даже не начинала пошлить.

– Тогда чего ты ждешь?

Мой взгляд остановился на его руке, которую я убрала.

– Прекращай играть с собой и позволь моим губам быть вместо твоей руки.

Я никогда не видела, чтобы человек так быстро двигался. Рука Люка мгновенно отпустила его член. Затем он лучше сел в своем кресле и притянул меня к себе, поставив у себя между колен. Когда я опустилась на пол между его ног, он прорычал, приблизив свой член к моим губам.

– Все для тебя.

Его голос звучал с придыханием. Его бедра двигались, мои губы сжимали головку члена, целуя, прежде чем он отклонился в кресле.

Я опустила ладони на пол, приподняв задницу и опустив рот. Когда я взяла его в рот, я хотела, чтобы мы могли соединиться. Его член. Мой рот. Только так.

– Блядь, Эмма. Я хочу оказаться в твоем ротике, прежде чем кончу на твое лицо. Позволь мне оказаться в этом сладком, милом ротике.

Его член снова дернулся, но прежде чем он смог приблизить свои бедра, мои губы обхватили его головку, позволяя ему прерваться дальше в мой рот.

– Святое дерьмо, эти губы, – он застонал, отклонив голову назад.

Я всасывала его, но член был слишком большой. Единственный способ – заглотить его. Когда я сделала это, Люк толкнулся бедрами в мой рот.

– Да, блядь...Заглоти мой член глубоко в свою глотку.

Он несколько раз толкнулся бедрами, прежде чем расслабиться на стуле.

Я уже ощущала вкус его влаги, но продолжила сосать, поскольку хотела ощутить его во рту, и лишь потом в моей киске.

Его стоны побуждали меня к дальнейшим действиям, рукой он вцепился мне в волосы и трахал мой рот. Я ускорилась, моя грудь шлепалась о стул. Он ужасно скрипел, чудо, что он еще не сломался. Когда я снова глубоко взяла член Люка, водя по нему языком, он схватил меня за хвостик и притянул ближе.

– Ты и, правда, грязная шлюха. Хорошие девочки не умеют так сосать член, как ты.

От его слов мои бедра сжались, и я простонала, держа его член во рту, а его сперма покрыла мое горло.

Я знала, что он близок, и мне так сильно нравилось, когда он трахал меня в рот, именно это я и имела в виду, когда говорила о том, что он кончит сначала не в мою киску. Я хотела всю его сперму ощущать внутри себя, чтобы она не вытекла.

– Моя очередь, – прорычал он внезапно и усадил меня сверху.

С хлюпающим звуком его член выскочил из моего рта. Одним движением он поднял меня над собой, мои колени оказались на подлокотниках стула, его голова идеально устроилась на уровне моего лона.

Он посмотрел на меня со зловещей ухмылкой, двигаясь пальцами по моим бедрам. Я чувствовала, как его прикосновения вызывают мурашки на моей коже. Когда его пальцы подобрались к моей киске, он выгнул брови.

– Без трусиков?

Я задержала дыхание, пока его пальцы играли с моей промежностью.

– Быстро справилась, не так ли? – Он скользнул внутрь меня двумя пальцами, но не глубоко. – Ты гениальная шлюшка.

– Так и есть, – я вздохнула, стараясь убедить его трахнуть меня пальцами, но они выскользнули из меня.

– Так отсосала у меня, как яркая, грязная шлюха.

Его голова скрылась под подолом моей юбки, и не теряя времени, он раздвинул пальцами мои половые губы, присосавшись к моему клитору.

– Блядь! – закричала я, едва не упав с моего шаткого сидения.

Его глухой смешок отдавался вибрацией по моему телу, и я обхватила его за затылок, не давая оторваться от моего клитора. Когда он стал лизать меня языком, я почувствовала, как моя влага закапала на его подбородок. Казалось, это лишь разогрело его. Он обхватил меня за попку, наказывая языком мою киску. Лишь когда я дошла до грани, его язык исчез, а Люк отстранился.

– Не так быстро, девочка. Твой первый оргазм будет на моем члене, помнишь?

Он вцепился пальцами в мою задницу. Теперь там точно останется синяк. Я буду носить пальцеобразный синяк на своей попке, и осознание этого возбуждало меня.

– Не скули, – он провел пальцем по моей надутой нижней губе. – Мой рот снова подарит тебе его. На самом деле секса будет так много, что ты не сможешь выйти из этой комнаты, мне придется нести тебя на руках, потому что ты не сможешь стоять на ногах.

Так же быстро, как он посадил меня на стул, он опустил меня. Снова стал развязывать галстук, чтобы, наконец, избавиться от него, и спустил брюки до лодыжек.

– Теперь ступай к столу и раздвинь для меня ноги. Я сделаю чертовски много заходов, словно мы пара возбужденных старшеклассников.

Не знаю, как я нашла в себе силы идти, но я направилась к столу. К тому самому, за которым он читал лекции. Тому, за которым делал записи. Думая о том месте, где он собирался взять меня, я снова становилась мокрой.

Обойдя вокруг стола, я наблюдала, как он раздевается. Он отбросил свой ботинок. Носки полетели следом на стулья ближайшего ряда. Галстук Люк бросил себе под ноги. Я ощутила, как напряглось мое тело от тяжелого дыхания.

Лишь когда я подумала, что он будет мучить меня так же, как и я его, расстегивая пуговицу за пуговицей на своей рубашке, он с силой дернул ее, и пуговицы застучали по бетонной плитке. Моя киска напряглась от его обнаженного вида. Такого близкого. Такого готового. Его член затвердел для меня. Он хотел меня.

Он приближался, одаривая меня мрачным взглядом, когда заметил, что я до сих пор стояла у стола, а не на столе, как он велел. Мне нравилось, что он командует. Не уверена, что мне нравилось выполнять приказы и слушать пошлые имена, но я подчинялась... так я, блядь, решила.

Я решила не снимать юбку, потому что она была достаточно короткой, а чулки и туфли были словно созданы для траха.

Повернувшись, я села на стол и отклонилась на спину, ложась на холодный металл. Холодок пробежал по моей коже, отчего мои возбужденные соски еще сильнее напряглись.

Я слышала, как Люк приближался, его голые ступни скользили по плитке.

– Тсс, тсс, пупсик, джентльмен может взять девушку так первый раз, – он появился передо мной. Его руки опустились на мои бедра, он развернул меня так, что я уперлась задницей в его бедра. – Но я не джентльмен. Теперь раздвинь ноги, позволь моему члену взять то, чем ты дразнила меня эти месяцы. Дай ему то, что предлагала весь семестр.

Его ноги оказались между моими, он подогнул колени, и я ухватилась за край стола, потому что почувствовала, как он проникает в меня.

– Будь хорошей девочкой.

Глава 4 Люк

Пожалуй, мне следовало бы поймать Эмму, заставить ее обхватить меня ногами за талию, и взять ее сперва в таком положении, но я не мог. Я хотел ее слишком сильно, до боли в члене, которая растекалась по всему моему телу. Я должен овладеть этой кошечкой.

Двигаясь так, чтобы преградить ей пути отхода, я сжал одной рукой ее бедро и начал входить в тело этой искусительницы. Наконец, месяцами дразнящие меня прелюдии воплотились в жизнь.

Эмма потянулась вперед, хватаясь руками за край стола, желая сама принять участие в этом действе. Она умница – быстро поняла, что я не юнец, который способен несколько раз подергаться у нее между ног, распластавшись на ней, а мужчина с безграничными потребностями.

Мой член игрался с ее дырочкой, заставляя ее сильнее увлажняться и сжимать его. Я сжал свою мошонку, пытаясь войти в нее. Так долго ожидая этого момента, я хотел испытать свой первый оргазм внутри ее гостеприимного тела. Я думал, что погружу в нее свой разбухший член так глубоко, как только смог. Мое семя растечется внутри нее, помечая эту крошку.

Когда я сильнее прижался к ней бедрами, полностью вошла лишь головка. Она застонала, прогнув спину, желая заполучить еще. Кто–то словно выталкивал меня наружу. Ее лоно сильно увлажнилось, когда она приподняла бедра, и я смог скользнуть глубже.

Каждый мускул моего тела был напряжен, и я чувствовал, как пульсирует мой член. Пытаясь проникнуть в нее еще глубже, я почувствовал, как что–то мешало мне.

– Эмма, какого хрена?

Она вновь приподняла бедра, но я удержал ее на месте, не давая ей большего, пока она не объяснится.

– Возьми меня. Стань моим первым. Порви мою девственную киску и сделай меня своей навсегда.

Я обхватил свой член за основание и стал вводить его глубже, надавливая еще жестче. Девственница? Боже, это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Я никогда не был первым ни у одной женщины, и знать, что Эмма позволила мне распечатать ее, дико заводило. Я едва сдерживал себя, чтобы не погрузиться в ее плоть быстрым рывком.

– Она твоя, доктор Фарадей, – прошептала Эмма, шире раздвинув ноги, позволяя головке моего члена плотнее прижаться к перегородке. Я пытался сдерживать животные инстинкты, а она игралась со мной. Ей стоило бы научиться, но ей по-прежнему хотелось большего. Не играйте с Люком Фарадеем, если не хотите быть выебанными. Жестко оттраханными.

Я схватил ее за хвостик и слегка потянул назад. Удивленный вздох сорвался с ее губ,

пока я укладывал ее на стол. Моя голова касалась ее уха, на мгновение я вдохнул ее аромат. Теперь, когда я знал, что она не испорчена, я мог попробовать этот аромат невинности, что окружал ее.

– Ты стала моей с той самой минуты, когда села на покрытый моей спермой стул. С того момента, как ты подглядывала за мной. С той самой минуты ты стала моей. А это всего лишь чертова вишенка на торте.

Я приобнял ее и сжал ее сосок, убеждаясь, что она понимает меня. Она задыхалась, пока я сжимал ее, проникая своим членом в ее киску.

– Кстати говоря..., – выдохнула она, стараясь сесть на мой член. Она так сильно хотела его. Я и не знал, что девственницы такие одержимые, но, черт возьми, я дам ей все, что она хочет.

– Не волнуйся, милая. Доверься доктору Фарадею, – прошептал я, прикусив мочку ее уха. – Теперь хорошенько послушай. Я не стану лишать тебя девственности нежно и медленно. Я собираюсь сделать это так, чтобы ты запомнила. Возьму тебя жестко, так, что твоя киска навсегда запомнит форму моего члена и будет жаждать только меня.

Она застонала от моих слов, а может стон был спровоцирован давлением на ее целку.

– Я порву тебя, чтобы твое тело признавало лишь меня. И никого другого. Никакой другой член не приблизится к тебе, слышишь? Ты моя. Только моя. Навсегда.

Я ждал, когда он ответит мне, жестко сжимая ее соски, когда ожидание затянулось.

– Твоя, – вырвалось у нее.

Мой член скользнул в нее чуточку глубже, и чувство было настолько хорошим, что я и представить не мог что будет, когда в нее погрузится и все остальное.

– Приготовься. Будет чертовски больно, но расплата будет сладка, обещаю, – опустил ее снова на стол, чтобы она смогла держаться за край стола. – Я позволю твоему телу почувствовать наслаждение, крошка. Такое сильное, что ты даже не почувствуешь боли, когда я стану проникать в тебя, – я обхватил ее за бедра, чтобы войти в нее так глубоко, как мне было нужно. – Я бы погладил твой клитор, чтобы облегчить мои движения, но мне нужно хорошенько придерживать тебя. Иначе мой огромный член не сможет проникнуть в твою киску.

Словно напоминая о себе, ее киска сжалась вокруг меня.

– Он слишком большой. Слишком, – Эмма извивалась на столе, пока я давил на ее целку.

– Сейчас возможно, но я говорю тебе, это лишь потому, что твоя киска не тронута никем, она еще не подготовлена для меня. Но когда ты примешь его, твоей киске это понравится.

Мой голос звучал предупреждающе, давая Эмме понять, что все случится несмотря ни на что. Если ей хотелось, чтобы ее лишил невинности какой-то другой член, то Эмма

решила поиграть не с тем мужчиной.

– Она полюбит то обжигающее ощущение, когда я буду натягивать тебя на свой член. Ей это понравится.

– О боже...

Ее киска расслабилась от моих пошлых слов, и я решил воспользоваться моментом. Впившись пальцами в ее бедра, я рывком проник в нее, разрывая ее целку и овладевая Эммой. Рычание вырвалось из моей груди, когда мои яйца зашлепали по ее влажной киске.

Она не плакала и не извивалась, стараясь вырваться. Ее ноги слегка дрожали, но в тоже время узкий проход сжимался вокруг меня. Думаю, моей девочке понравился горячий двадцатипятисантиметровый член внутри ее киски, упирающийся головкой в ее матку.

Я бы предположил, что моя маленькая девочка одна из тех грязных девчонок, которые сильно любят член, а я стану тем мужчиной, который удовлетворит ее потребности.

– Хорошая девочка. Ты отдаешься мне, как хорошая девочка. На самом деле этот день запомнится тебе надолго. Теперь я расплачусь с тобой за то, что ты дразнила меня и сохранила для меня свою сладкую киску.

Теперь, когда я проник в нее, можно было отпустить ее бедра и перейти к другим частям тела, которые тоже требуют внимания. Левой рукой я обхватил ее упругую грудь и стал поигрывать с ее соском, пока она не застонала. Другой рукой я подобрался к ее клитору и стал ласкать его.

Когда она начинала извиваться от моих прикосновений, я стал двигаться в ней. Клянусь богом, ее киска словно старалась удержать меня на месте.

– О, черт возьми, крошка. Как же хорошо, – когда моя головка выскальзывает из нее, я приостанавливаюсь, чтобы снова войти в нее до конца. В этот раз Эмма кричит, но это от удовольствия. – Чувствуешь? Твоя тугая киска уже принимает меня. Она стала соответствовать размеру моего члена. Боже, я хочу заполнить тебя всю, пометить свою территорию, но не хочу так быстро кончить.

Я игрался с ее клитором до тех пор, пока ее влага не закапала с моего члена. Ее тело было готово для меня, и я должен был дать ей то, что она так хорошо заслужила.

Когда я начинаю двигаться – глубже, жестче, заставляя ее тело скользить по столу вверх–вниз – я рычу.

– Больно?

Ее пальцы хватаются за стол, пока я жестко ее трахаю.

– Да.

– Хочешь это остановить? Она качает головой.

– Нет.

– Хочешь более жесткого секса?

Она поднимает голову, глядя мне в глаза, ее бедра сжимаются, не давая мне выскользнуть из нее. К удивлению мой член разбухает, готовый смешать мою сперму с ее влагой.

– Да, – отвечает она возбужденным голосом.

– Кто–то сильно не удовлетворен, – рычу я, продолжая атаковать ее девственную киску. Никогда прежде я не чувствовал ничего такого узкого и гостеприимного. – Дай мне посмотреть, смогу ли я справиться с задачей.

Ее тело содрогается, пока киска сжимается вокруг меня с новой силой.

– Да, Люк, вот так. Трахай меня сильнее.

– Нет, еще нет, – мои пальцы сжимают ее хвостик и тянут. – Я не могу позволить, чтобы ты кончила раньше меня. Не после того, как ты меня изводила. Не после того, как ты дразнила и играла со мной, сделав меня пешкой в своих руках, ее тело лишь сильнее сжималось, словно мои слова лишь ускоряли приближение ее оргазма. – Я четыре месяца играл в твою игру, а теперь ты поиграешь в мою. И если ты не заметила, я играю жестче.

Пока я продолжал драть ее, ее ноги скользнули на пол. Звук ее каблуков эхом разнесся по комнате, когда я поднял ее, но она вновь соскочила на пол. Ее тело продолжало вздрагивать.

– Не повторяй этого, – предупредил я. – Иначе поплатишься.

– Не думаю, что справлюсь.

Я отпускаю ее затвердевший бутон, вернувшись к ее бедрам. Мне нравятся ее ягодицы – мужчина легко может удерживать их, пронзая тело Эммы.

– Я больше не прикоснусь к твоему клитору, крошка. Ты можешь расслабиться. Эмма покачала головой, скользя вверх–вниз по столу.

– Это не из–за твоих ласк.

Ох, блядь, да! Я спустил в нее немного своей смазки, финал был близок.

– Ты ведь членозависимая шлюха, верно? – я жестко трахал ее, пока ее огромные сиськи шлепали по столу, наигрывая симфонию для меня и только меня. – Держу пари, что сама мысль о моем члене приводит тебя в восторг. Я прав? Полагаю, я мог бы привязать тебя к стулу в комнате, связав руки за спиной, вытащить свой член, и твоя членозависимая киска потекла бы от одного взгляда на него. Верно?

Она прикусила губу, стараясь контролировать свой оргазм, пока говорила.

– Да.

– Тогда скажи это.

Она вновь приподняла бедра, стараясь присесть мне на колени.

– Моя киска жаждет член.

Я отстранился от нее, почти вытащив головку своего члена.

– Жаждет чей член?

– Твой. Только твой, – простонала она, когда я вновь ввел в нее свой пенис. Боже, мне нравилось играть с ней так же, как она играла со мной.

Знание того, как отчаянно она жаждет мой член, возбуждало меня сильнее, чем когда- либо. Меня охватило желание пометить ее не только своей спермой. Я хотел отметить ее всю. Чтобы другие мужчины не осмеливались подходить к ней. Чтобы знали, что она запретна, Знали, что кто-то уже владеет ею, что она находится во власти сверх–хищника, который разорвет любого, если они только посмеют приблизиться к ней.

Ее терпение окупится, как только я жестко возьму ее так, что стол протестующее заскрипит. Эмма снова закричала.

– Вот так, моя девочка, – я провел языком по ее позвоночнику, а затем поцеловал ее в шейку. – Теперь я войду в тебя. Я не стану выходить, даже не проси. Мои яйца до краев наполнены спермой, так что я до смерти желаю утопить в сперме твое тело. Прими это, как хорошая девочка.

Она вздрогнула.

– Да. Я хочу это. Хочу, чтобы мое тело покрылось спермой. Мой член задрожал внутри нее.

– Когда ты почувствуешь, как я начну кончать в твою киску, ты тоже сможешь кончить. Сможешь тогда, когда и я, поняла?

– Хорошо, – она кивнула. Ее дыхание было сбивчивым от жесткого и хорошего траха. – Я постараюсь.

– Нет, ты так и сделаешь, – потребовал я, нащупывая ее сосок. Когда я нашел его, я сильно сжал, чтобы она все поняла. Ее тело было моим. Созданным для моего удовольствия. Она получала лишь то, что я позволял. Абсолютно беспомощная от моих прикосновений и подчиняющаяся моему желанию. – Я хочу, чтобы твоя киска высасывала меня, втягивала мое семя так глубоко, что тебе лучше бы надеяться на то, что те противозачаточные таблетки окажутся эффективными, крошка.

Я больше не мог сдерживаться. Я только проник в нее снова, когда почувствовал, как напрягся мой член. Оргазм сильно бил меня, мощные потоки спермы вырывались из меня, проникая глубоко в ее тело, помечая ее. Делая ее моей.

Дата добавления: 2017-02-01; Просмотров: 38; Нарушение авторских прав?; Мы поможем в написании вашей работы!