Как повлияла семья на достижения известных деятелей культуры и науки

День седьмой.

День шестой

День пятый.

Она захотела побродить по набережной Невы, где они познакомились. Он заехал за ней, нашел ее отдохнувшей, но грустной и молчаливой, почувствовал ее печаль, хотя не знал и даже не мог представить то, что творилось в ее душе.

Все-таки, мужчины и женщины - разные создания. Он, любя ее, не мог даже догадываться о той безумной боли и опустошенности, отчаянии и безнадежности, с которыми Она жила. А Она находила в себе силы улыбаться, и временами даже выглядела счастливой. Что ей помогало? Вера? Любовь? Скорбные знания, которые Она обрела в своих страданиях?

«Ибо от многой мудрости много скорби, и умножающий знанье умножает печаль» - говорил Экклезиаст.

А может быть, верно и обратное? Много скорбящий - многое познает? Только тот, кто долго испытывал сильную душевную боль, может ответить на этот вопрос.

Ей было трудно идти, и, как никогда раньше, хотелось жить, не задумываясь о цене каждого мгновения, позволяя себе самым примитивным способом транжирить время.

В мире есть одна, общая для всех, валюта — время, бесстрастно отмеряющее жизнь каждого. Жуткая особенность этой валюты состоит в том, что ее можно только тратить и невозможно заработать или приобрести. Ее нельзя положить в банк под проценты, чтобы беспечно жить на ренту. Цена этой валюты безмерно высока.

Есть люди, живущие и не понимающие размера своего богатства, бесцельно кидающие свое время на рулетку жизни, даже не надеясь выиграть, а просто наблюдая, как еще один день или месяц их жизни закончился. Они не знают, что такое время своей жизни, своей любви и своей радости. Им неведомы слова: «Всему свой час, и время всякому делу под небесами: Время родиться и время умирать. Время хранить и время тратить».

Им незнакомо состояние, при котором одна лишь мысль о жизни проникает до мозга костей, возводит в квадрат бытие, становится всепоглощающей… и недосягаемой.

Они живут так, как будто будут жить вечно, и умирают, как будто никогда не жили. Они не ценят настоящего и ведут себя, как беспечные транзитные пассажиры, не знающие конечного пункта своего путешествия.

-Помнишь фильм «Ирония судьбы»?- вдруг спросил он.

-Конечно

-Там есть замечательное стихотворение: «С любимыми не расставайтесь»

-Помню, очень трогательные стихи.

-А знаешь, историю создания? На самом деле стихотворение называется «Баллада о прокуренном вагоне». Поэт должен был уехать и взял билет на поезд, но никак не мог расстаться с любимой. Тогда он сдал билет и отправился в путь через несколько дней, которые они вдвоем заполнили любовью и нежностью, не отпуская друг друга ни на минуту. А пропущенный поезд попал в катастрофу и очень много людей пострадало. Друзья считали поэта погибшим, а он, уже в пути, узнав о страшной катастрофе, написал эти потрясающие строки:

С любимыми не расставайтесь!

С любимыми не расставайтесь!

С любимыми не расставайтесь!

Всей кровью прорастайте в них,-

И каждый раз навек прощайтесь!

И каждый раз навек прощайтесь!

И каждый раз навек прощайтесь!

Когда уходите на миг!

- Я ни на минуту не хочу расставаться с тобой, - воскликнула Она.

- А мы почти и не расстаемся. И это тоже чудо, - улыбнулся Он в ответ.

- Создатель подарил мне тебя, он же скоро меня и отнимет, – продолжила Она про себя, - Милый мой, сможешь ли ты пережить это, когда будешь без меня? Она задумалась…

Только беззаветно любящая женщина, находясь на грани жизни и смерти, может думать не о себе, а о любимом, и искренне переживать за него. Она понимала, какую боль причинит ему ее смерть. Выдержит ли Он это? В нем, во взрослом человеке, столько юношеского, почти мальчишеского: нежность, чувственность, искренность, спрятанная за внешним спокойствием. Она разбудила в нем бурлящий поток, взломала застывшую и могучую реку любви.

Нева, словно поняв ее мысли, легкими касаниями поглаживала набережную, на которой они стояли. Биение речного пульса ощущалось, успокаивало и отвлекало от нерадостных размышлений.

-Я немного замерзла, - сказала Она.

-Я знаю неподалеку бар с видом на Неву и городские крыши, там отлично готовят глинтвейн. Мне кажется, это то, что тебе нужно.

Он внимательно посмотрел на нее. Никогда не видел Он женщины красивее и желаннее, а сейчас своими чудными и выразительными глазами, в которых угадывались страх и боль, Она напомнила ему прелестную лань, столь же грациозную, сколь и беззащитную.

-Милый, ты очень нужен мне, да я уже и не могу без тебя! — ее слова вырвались наружу и долго звучали счастливым эхом в его сердце. И снова Он не уловил в ее голосе ни ноты отчаяния. Разве можно было винить его в этом, ведь Она дала обет молчания и прикладывала все силы, чтобы Он ничего не почувствовал, не понял и не узнал?

В баре было пусто, приглушенно звучала музыка. Официантка зажгла свечу на их столике, принесла глинтвейн и тихо удалилась, оставив их вдвоем.

Маленький слабый огонек отражался в окне, перемешивался с невской водой и терялся среди серых крыш, которые смачно пожирали его, оставляя видимым только тоненький стебелек свечи.

Ей было хорошо и уютно. Она наслаждалась присутствием своего мужчины и исходящим от него теплом, вновь согревшим ее, как и несколько дней назад, когда они только встретились.

Она была благодарна Создателю за эту встречу, за чувства, которых она никогда до этого не испытывала, и уже точно не испытает снова, за нежность, близкую к самопожертвованию, жаркие ласки, граничащие с безумием, волшебные сны, теплые слова и нежные письма, которыми Он осыпал ее.

«Ты всегда в моих мыслях! Моя нежность к тебе беспредельна, она побеждает время и расстояние, для нее не существует преград, она всегда готова согреть тебя и вознести на вершину блаженства. Я ОЧЕНЬ ТЕБЯ ……!». Он написал ей это перед самой встречей, и в ее глазах вскипали слезы, когда Она снова и снова перечитывая эти строчки.

Он ставил многоточие вместо слова «люблю», страшась измельчить, убить его смысл частым употреблением.

Незаметно наступил вечер. Серые крыши домов потемнели, тучи опустились на город, и он, словно декорация фантастического фильма, застыл в ожидании…

Умиротворение долго не покидало их. Даже поднимаясь в лифте к дверям ее квартиры, они продолжали слышать музыку, звучавшую в баре.

Он почувствовал, что Она очень устала и ей нужно поспать. И хрупкая нежность переборола желание. Он уложил ее в постель, укрыл, принес ароматный свежезаваренный чай, напоил им ее и долго-долго рассказывал какие то детские истории, легкие и забавные, специально приглушая голос, чтобы Она уснула. Он снова поразился ее сходству с ребенком. Ее чуть заметное дыхание становилось более ритмичным и спокойным.

Она уснула, тесно прижавшись к нему. Каждой клеточкой тела Он ощущал исходившее от нее тепло. К нежности вдруг примешалась необъяснимая, неведомо откуда взявшаяся тревога. Он явственно чувствовал ее. Так звери чувствуют наступающее стихийное бедствие. Он напрягал слух, сдерживая дыхание, но ничего не услышал. Было тихо, только стрелка будильника постукивала, отмеряя бесконечность. Тишина не успокоила, наоборот, стала давить, наступать на него.

Он встал и подошел к окну. По ночной улице, словно на экране немого кино, сновали машины и двигались редкие прохожие. Он медленно и тихо приоткрыл оконную створку, и впустил внутрь звуки, оживившие тишину комнаты. Где-то вдали загремел запоздавший трамвай, автомобиль просигналил зазевавшемуся пешеходу, город за окном словно вздохнул.

Он оглянулся. В рассеивающихся сумерках наступающего дня подошел к кровати и присел на краешек. Она спала крепко, но что-то было не так. Длинные ресницы тихонько подрагивали, в уголках ее чудных глаз притаились слезинки, выбившаяся прядь волос наполовину закрыла щеку. Опять комок подкатил к горлу, захлестнули и заспорили друг с другом чувства: нежность и тревога, умиление и страх.

Он снова прилег рядом, тихонько обнял ее, пытаясь своим телом прогнать тревогу.

Невесомое покрывало нежности окутало его и Он заснул. Сон был коротким и продлился не более получаса, но проснувшись, Он уже не испытывал тревоги. Осталась только нежность, тихая, легкая, никем невидимая. Он решил, что нужно уйти, вот так, тихо и незаметно, пока Она спит. На кухне Он отыскал бумагу для записей и вывел крупно на листочке:

«Доброго утра и светлого дня! Я очень тебя …!»

Она снова в больнице, но веселость врача не могла ее обмануть. Было заметно, что он озабочен.

-Нужно срочно сдать вот эти анализы. Пройди, пожалуйста, в процедурную, скажи, чтобы взяли кровь, потом – к рентгенологам за снимком. Я буду ждать тебя в кабинете.

Обычно Она не чувствовала уколов медицинской иглы, так много их было в последнее время. Но сегодня стальное жало непривычно больно впивалось в нее.

Что-то пошло не так, как всегда… Она чувствовала это так же, как животные чувствуют приближение охотника — шерстью, кожей, мышцами.

Врач был категоричен.

-Тебе нужно остаться в клинике. Сделаем еще процедуры и капельницы. Это один-два дня.

-Два дня!!! В ее положении этот срок равнозначен годам! Ее словно оглушили, и до палаты Она добиралась в забытьи. Придя, набрала уже ставший знакомым номер телефона.

-Да, все хорошо, правда. Просто очень хочу тебя видеть, милый. Но я такая страшная сегодня.

-Глупая, милая моя девочка. Неужели ты до сих пор не поняла, что для меня ты самая красивая, желанная и любимая? Я заболею, если не увижу тебя! Я засыпаю, произнося твое имя, а просыпаясь, вижу тебя. Что это? Не знаю. Я не хочу об этом думать. Мне просто очень хорошо с тобой! Что тебе привезти? Апельсины и кефир актуальны? Что тебе можно?

Не прошло и получаса, как Он стоял на пороге палаты, держа в руках настоящие лесные ландыши, благоухавшие так, что все оборачивались. В миниатюрных, тончайшего фарфора чашечках трогательно застыли крохотные капли воды.

Она долго смотрела на него, прижав цветы к губам. Ей удалось не расплакаться, лишь слезинка беззвучно скользнула с ресницы, промчалась по щеке и упала в прелестные цветы, тихо замерев рядом с другими каплями. Она ничем не отличалась от них, но сколько в ней было горечи и боли!!! В ней, в этой капельке, как в сверхновой звезде, сконцентрировалась чудовищное количество страдания. И только Она знала об этом.

-Милый, пойдем в парк. Мы там уже были.

-Да, я помню. Сирень, синички, небо, облака...

Не прошло и четверти часа, как ее снова позвали в палату. Он проводил ее и вернулся.

Без нее парк казался неуютным и молчаливым. Как по команде, все стихло разом, осталось лишь тяжелое дыхание старых деревьев. Он курил сигарету за сигаретой, снова и снова перебирая самые счастливые дни своей жизни. События, чувства и эмоции словно нанизывались на нитку, собираясь в мудреное ожерелье жизни.

Зазвонил телефон. Она сказала, что ждет его внутри.

Даже в больничной палате Она была прекрасна. Ни блеклая краска стен, ни казенные простыни со штампами не смогли испортить ее трогательную красоту.

-Я останусь здесь. До завтра. А завтра утром ты меня заберешь. Если можно - пораньше. Всего один день - и мы уедем за город.

Бесцеремонная уборщица, гремя длинной шваброй, лениво размазывала воду по полу. Но и она поняла, что лишняя здесь, и быстро удалилась, оставив их одних.

-Можно я посижу рядом? А ты немного поспи.

Он сел рядом, взял ее враз ослабевшую руку, и попытался прикосновениями успокоить ее. Похоже, ему это удалось. Она расслабилась, и потихоньку заснула.

Они снова вместе. Он смотрел на нее, и волны тепла и нежности захлестывали его изнутри, переполняя и неистово вырываясь наружу, исходя, как лучи солнечного света, проливаясь живительным теплом на Его женщину. Ему хотелось удерживать в ладонях сразу все клеточки ее тела, хотя его рук для этого было недостаточно. То, что Она крепко спала, не мешало их удивительному единению. Два дыхания слились в унисон, две души стали одним целым.

Вдруг Она вздрогнула, застонала, открыла глаза, еще не поняв, где находится, заметалась взглядом по больничному потолку. Увидев его, попыталась улыбнуться, но болезненная судорога свела лицо гримасой.

Он обнял ее, и, покрывая поцелуями, увидел страх в любимых глазах. Выбежал в коридор за помощью, наткнулся на медсестру, схватил за руку, потащил ее в палату. Сделали укол, чуть позже появился дежурный врач, посчитал пульс, посмотрел историю болезни, что-то спросил у медсестры, и, уходя, сказал: «Молодой человек, все хорошо. Она снова уснула. Приезжайте завтра».

Вслед за ним вышла медсестра и еще раз напомнила, чтобы Он долго не задерживался.

Он продолжал сидеть у ее кровати, смотря, как ночь затемняет ее лицо. Слабый свет молодого месяца поддерживал равновесие, и не давал ночи полностью поглотить двух людей, ставших такими близкими друг другу. Его рассеянный свет блуждал по ее прелестному лицу, каждый раз озаряя нервными всполохами ее тонкие черты. Она заснула… Она дышала глубоко и спокойно, и только тени от редких облаков быстро перебегали по палате.

Он встал, склонился к своей единственной Женщине, тихонько поцеловал, повторяя про себя удивительный стишок про эльфов, который узнал от нее.

Близилось утро следующего дня…

Он мчался по кольцевой автомобильной дороге, еще не зная, что этой ночью его любимой не стало. Она умирала тяжело, постоянно теряя сознание от боли, то проваливаясь в бездонный колодец смерти, то вновь выбираясь на поверхность бытия.

Она верила, что жила полной жизнью эти семь недолгих дней! В любви и счастье Она дарила и получала, приносила и отдавала радость любимому человеку. Она была одной из немногих, получивших ответ на вечный вопрос о том, что такое счастье. Только вот плата за разгадку была слишком высока.

Чуть-чуть Она не дожила до рассвета, того момента, когда темноту сменяет сияние солнца, ночь уходит в небытие и полностью растворяется в грядущем дне, свет побеждает тьму, добро побеждает зло, и только эти истины кажутся единственно верными.

Он засмотрелся на кучевые облака, те самые, которые они так любили разглядывать вместе. Подсвеченные розовым золотом начинающегося дня, они по-прежнему плыли навстречу очередному майскому дню, гордо неся свои призрачные паруса.

Засмотревшись на это чудо, Он не заметил вывернувшую сбоку фуру, водитель которой вторые сутки крутил руль и уже не понимал, где находится.

Легковушка, задетая левым бортом грузовика, взлетела, проделала в воздухе невероятный кульбит, и рухнула за дорожным ограждением. Медленно поднимаясь в покореженной страшным ударом машине, Он парил над землей, и там, в бездонной вышине неба видел свою возлюбленную, уже ждавшую его, чтобы соединиться навеки.

Семидневное чудо закончилось...

Они снова были вместе. Уже навсегда…

© Copyright: Андрей Михайлов 1, 2013

Свидетельство о публикации №213032800084

«Человек формируется всей жизнью. Двор, детский сад, школа, пионерский отряд, комсомол… Но никакая нянька, воспитательница, учительница, вожатая или классная руководительница не обладает материнской силой воздействия на строящуюся душу».

Юрий Нагибин

(По материалам журнала «Справочник старшего воспитателя ДОУ» №6, июнь 2016 г. стр.42)

Источник: Интернет ресурсы http://dou24.ru/194/index.php/35-2011-02-01-05-56-39/2015-12-29-17-12-10/235-nashi-uvlecheniya-rodom-iz-detstva

Дошкольный возраст в воспоминаниях взрослых – счастливая пора. События, происходящие в этот период овеяны волшебством и теплотой. Многие события этого периода оставляют глубокий след, формируют предпочтения и привязанности к явлениям и лицам, которые с ними связаны. Мы испытываем чувство глубокой благодарности к людям, благодаря которым сохраняется в памяти ощущение безграничного детского счастья.

Корни всех наших последующих поступков, взаимоотношений с людьми, выбора профессии или просто любимых занятий и интересов лежат именно в этом периоде и неразрывно связаны прежде всего с родителями.

Родители формируют у ребёнка нравственные ценности, навыки общения, закладывают предпосылки содержательного отдыха и социально ценного времяпрепровождения, тем самым намеренно или подспудно предопределяют его жизнь.

Справедливость этих утверждений доказывают жизненные примеры. Благодаря биографическим и автобиографическим очеркам, мемуарам деятелей культуры и науки можно не только обнаружить связь детских впечатлений с зарождением досуговых и профессиональных интересов, но и оценить степень влияния ребёнка совместного родительского досуга.

История достижений многих выдающихся людей ведёт начало от детских впечатлений. Некоторые из них отмечали, что свои способности они развивали благодаря той среде, в которой выросли.

Немецкий композитор Иоганн Себастьян Бах вспоминает, что с раннего детства «слушал, затаив дыхание», как играют на музыкальных инструментах его отец и старший брат. Заметив это, отец стал заниматься его музыкальным образованием, «отрывая эти часы от служебных обязанностей и служебных хлопот».

Детство немецкого поэта, государственного деятеля и философа Иоганна Вольфганга фон Гете проходило в среде, которая способствовала развитию его способностей. Его дедушка создал за городом сад, в котором мальчик любил проводить время, наслаждаться красотой природы и помогать по хозяйству, причём лучшим временем для него был период сбора урожая. У отца Гете была богатая библиотека, которую он очень ценил и приучал членов семьи к чтению. Мама, музыкально и художественно образованная, развивала фантазию детей, рассказывая им сказки и предлагая придумать окончание. Она играла с детьми на музыкальных инструментах. Бабушкина комната тоже располагала к играм. Бабушка подарила внукам кукольный театр с настоящими куклами, тем самым вызвала у них интерес к сочинению пьес и организации настоящих кукольных представлений для зрителей.

В воспоминаниях о детстве русский писатель Николай Васильевич Гоголь отмечал, что писательство пришло к нему от отца: «До головокружения слушал пение бродячих музыкантов… Ах, сколько фантастических сюжетов родилось тогда в юной голове, если б записать!.. Желание, даже жажда, записывать собственные мысли, чувства и фантазии родится позже. Жажда вырастет из подражания отцу. Мой отец писал комедии для домашнего театра».

Теплота детских воспоминаний писателя и мыслителя Льва Николаевича Толстого связана с минутами общения с отцом: «Помню, как он приходил к нам вниз и рисовал нам картинки, которые казались нам верхом совершенства. Помню, как он заставил меня прочесть ему полюбившиеся стихи Пушкина… он, прослушав меня, как-то значительно переглянулся с бывшим тут Языковым. Я понял, что он что-то хорошее видит в этом моём чтении, и был счастлив этим… Помню его весёлые шутки и рассказы за обедом и ужином… Помню ещё поездки в город и тот удивительно красивый вид, который он имел, когда одевался в сюртук и узкие панталоны».

Из воспоминаний русского писателя Константина Георгиевича Паустовского мы узнаем, что на его литературное мировоззрение повлияла книга, которую он в семилетнем возрасте получил в подарок на Рождество от мамы. Эта книга – сказки Ханса Кристиана Андерсена – заворожила мальчика: «Это я понял гораздо позже, понял, что мне просто повезло, когда в канун трудного и великого двадцатого века встретился милый чудак и поэт Андерсен и научил меня светлой вере в победу солнца над мраком и доброго человеческого сердца над злом».

Только благодаря тому, как проходило детство писателя и скульптора Евгения Ивановича

Чарушина, в нем выросло и укрепилось желание рисовать и писать о природе. Мама художника было садоводом-любителем и, привлекая его к своим занятиям в саду, передала ему любовь ко всему живому. Отец, часто отправляясь по служебным делам, брал сына в поездки. «И восход солнца, и туманы утренние, и как лес просыпается, как птицы запевают, как колёса хрустят по белому мху, как полозья свистят на морозе – всё это я с детства полюбил и пережил».

Впоследствии Евгений Иванович писал: «Я очень благодарен моим родным за моё детство, потому что все впечатления его остались для меня и сейчас наиболее сильными, интересными и замечательными».

В своих детских воспоминаниях театральный режиссер, писатель и педагог Наталья Ильинична Сац пишет о зарождении увлечения музыкой и о роли родителей в этом процессе. «Выдумывать новые игры, сказки было в нашем доме так же естественно, как дышать. Главный выдумщик был папа – он зажигал веру в свои силы и у нас с Ниной… Как-то мы с ней сочинили для папы «баюкательную» песню… Скоро эти полуигры переросли в занятия теорией музыки и сольфеджио».

Изучая биографии и мемуары деятелей науки и искусства, мы видим, что увлечения у детей можно культивировать ненасильственно, создавая среду, порождающую яркие впечатления. Ребёнка следует вовлекать в различные события, обогащая его жизненный опыт и взаимодействуя с ним во время досуга. На благоприятном эмоциональном фоне увлечение может вырасти в нечто большее, стать делом всей жизни.

Дата добавления: 2017-01-14; Просмотров: 58; Нарушение авторских прав?; Мы поможем в написании вашей работы!