Рентгенограмма читается в зависимости от способа съемки. При скользящей рентгенокимограмме она читается в направлении движения*
1 См. указанную выше работу. 168
решетки, при ступенчатой (т. е. при движении кассеты) — в направлении, обратном движению кассеты. Под рентгенокимограммой всегда стрелкой'показано направление ее чтения, т. е. начало произнесения того или другого речевого звука. На рисунке 5 представлена скользящая рентгенр-кимограмма нормального дыхания. Каждая отдельная полоса соответствует движению одной щели решетки за 3 секунды. За это время на каждом из участков диафрагмы, проецирующихся в полосах, происходил один и тот же процесс — вдох, выдох, вдох. Опускание диафрагмы соответствует вдоху, подъем — выдоху. Получается треугольник, в котором одна сторона отражает вдох, другая — выдох.
Кроме многощелевого рентгенокимографд, применяется однощелевой, в котором вместо решетки имеется лишь одна щель в 1 мм. Однощелевая рентгенокимограмма отмечает движение одной точки диафрагмы на большем пространстве пленки, чем ступенчатая многощелевая, но не дает возможности широкого обзора движений всех точек объекта. Для предварительного исследования такого неизученного явления, как речевое дыхание, целесообразно прежде всего получение обзорной, многощелевои скользящей рент^ генокимограммы. Кроме того, речевой звук длится очень короткое время, а скорость движения пленки ограничена (10 мм/сек.). Таким образом, нет прямой необходимости в этих условиях растягивать линию записи.
Нами были получены материалы как на одноще-левом, так скользящие и ступенчатые кимограммы на многощелевом рентгенокимографе. Практически для наблюдения за диафрагмой различие между ступенчатой и скользящей кимограммами ничтожно и заметно только в движениях ребер. В дальнейшем будет приводиться материал преимущественно скользящих многощелевых рентгенокимограмм. Однощелевой рентге-нокимограф мы применяли в том случае, когда заметили различие в амплитудах движений правого и левого куполов диафрагмы. Для уточнения движений правого купола, который иногда у некоторых лиц колеблется в процессе произнесения речевых звуков с меньшей амплитудой, чем левый,, мы производили съемку одной точки этого правого купола на однощеле-вом рентгенокимографе.
Рентгенокимографическая методика для изучения дыхания, и тем более речевого, является несравненно более точной, чем пнеймографиче-ская, широко применяемая в физиологии и психологии. Пнеймографы, в том числе и электрические, помещаемые в разных частях тела, дают косвенные и суммарные данные о механизме внешнего дыхания. Рентгеноки--мография дает возможность прямого наблюдения и точной регистрации движений диафрагмы, как одного из основных индикаторов механизма в системе дыхательных мышц. В предшествующей главе приводились наблюдения Я. Л. Шика, из которых ясно видно преимущество рентгеноки-мографа по сравнению с пнеймографической методикой.
Рентгеиокимография речевого дыхания производилась нами в рентгеновском кабинете Института переливания крови при консультации И. Б. Гуревича и в рентгеновском кабинете Московского педиатрического института РСФСР при консультации проф. Н. А. Панова.
По ходу исследования обнаружились такие явления в движении диафрагмы при речевой фонации, которые потребовали дополнительных наблюдений за процессами, происходящими в трахеобронхиальном дереве. Механизм речи не может быть установлен без изучения всего процесса речевого дыхания. Для исследования перистальтики бронхов во время
Рис. 5. Общая схема движения диафрагмы в процессе свободного дыхания:
1 — вдох;
2 — выдох;
3 — вдох
речи была применена бро-нхокимография. Лицу, произносящему слова, после анестезии верхних дыхательных путей, в один из бронхов назально вводилось контрастное вещество. После этого на ступенчатом рентгено-кимографе производилась регистрация бронхиальной перистальтики при произнесении звуков речи и при свободном дыхании. По понятным причинам бронхография не производится на здоровых лицах, поэтому в качестве объектов съемки были выбраны такие больные, которым показана эта процедура для соответствующих диагностических целей. Это обстоятельство не отразилось на наших наблюдениях, так как больные отбирались из подконтрольной группы после /проведенного лечения. Контрастное вещество вливалось в здоровую половину легкого. Фактически у отобранных лиц патологических изменений в бронхиальном дереве не было обнаружено. Затруднения состояли только в том, что приходилось дожидаться случаев для отбора таких лиц. Рентгенокимобронхография производилась доктором И. В. Макаровым при консультации проф. Н. А. Панова в Московском педиатрическом институте РСФСР.
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
ГЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ
Г Л AB A IX СИНТЕТИЧЕСКАЯ РЕЧЬ, ПРИНИМАЕМАЯ СЛУХОМ
В трех параграфах этой главы будут рассмотрены некоторые акусти* •ческие явления, достаточное объяснение которым может быть дано только в последующих главах, начиная с десятой. На выходе речевых эффекторов образуется синтезированный звук. Уже простой слог (а, о, и и т. п.) является синтезированным. Прежде всего надо узнать, что в этом синтезированном звуке остается постоянным и что, при сохранении постоянства, изменяется и нет ли в самих изменениях также постоянства, т. е. закономерности. Только после этого следует спросить, от чего зависит постоянство и изменчивость и как речедвижения воспроизводят то и другое. Это и будет объяснением, в котором синтетическая сторона явления будет соотнесена с аналитической. Звук, определенный в акустических измерениях как один и тот же, в системе синтеза сообщения выступает как элемент, а в системе анализа как целое, состоящее из других элементов, т. е. признаков звука. Поэтому управление для включения этого звука в синтетическую или аналитическую систему будет разным. При акустических измерениях недостаточно учитывать лишь физические параметры, надо определить их функцию в аналитико-синтетической системе, т. е. рассматривать звук психологически, как средство речевого общения. Задача следующего параграфа состоит в том, чтобы показать, как один и тот же звук входит одновременно в систему произвольного и непроизвольного управления.
§ 21. РАЗНОМОЩНОСТЬ РЕЧЕВЫХ ЗВУКОВ И СЛОГОВОЕ КВАНТОВАНИЕ
Если при помощи самописца Неймана записать несколько фраз живой разговорной речи, то мы получим кривую динамики этого произнесения. Игла аппарата запишет колебания интенсивности в процессе речи. Получить такую кривую нетрудно, но возникают исключительные затруднения при попытке понять ее, объяснить и расшифровать. Обращает на себя внимание не только то, чгго кривая интенсивности лишь изредка падает до нуля, в большинстве колеблясь на среднем уровне, но и то, что количество слоговых вершин на кривой не совпадает с количеством слотов в произнесенном слове. Отдельные слоги как бы пропадают в записи, -а динамика одного и того же слова в разных фразах перестраивается до ^неузнаваемости. Особое затруднение для толкования записи возникает ^вследствие того, что ударный слог слова часто оказывается менее интенсивным, чем другие, неударяемые, хотя слух отчетливо воспринимает ударение именно там, где оно должно быть. Динамика речи изучалась •очень мало, и на указанные явления не обращалось должного внимания. К ним не.подходили как к явлениям фразового произнесения и как к элементам анализа и синтеза. Однако при изучении1 отдельных звуков
речи давно уже столкнулись с фактами, систематизация которых позволяет получить ответ на некоторые из основных вопросов, первоначально вызывающих недоумение.
Ответ этот следующий. Разные звуки речи обладают разной акустической мощностью, поэтому их энергия квантуется по разным шкалам. Допустим, что а обладает большей акустической мощностью, чем и, тогда поток энергии а достигнет определенного уровня скорее, чем поток энергии при произнесении и. Для того чтобы поднять динамику и на равные с а ступени, надо на и затратить большую работу, чем на а, т. е. приложить большую силу при произнесении м, чем а. Это и значит, что расчет ступеней акустической мощности будет разным для а и и. При одинаковой или даже меньшей акустической мощности w, на нем уже будет слышаться ударение, если оно усилено по своей собственной шкале «а величину, соответствующую слоговому ударному выделению. Для того чтобы эти чисто физические соотношения приобрели психологический смысл, т. е. обнаружили функцию слогового квантования, его сигнальное значение в процессе речевого общения и управление системой квантования, полезно кратко ознакомиться с историей вопроса определения разномощности звуков речи.
Еще в 1871 г. Вольф1 производил измерения слышимости разных звуков речи, применяя очень простую методику. Опыт производился в тишине, ночью, в местности, окруженной лесом. Диктор получал инструкцию произносить отдельные звуки речи с одинаковой силой. Исследователь и его помощники постепенно отходили от диктора на такое расстояние, на котором данный звук переставал слышаться. Это расстояние, измеренное в шагах, являлось показателем слышимости или громкости данного звука речи. Вольф получил результаты, представленные в табл. 4.
Таблица 4
РАЗНОГРОМКОСТЬ ЗВУКОВ РЕЧИ (по Вольфу)
а — 360 шагов seh — 200 шагов о —350 т --180
ai — 340
е —330
/ — 300
oi — 290
аи— 285
и — 280
• — 175 /- 67 „ K,t— 63 шага r— 41 шаг b— 18 шагов h- 12 „
Аналогичные данные получил и Русело. О. Есперсен 2 сделал из этих фактов далеко идущие выводы. Он устанавливает следующий ниспадающий ряд громкости гласных: а, о, и, и, г3. За ним следуют по убыванию громкости или, по терминологии О. Есперсена, сонорности звонкие согласные [по порядку убывания: а) проточные'—боковые, носовые, узкого образования, б) взрывные и, наконец, шумные согласные (узкого образования: закрытые p, t, к).] На основе различий сонорности звуков. О. Есперсен, как указывалось выше, строит свою теорию слога и ударения. Слог образуемся из сочетания разносонорньих звуков. Сам Есперсен считает, что среди фонетистов не может быть сомнения в точности установленных рядов сонорности.
Однако в 1953 г. появилась работа О. Эссена4, в которой при помощи современной, более точной инструментальной методики были установлены факты, значительно не совпадающие с только что приведенными.
1 Wolf, Sprache und Ohr, 1871.
2 Lehrbuch d. Phonetik, 1913, S. 191.
3 Мы упускаем некоторые варианты гласных.
4 Otto von Essen (Hamburg), Über die spezifische Schallwirksamkeit der Laute, Zeitschrift für Phonetik, 1953, Heft l/2.
Так же как и в прежних опытах, дикторы получили инструкцию произносить отдельные звуки речи с одинаковой физической силой. Каждый звук произносился подряд 10 раз 11-ю дикторами. Их произнесение записывалось на магнитофоне и напряжение на выходе измерялось по вольтметру, показания которого пересчитывались в децибелах
(ndb=*20lg^;, где a0 = lmW). Получились следующие результаты Б средних величинах для всех испытуемых (табл. 5).
Таблица 5 РАЗНОГРОМКОСТЬ ЗВУКОВ РЕЧИ (по О. Эссену)
№ п/гт.
Звуки
Децибел
о
(50,7+2,3
о
49.9+2,2 i
т
49,3 + 2,3!
иМ,п
48,5+2,4
/
48,1+2,5
с
48,0+2,5
а
47,2+2,5
i
46,*l+2,3
b
44,4+3,5
j
42,5+3,3
v
41,9+2,9
z
41,5+2,9
s
39,3+2,8
X
36,5+2,8
s
35,8+2,4
ОС
34,2+1,7
f
28,4+1,6
Взрывные /с, p, t, b, d не измерялись, вследствие их краткости и ненадежности показаний стрелки вольтметра. Как видно, полученная Эссеном таблица значительно расходится с ранее приведенной. В дальнейшем Эссен приводит следующие данные. Если произнесение каждого из дикторов разбить на три группы: а) наиболее сильное произнесение 100— 90%; б) произнесение 89—80%; в) произнесение ниже 80%, — то получается, что звук а попадает в первую группу в шести случаях, во вторую — в четырех случаях и ни разу в третью группу. Звук и попадает в первую группу в восьми случаях, во вторую — в двух случаях, не встречаясь в третьей. Вообще, каждый звук, кроме о, попадает или в первые две группы или во вторую и третью, а такие звуки, как v и z, встречаются во всех трех группах. Эти же явления видны и из приведенной таблицы О. Эссена. Если отклонение при о взять с минусом, то получится 48,4 дб, а отклонение при а взять с плюсом, то получится 49,7 дб. Иначе говоря, встречаются случаи, когда а оказывается более громким, чем о. Даже i может достигнуть 48,4 дб (уровень о).
Аналогичные измерения проводил и Флетчер. У него получились результаты, значительно отличающиеся от данных, приведенных в обеих таблицах. Для гласных Флетчер дает ] такой ряд (в скобках указана мощность в микроваттах): а (25); о (24); у (23); е (22); и (20).
Спрашивается, чем можно объяснить полное несоответствие полученных разными исследователями результатов? Прежде всего можно усомниться в точности данных Вольфа, так как измерение расстояния шагами и определение мощности звука по слуху не может идти в сравнение с инструментальным измерением. Кроме того, данные Эссена получены
! Полная таблица разномощности звуков речи по Флетчеру приведена в книге ~- Н. Ржевкина «Слух и речь в свете современных физических исследований», изд-во <->НТИ. 1936, стр. 289. (Звуки обозначены буквами русского алфавита.)
-на материале немецкого языка, а Флетчера— на материале английского. Это обстоятельство, несомненно, играет большую роль. Но главное различие данных, полученных Эссеном и Флетчером, заключается в другом. В опытах Эссена дикторы произносили отдельные звуки, а дикторы Флетчера произносили слова. Это методическое различие является принципиальным. Отдельно произносимый звук речи, т. е. слог, составляет целое. Это отдельный акт произнесения. Как только звук попадает в состав слова, он становится элементом целого, произносительным же целым теперь является слово. Управление целым произнесением и управление элементами в составе целого произнесения различно, поэтому различны и шкалы квантования того и другого по динамическим уровням. Отдельный слог а, как целое, может получить любые градации громкости: от неслышного на расстоянии метра шепота до крика. Любой другой звук, например самый маломощный из гласных и, может быть произвольно поднят в громкости до уровня а и даже превзойти этот уровень. Таким образом, о разномощности звуков речи, казалось бы, можно говорить как о величине только статистической, к тому же при сильных вариативных отклонениях.
Инструкция, дававшаяся Вольфом и Эссеном дикторам, — говорить с одинаковой силой— психологически невыполнима. Никто из дикторов и сами экспериментаторы не могли проверить одинаковость этой силы. Такая инструкция могла быть обращена только к слуховому контролю, а это значит, что дикторы выравнивали по слуху громкость произнесения. Они усиливали акустически слабые звуки и ослабляли сильные. Однако и при выравнивании звуки оказались разными по мощности. Это значит, что они оцениваются слухом в разных шкалах квантования. Звуки а и и кажутся выровненными, т. е. равногромкими, хотя акустическая мощность и меньше, чем о или а. Звук и, пройдя только три-четыре ступени вверх, уже достиг уровня повышенной громкости по сравнению со своим исходным уровнем, звуки же а или о должны пройти шесть-семь ступеней для того, чтобы достигнуть такого же превышения своего собственного исходного уровня. Опыты с отдельными звуками представляют психологический интерес, так как даже в этих условиях обнаруживаются разные шкалы для разных звуков речи. Однако эти опыты не могут быть признаны точными, если принять во внимание, что разные дикторы неизбежно будут выравнивать звуки на разных абсолютных уровнях. При этом следует учесть весьма разную слуховую чувствительность дикторов, произвольно регулирующих громкость своего произнесения.
Иная картина получается при произнесении слов, куда звуки входят как элементы. Будем ли мы произносить все слово тихо, средне по громкости или очень громко, соотношение мощностей отдельных звуков в составе слова не изменится, так как произвольная громкость теперь задается всему слову, а громкость каждого из его элементов регулируется непроизвольно. При произнесении слов «е будет необходимости выравнивать по слуху отдельные звуки, и инструкция — произносить все звуки с одинаковой силой -- отпадает. При таком опыте мы получим, так сказать, чистую акустическую разиомощность звуков речи. Вот почему данные Флетчера больше дают для решения поставленной проблемы, чем данные Эссена. Однако и данные Флетчера не решают в полной мере вопроса о разных шкалах квантования речевых звуков. Для того чтобы решить этот вопрос, надо сравнивать разные звуки в составе того слова, в котором они находятся, так как задача и состоит в том, чтобы узнать соотношение элементов в составе целого. Флетчер поступал иначе. Он измерял мощность оо (у) в слове too/, мощность а в слове tap, мощность еа в слове team, т. е. звуки измерялись в разных словах. Диктор и здесь должен был выравнивать произвольную громкость всех произносимых им слов, иначе одно слово, произнесенное более громко, чем другое, вызвало
;176
бы увеличение мощности измеряемого звука за счет громкости, заданной всему слову, а не за счет той непроизвольной громкости, по которой отдельные звуки распределяются внутри слова.
Для решения поставленного вопроса нами были произведены записи на самописце Неймана как отдельных звукослогов, так и слов. В последнем случае задача состояла в том, чтобы сравнить интенсивность звуков, находящихся не в разных! словах, а в одном и том же слове, учитывая не абсолютную интенсивность, а ее приросты в разных звуках того же слова. Только таким способом можно определить чистую, непроизвольно управляемую акустическую мощность звуков и доказать наличие в механизме речи разных шкал квантования для приема и воспроизводства речевых звуков. На рисунке 6 представлена запись произнесения простых слогов одним диктором. Наиболее отчетливые различия
да
л
/
V
r
I
/
л Л
\
/
A A A
Г.РК
— J-
ч. /
^ /
, J
U
s,
/
ч
l M f\ l\ M M
У Рис. 6. Запись на самописце Неймана динамического уровня простых слогов
в интенсивности заметны лишь между группой гласных и некоторых согласных (глухих, взрывных). Гласные не удается расположить в определенный ряд по разномощнооти. Такие гласные, как у или и, то произносятся на 4-—5 дб менее интенсивно, чем а и о, то вровень с ними. Подсчет усредненных статистических величин в данном случае был бы мало показателен, так как он определил бы лишь среднюю степень чувствительности слухового' контроля, а не действительную величину акустической разномощности этих звуков. Кроме того>, задача выравнивания -простых слогов по громкости под контролем уха не имеет "Практически большого значения, так как реально в речи такой процесс не встречается. Слоги как элементы сопоставляются по громкости внутри слова или фразового произнесения, а не как отдельные образования, так как по отдельности они не составляют сообщения.
50 40 30 20 10 Сек.
а ми7ю~вд5ли dgû/tu и да и нет и да и нет игроки
Рис. 7. Запись на самописце Неймана слов с сочетанием а, и.
На рисунке 7 представлены графики произнесения сло-в, в составе которых содержатся звуки а и и. Следует особо подчеркнуть, что во всех словах, где и находится под ударением, интенсивность этого звука, безусловно, должна быть большей, чем в неударном положении. Во всех без исключения случаях, когда записываются слова с сочетанием звукоз
12 Н. И. Жинк-ш 177
анис ударением н'а слоге, в состав которого входит &, оказывается, что и»в ударном слоге на 3—6 дб, а иногда на 10—15 дб менее сильно, чем а в неударном слоге того же слова. Это и есть основной факт, свидетельствующий об акустической разномощности речевых звуков. То, что не получалось при измерении отдельно произносимых слогов, тотчас же обнаруживается в том случае, когда эти слоги входят как элемент в состав слова. Это и значит, что управление элементами в составе целого иное, чем управление всем этим целым. Слог а, произносимый как целое, т. е. в отдельности, регулируется иначе, чем тот же слог, включенный как элемент в состав целого слова. Есть две шкалы динамических уровней: одна для целых словесных образований, другая для элементов. Этим и достигается аналитико-синтешческое выделение элементов и конструирование их в более сложное, системное образование. Так как признаки каждого из элементов, входящих /в слово, разные, то для каждого из них существует своя особая шкала квантования по интенсивности. Сами эти признаки каждого из элементов сохраняют постоянство в их соотношении, вследствие чего звуки речи узнаются как себе тождественные. Они узнаются во всех случаях, на всех ступенях квантования. Они узнаются и в функции целого, и в функции элементов. Но, как только звуки входят в состав целого, они квантуются лишь как элементы, тем самым обнаруживая аналитическую* расчлененность целого. В этом и состоит членораздельность речи.
Слог по самой своей природе является динамическим образованием, но так как отдельный слог не составляет сообщения, т. е. не имеет предметного сигнального значения, то и любая ступень квантования отдельно произносимого слога не несет никакой сигнальной функции. Но как только слог входит как элемент в слово или сам выступает как слово или фраза, так тотчас же квантование приобретает сигнальное значение. Так, в ранее приведенном примере латинского / («Поезжай») слог 7 является фразой, целым сообщением, поэтому его динамические градации (звуко-высотные, силовые, временные) приобретают смысл. Таким образом, слог как динамический компонент в такой же мере выполняет сигнальную функцию в сообщении, как и фонема. Только сами эти функции различны. Фонема — это статический различитель слов, независимо от того, входят ли эти слова в законченный ряд сообщения, или нет. В бессмысленном наборе слогов, не составляющих сообщения, они также будут различаться между собой. Слог же, сам по себе пустой, если исключить входящие в него пункты-тождеств а, составляющие постоянные словораз-личители, вступает в действие лишь в составе конструктивного целого — сообщения. Слоговое квантование приобретает сигнальное значение только в определенной системе слов. Тогда квантуется все сообщение по слоговым позициям. Только в результате этого процесса получается конкретное целое сообщение. Слоги, расчленяя сообщение, тем самым составляют целое, которого бы не было, если не было бы расчлененности. Обработка слов, записанных на самописце, с разными сочетаниями гласных, включенных в их состав, дает возможность установить для русского языка ряд гласных по их убывающей акустической мощности а\ о\ э; у; и1. Этот ряд имеет первостепенное методическое значение, так как позволяет установить соотношение синтетического акустического эффекта со всей суммой аналитически раздробленных речедвижений в резона'торной, генераторной и энергетической системах произнесения. В дальнейшем мы увидим, что этот ряд в точности совпадает с рядом объемов глоточного резонатора и рядом градаций силы воздушного давления. Тем самым устанавливается соотношение между статикой и динамикой речи.
1 Более подробно способ установления этого ряда изложен в работе автора «Восприятие ударения в словах русского языка», «Известия АПН РСФСР», 1954, вып. 54.
В связи со сказанным следует обратить внимание на самое понятие акустической мощности. Мощность звука —• это поток звуковой энергии, проходящей через определенную площадь за единицу времени. За единицу принимают работу в 1 эрг, совершенную в 1 секунду, или 1 эрг\сек — JO"7 ватт. Мощность — величина статическая, она определяет эффективность силы, производящей работу в данный момент времени. В другой момент мощность может измениться, в зависимости от увеличения работы за то же время. Таким образом, квантование звуков речи в процессе изменения динамического диапазона следует отнести за счет изменения количества работы в единицу времени. Иначе говоря, квантование по динамике зависит только от энергетической системы речи. Так как разные звуки речи образуются в резонаторах разных объемов, то в каждом из этих случаев потребуется разное количество работы для достижения одинакового эффекта. Этим и определяется разномощность звуков речи, так же как и явление статики.
Так как в пределах своей средней мощности каждый звук речи может градуировать по количеству энергии, то возникает квантование как явление динамическое и разное для каждого из звуко<в речи. Можно сказать, что каждый из звуков речи обладает как бы разной звуковой массой. Так а обладает меньшей звуковой массой, чем и, поэтому для его квантования будет прикладываться меньшая сила, чем для квантования и. Если выразиться менее точно и более образно, то можно сказать, что а делается из более легкого и более податливого для квантования звукового материала, чем и. Вообще же гласные значительно легче квантуются, чем согласные, поэтому гласные и являются слоговыми. Именно,на них идет рост и падение слоговой динамики. Из всего этого вытекает, что в эффекторах речи следует отыскать такие устройства, которые бы обеспечили, соответственно акустическому эффекту, разновидность звуков, с одной стороны, и квантование в пределах их мощности, с другой стороны. Такие устройства и будут показаны в главе X.
Оба эти устройства различны, так же как и их функции. То, которое определяет разномощность звуков, есть не что иное, как определенность формы и объема резонаторов; то, которое модулирует динамические сту-гени, входит в состав энергетической системы. Первое определено самим составом звуков данного языка. Это, так сказать, предписанные и заданные условия. Если правила для образования звуков усвоены речедвигя-тельным анализатором, то разномощность звуков появится сама собой как произвольно не регулируемый компонент. Больше того, всякое произвольное изменение звука речи в этой части разрушило бы процесс общения. Наоборот, квантование все время колеблется в разных пределах, следовательно, подчиняется другим правилам регулировки.
При этом можно различать два случая. Подобно тому, как звук может выступать или как отдельно произносимый слог, или как элемент в составе слова, так и самое слово можно рассматривать или как самостоятельное образование, или как элемент в составе сообщения. Роль слогового квантования в этих двух случаях будет разной. Так будут разными функции слова и, соответственно, правила для осуществления этих функций в процессе общения. Отдельно взятое слово должно легко узнаваться, включенное же в состав сообщения, оно 'должно, кроме того, еще и пониматься в соединении с другими словами. Таким образом, существуют одни правила для конструирования звуковой оболочки слова, выполнение которых обеспечивает его узнавание, и другие правила, определяющие место слова в составе сообщения. Оба вида правил предписывают определенного вида слоговое квантование. Так как правила первого вида определяют только узнавание1 звуковой оболочки слова, то они не связаны с значимой ситуацией сообщения, которая определяет правила второго вида, В параграфе 23 этой главы фразовое квантование будет разбираться более подробно.
12* 179
Рассматривая любой динамический график записи отдельно произнесенного слова, (Например -на рисунке 7, мы видим, ч^то он образуется из вершин разной высоты. Подъем и падение интенсивности за определенное время образует слог. Таким образом, слог акустически есть не что иное, как непрерывное нарастание и падение интенсивности звука, воспринимаемое слухом как дуга громкости. Внутри слога нарастание величины интенсивности идет непрерывно!, один слог составляет отдельную порцию энергии, отделенную от другой ветвью падения интенсивности, В каждом слове соотношение слоговых вершин сохраняет относительное постоянство, достаточное для узнавания отдельно произносимого слова. Для точного прочтения кривой, фиксирующей акустический слоговой стереотип слова, необходимо учитывать две величины -г-величину разномощности входящих в слог звуков и силу слоговой позиции данного слога в данном слове. Взаимный учет этих величин устраняет при прочтении динамических графиков основные из тех затруднений, о которых говорилось в начале этого параграфа.
Как видно», слоговые дуги в составе целого слова, как правило, не опускаются до нулевого уровня, а подхватываются новым звуковым давлением. При этом глубина ниспадания слоговой дуги имеет такое же значение для определения силы слоговой позиции, как и относительный прирост интенсивности на одном слоге по сравнению с другими или как длительность слога. Эти три величины могут компенсировать друг друга и взаимно замещаться. Однако во всех случаях дуга слоговой громкости сохранится, так как у звука не может пропасть признак интенсивности. Из этого следует, что слогообразующей силой является именно- дуга интенсивности. Совершенно очевидно, что вариации высоты не могут образовать слога. Ни в одном языке не происходит так, чтобы на каждом слоге основной тон то поднимался, то опускался. То же самое и в отношении долготы слога. Для того чтобы слог был более или менее долгим, необходима какая-либо интенсивность того звука, на котором происходит его укорочение. Слоговые раздельности как простых звуков, так и звуков, сложившихся в один слог, могут возникать лишь в. дуге громкости. Однако как только слог образовался, т. е. образовалась хотя бы минимальная дуга громкости, выделение этого слога по сравнению с другими может происходить самыми различными способами, при этом интенсивность может играть относительно меньшую роль, чем долгота или изменения основного тона на данном, уже возникшем в дуге громкости слоге. Разностный порог различения интервалов времени и высоты более тонок, чем на градации громкости, поэтому слоговые различения в отдельно произносимых словах (русского языка) происходят преимущественно на основе долготы, выделение же слогов в словах при фразовом' произнесении происходит на основе колебаний высоты основного тона. Вместе с тем модуляция высоты на слоге неизбежно вызовет некоторое удлинение времени, что в свою очередь потребует и динамического усиления. Но во всех случаях главную роль будет играть индивидуальная шкала динамического -квантования каждого звука речи. Гак в фразе «дан на память» — даннъпам'ит' звук нн будет значительно удлиняться и несколько усиливаться, но ударение все равно останется -на слоге па, так как шкалы квантования для я и а различны. Вообще говоря, конечно, мыслимо чрезвычайное усиление слога ннъ так, чтобы он стал ударным, но это приведет к такому искажению всего звукового состава, что слова перестанут узнаваться. Это значит, что место ударения в слове входит в стабильную подпрограмму словопроизнесения.
studopediasu.com - Студопедия (2013 - 2026) год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав!Последнее добавление
