Терпение и доверие

Центрирование

Присутствие

Принятие

Понимание

В слове «понимание» есть определенная энергия. Достаточно просто сказать это слово, чтобы передать энергию. Оно словно охватывает опыт одеялом сострадания. Когда есть понимание, то есть и принятие, и с принятием – покой. Понимание – это еще одно качество, которое естественно произрастает из медитации. Оно приходит потому, что в медитации акцент ставится не на том, чтобы что-то сделать, но на том, чтобы просто видеть вещи такими, как они есть, – просто отступить назад и хорошо присмотреться.

Медитация постепенно помогает мне более мягко смотреть на жизнь. В этой мягкости я становлюсь способным понять моего Внутреннего Ребенка. Пока я оценивал себя согласно тому, насколько хорошо что-то делал и сколько совершил, пространства для понимания моего Внутреннего Ребенка не было. Медитация же дает такое пространство для сострадания и понимания, выводя наружу нашу внутреннюю женственность. Моя жесткая рассудительность возникла из жестких стандартов, которые я применял к себе, – стандартов, основанных на успехе и поражении. Медитация замедлила меня. Постепенно она дает больше и больше внутреннего пространства для мягкости. Появляется та часть нас, в которой есть пространство для понимания стыда и шока. Она пронзает все рассуждения и разрушает все осуждающие мысли. Мало-помалу, благодаря медитативному сознанию, мы можем освободиться от давления и перестать чувствовать себя виноватыми и неадекватными в связи с нашими поражениями. С медитацией успех и поражение становятся менее важными. Мы начинаем видеть жизнь как процесс роста, а вся наша борьба – лишь часть этого процесса до того, как у меня появилось это понимание, я рассматривал свои действия как испытание своей самооценки. Это создавало во мне огромное давление, потому что я пытался быть тем, кем должен был стать, вместо того чтобы быть тем, кем я действительно был. В определенном смысле, моя жизнь была интенсивной борьбой за то, чтобы доказать себя. Это была постоянная война с моими внешними и внутренними судьями.

По мере того как мы идем вовнутрь и исследуем себя, мы начинаем видеть в себе вещи, которые зачастую не так-то просто принять. И неудивительно. Ведь глубина нашего бессознательного заставляет нас избегать видения самих себя. «Наши проблемы»: привычки и одержимости, нечувствительность к другим и сценарии, причинение вреда самим себе и устойчивое повторение определенных стереотипов поведения – больно признавать. Мы постоянно соскальзываем обратно в наши состояния детства – в стратегии, чувства безнадежности, требовательность, различные защиты, в стыд и шок. Когда это происходит, стыдящий ум всегда готов нас осудить. При осознании чего-то внутри, что нам не нравится, естественный импульс – захотеть это изменить.

В медитативном подходе к исцелению перемены вторичны. Важнее всего, чтобы мы наблюдали и принимали то, что есть, как ученые-исследователи души и внутреннего мира. Наблюдение и принятие – инструменты поиска. Если мы нацелены на то, чтобы что-то изменить, мы не живем от момента к моменту и не можем открыть самих себя. В этом случае мы будем продолжать добиваться успеха и потом терпеть поражение, стыдить себя, идти на компромисс со своим достоинством, быть нечувствительными, бессознательными и безответственными снова и снова. Нелегко наблюдать все это. Мы бы предпочли, чтобы это прекратилось.

Согласно моему опыту, настоящие перемены происходят только медленно и постепенно. Они происходят сами собой, как только мы обретаем способность наблюдать и принимать.

Присутствие – это суть медитации, означающая умение оставаться в моменте, наблюдать и чувствовать его таким, какой он есть. Однако наши страхи, паника и недостаток доверия делают присутствие чрезвычайно трудным.

Когда я начал медитировать, я прилежно концентрировался на том, чтобы наблюдать свое дыхание, мысли и ощущения в теле в точности так, как инструктировали меня мои учителя. Я всегда был хорошим, усердным студентом И я оценивал себя, опираясь на то, насколько качественно я это делал. Если же я был беспокоен или невнимателен, то, конечно, я себя осуждал. При этом я никогда не осознавал, что мое беспокойство является проявлением страхов моего Внутреннего Ребенка, которые провоцировались то по одной, то по другой причине.

Открытие в моем Ребенке такого явления, как паника, сделало практику медитации для меня совершенно другой историей. С тех пор я осознаю, откуда берется большая часть моей отвлеченности, тревоги и недостатка покоя ума, и не только когда я сижу в медитации, но и все время. Эти моменты подвергают испытанию мою способность оставаться присутствующим с тем, что есть, – со всей паникой моего раненого Ребенка. Работа с Внутренним Ребенком принесла мне совершенно новое понимание присутствия и медитации – более трудное, но и гораздо более богатое и живое.

Согласно моему опыту, мягкая решимость оставаться присутствующим глубоко целительна для Внутреннего Ребенка. Наши страхи отсоединяют нас от самих себя. Но когда мы учимся оставаться присутствующими, это исцеляет рану. Быть присутствующим легко, когда мы чувствуем себя внутри комфортно и безмятежно, но чрезвычайно трудно, когда в нас провоцируются боль или страх.

Обычно, когда что-то воздействует на нас эмоционально, мы ощущаем это в животе. У большинства из нас этот механизм в детстве был разрушен или признан недостоверным. Его отсутствие мешает нам оставаться с нашими чувствами в каждое мгновение. Признание достоверности чувств и уважение к себе начинается с узнавания, позволения и принятия в каждое мгновение всего, что бы ни происходило в теле и особенно в животе. Именно так мы начинаем возвращаться домой. Первый шаг – еще до того, как мы что-то выразим, – соприкоснуться с этим внутри. Для меня, человека, выходящего из шока и стыда, было полной загадкой – как принимать то, что я испытываю гнев или грусть. Лишь поставив цель научиться присутствовать, я постепенно стал снимать напряжение в отношении того, что должен что-либо выразить, – до того, как соприкоснусь с собой внутри.

Присутствие – это несудящая осознанность. В то мгновение, когда я признаю действительным то, что происходит, вместо того, чтобы судить себя за то, что не чувствую что-то другое или чувствую «недостаточно», я создаю пространство, которое позволяет открыться чему-то большему. Поскольку у меня не было этого пространства в детстве, и я не давал его себе во взрослой жизни, мне пришлось начать заново.

Теперь «Чувствуй это и делай то-то и то-то!» превращается в «Давай просто посмотрим, что там внутри происходит». Теперь я могу почувствовать «одеяло» стыда, и отследить его возникновение и отношение к какому-то событию, разговору, полученному от кого-то унижению или разочарованию. Я могу начать чувствовать боль или гнев оттого, что подвергаюсь унижению и чувствую стыд, и отзываться на это своими чувствами. Я могу также заметить, как часто и когда моя энергия «протекает». Это происходит в те моменты, когда я иду на компромисс, предавая мое чувство собственною достоинства ради уважения, одобрения или любви. Я замечал, что провоцировало эту «утечку». И просто культивируя осознанность и осведомленность о происходящем, я способствовал тому, что «утечка» закрывалась. Начальной точкой этого процесса было признание важности оставаться присутствующим.

У меня есть шестилетний племянник, который очень чувствителен, высоко разумен и душевно утончен. Его страхи были на поверхности с самого рождения. Год назад он посмотрел по телевизору программу про мастеров восточных единоборств и решил, что хочет научиться кун-фу. В его уме это ассоциировалось с силой и чувством собственного превосходства. Размышляя об этом, я понял, что он использует эту чудесную практику центрирования, чтобы исцелить свои страхи. В восточной традиции боевые искусства были и АО сих пор остаются формами медитации. Таким образом, мой племянник учится медитировать.

Возможно, наш самый большой вызов в исцелении Внутреннего Ребенка – просто научиться давать себе пространство, чтобы чувствовать, не реагируя вовне. Мы называем это «сдерживать чувства». Вместо того чтобы реагировать, мы можем просто оставаться с тем, что мы чувствуем, позволяя этому быть глубже и продолжая наблюдать. В этом случае происходит нечто совершенно поразительное. Что-то внутри начинает расслабляться.

Когда приходят некомфортные чувства, каждая клетка нашего тела хочет их отключить, наш ум начинает придумывать всевозможные ужасающие мысли, и мы находим способ сбежать. Игнорируя эти мысли и игнорируя наш импульс бежать или желание бороться, мы взращиваем наше медитативное состояние сознания. Этот процесс трансформирует, но при этом требует определенной способности оставаться центрированным.

Стыд отнял у нас контакт с центром нашего существа. Сонастраивание с ощущениями в теле и внизу живота постепенно и последовательно приводит нас обратно в центр. Связь с центром – это источник нашего самоуважения и заземленности. Она позволяет нам сдерживать панику и не реагировать на нее. В моем собственном процессе, может быть, потому, что шок погребен так глубоко, это происходит очень медленно. Иногда я чувствую, что меня просто ошеломляет паника, и тогда требуется каждый грамм осознанности, чтобы наблюдать. Однако все же есть ощущение, что время, потраченное на замедление, сидение в молчании и сонастраивание, исцеляет меня от шока. Я чувствую, что должен быть терпелив.

В мире медитации совсем другое ощущение времени, чем, скажем, на лос-анджелесском хайвее. Безнадежно пытаться убедить человека с мобильным телефоном в руках, застрявшего в автомобильной пробке на 405-м хайвее, в истинности дзэнского изречения: «Сидя в молчании, ничего не делая, приходит весна, и трава растет сама по себе». Терпение никогда не входило в число и моих собственных сильных сторон. Когда я был ребенком, моя мать часто говорила моим учителям: «Единственное, что я вам о нем могу сказать, – это что он ни минуты не может сидеть спокойно. Ему всегда хочется что-то сделать».

Однако в исцелении нашего Внутреннего Ребенка ничто не происходит быстро. Это медленный, деликатный процесс. То же самое верно и в отношении медитации. Если мы медитируем с какой-то определенной целью, то вскоре устаем и разочаровываемся. В обоих случаях: во внутренней работе и при вхождении глубже в медитацию – нужно просто наслаждаться процессом. Мы можем проводить долгие периоды времени, не замечая никаких очевидных перемен в поведении, отношениях к себе и к другим. Естественно, это может расхолаживать нас Но вот приходит время, и совершенно внезапно что-то драматически меняется: наша работа сдвигается с мертвой точки, усилия приносят реальные плоды, и мы наконец создаем более глубокую и питающую любовную жизнь.

В более ранние дни моей терапевтической работы над собой эти перемены казались более яркими. Я создавал сильные процессы, которые бурно вскрывали подавленную энергию. Однако когда я начал сознавать свою зависимость и вести работу с Внутренним Ребенком, со страхами брошенности и близости, исследование пространств глубокого страха и пустоты, и перемены, связанные с этим, никогда больше не казались быстрыми или бурными. Все же я чувствую, что они глубже. Предыдущая работа удовлетворяла мой голод к быстрым результатам, но в работе с Внутренним Ребенком мне пришлось научиться терпению.

Я вижу, что мои спешка, планирование и «амбициозный ум» приходят из паникующего Ребенка. Терпение же приходит из глубокого доверия, из знания, что все, чему предназначено случиться и чему нужно случиться, в свое время произойдет. Терпение и доверие сплетаются друг с другом. Когда я сижу в медитации с моим мастером, я чувствую качества вневременности, замедления и центрированности, которые он излучает, и это мало-помалу учит меня терпению и доверию. Никакой спешки, никакой повестки дня, ничего, кроме этого мгновения. Перенесенное на арену отношений и исцеления от зависимостей, это качество оказывает глубочайшее воздействие.

На каком-то уровне наш Внутренний Ребенок всегда будет оставаться в голоде и панике. Перемены касаются лишь того, что наша способность сохранять медитативное состояние становится более сильной, а доверие – более глубоким. Дело даже не в том, чтобы доверять кому-то в частности; мы развиваем пространство доверия в целом. В определенные моменты у меня бывает такое состояние. Кажется, оно растет вместе с медитацией. Никто не может мне этого дать, я должен найти это внутри. Это поиски сокровищ. Именно это спокойствие в самом ядре нашего существа затмевает все наши эмоциональные травмы, страхи и сомнения.

Дата добавления: 2017-01-14; Просмотров: 84; Нарушение авторских прав?; Мы поможем в написании вашей работы!