Советский государственный аппарат и номенклатура. Феномен советской бюрократии 1 страница

В предыдущих параграфах, рассматривая особенности станов­ления и эволюции советской государственности, мы указывали на ряд факторов, свидетельствующих о все более усиливавшемся процессе бюрократизации советского государственного аппарата. Проблема эта занимала многих: как случилось, что большевики, шедшие к власти под лозунгом «антибюрократической револю­ции», оказавшись у власти, породили еще более разветвленную, никем и ничем не контролируемую советскую бюрократию.

Известно, что в своей критике старого строя Ленин и его партия одним из главных пороков старых общественных поряд­ков считали господство бюрократических методов управления об­ществом, отчуждение основных масс населения от участия во власти и обещали преодолеть ненавистный им бюрократизм. В качестве средства преодоления господства бюрократии предла­гался переход власти к народу, установление непосредственной демократии, прямого правления трудящихся, соединяющего в од­них руках законодательные, исполнительные и контрольные функции. Понимая, что государство не может обойтись без чи­новников, Ленин, тем не менее, считал, что социализм как но­вый общественный строй позволит победить бюрократизм. Для этого необходимо было, по его мысли, провести в жизнь четыре основных принципа: 1) выборность всех должностных лиц, а не назначение их сверху; 2) сменяемость и возможность отзыва лю­бого чиновника из органа власти; 3) строго ограниченное время нахождения на выборной должности («управление всех по очере­ди»); 4) установление заработной платы чиновникам не выше, чем у хорошего рабочего.

Однако реальная жизнь оказалась сложнее теоретических ус­тановок. На практике бюрократизация государственного управле­ния не только не уменьшилась при новой власти, но, напротив, еще больше усилилась. За первые три года численность совет-

346 Раздел V. Особенности советской государственности

ского управленческого аппарата увеличилась в пять раз. За 1918 г. только численность Наркомата земледелия выросла в 53 раза, а в системе Моссовета работало в это время 200 тыс. служащих (для сравнения во всей дореволюционной России в 1897 г. было 436 тыс. чиновников).

Одной из причин такого положения вещей, по мнению вож­дя большевистской партии, являлся низкий уровень культуры на­рода и его революционного авангарда — российского пролетариа­та. В своем подавляющем большинстве народные массы не были готовы к управлению государством и контролю над бюрократией. Большевики вынуждены были уже вскоре после взятия власти признать этот факт. Ленин делает вывод о том, что Советы, не став вопреки ожиданиям «властью трудящихся», еще продолжи­тельное время будут оставаться «властью для трудящихся» через передовой слой пролетариата. В этом Ленин видел опасность бюрократизации аппарата Советской власти, угрозу ее отрыва от трудящихся.

В условиях отсутствия собственных управленческих кадров новая власть вынуждена была обратиться за помощью к «ста­рым» специалистам, бывшим служащим прежнего государствен­ного аппарата. Весной 1918 г. Ленин публично призвал партию создать все необходимые условия для привлечения к сотрудниче­ству с новой властью буржуазных специалистов, старых «спецов». Было пересмотрено одно из главных положений «Апрельских те­зисов» о равной оплате труда рабочего и чиновника: высокое жа­лование, выплачиваемое привлекаемым старым специалистам, рассматривалось Лениным как своеобразная дань «за нашу собст­венную отсталость»¹.

По подсчетам специалистов в первые годы советской власти чиновники прежних министерств и ведомств составляли значи­тельную часть советского государственного аппарата: в 1918 г. в Наркомземе работало 58,8% «старых» служащих; в Наркомздра-ве — 60,9%; в Наркомате по морским делам — 72,4%. Даже в та­ком серьезном учреждении, как НКВД, штат был укомплектован почти наполовину из «старых» специалистов, а в ревтрибунале ВЦИК их было 36,8%². В то же время руководители наркоматов и ведомств подбирались преимущественно из числа партийных и профсоюзных кадров.

Широкое привлечение старых специалистов и служащих ста­вило в повестку дня установление строгого «классового» контро­ля за их деятельностью. Служащие проходили предварительное собеседование и проверку на лояльность советской власти.

¹ Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 36. С. 181.

История государственного управления в России: учеб./под общ. ред. Р. Г. Пихои. С. 251.

Глава 14. Становление советской государственности 347

В действующей Красной Армии, где на 1 января 1919 г. служило примерно 165 тыс. бывших офицеров царской армии, для надзо­ра за командными кадрами был учрежден институт военных ко­миссаров.

Одновременно принимались меры по подготовке собственных специалистов-управленцев (так называемых «красных спецов»), что в свою очередь требовало повышения общего культурного уровня и грамотности населения. Эту задачу взяла на себя соз­данная декретом Совнаркома РСФСР от 19 июня 1920 г. Всерос­сийская чрезвычайная комиссия по ликвидации неграмотности, в работе которой принимали участие представители ЦК партии, ЦК комсомола, ВЦСПС, Политуправления Красной Армии и др. Создавались местные губернские, уездные и волостные чрезвы­чайные комиссии по ликвидации неграмотности, носившие на­звание «грамчека». Другим источником пополнения советского аппарата управления служила Красная Армия, традиционно от­личавшаяся более просвещенным и грамотным по отношению к основной массе населения составом.

Однако все это не только не решало, но еще больше ослож­няло проблему борьбы с бюрократизацией советского государст­венного аппарата. Новые кадры управленцев не обладали глубо­кими профессиональными знаниями и опытом управленческой работы. В этой ситуации власти пытались, как справедливо от­мечают авторы учебника «История государственного управления в России», компенсировать недостаточную квалификацию госу­дарственного управленческого аппарата его численностью. В ито­ге уже к концу 1927 г. советский государственный аппарат раз­росся до 3,7 млн человек, из них только в системе администра­тивного управления работали 2 млн служащих¹.

В своих последних работах («Как нам реорганизовать Раб-крин», «Лучше меньше, да лучше» и др.) Ленин придавал боль­шое значение борьбе с разраставшимся государственным аппара­том, бюрократизмом и волокитой в советских органах власти, равно как и с произволом советских и партийных чиновников. Предлагаются самые жесткие меры, включая крупномасштабные чистки партии. «Я очень надеюсь, — пишет Ленин, — что мы вы­гоним из нашей партии от 100 до 200 тысяч коммунистов, кото­рые примазались к партии и которые не только не умеют бо­роться с волокитою и взяткой, но мешают с ними бороться»². В письме к председателю ВСНХ П. А. Богданову Ленин выска­зывается еще резче, предлагая впредь за волокиту и попуститель­ство бюрократизму «сажать за это профсоюзную и коммуниста -

История государственного управления в России: учеб./под общ. ред. Р. Г. Пихои. С. 268.

² Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 44. С. 171.

348 Раздел V. Особенности советской государственности

ческую сволочь в тюрьму беспощадно»¹. Выход из создавшегося положения лидер правящей партии видит в усилении органов го­сударственного и партийного контроля. В 1923 г. по его предло­жению путем объединения Наркомата РКИ с Центральной кон­трольной комиссией (ЦКК) партии был создан объединенный орган партийного и государственного контроля ЦКК—НК РКИ, одной из задач которого стало совершенствование государствен­ного аппарата.

Проблема, однако, заключалась не только в отсутствии надле­жащего контроля за бюрократическим аппаратом и культурной отсталости масс. Основную причину роста бюрократизма и про­извола власти следует искать в другом: в методах управления об­ществом и, шире, в самом характере нового общественно-поли­тического строя с его жестко централизованным хозяйством на базе огосударствленной собственности, что изначально ставило общество в тотальную зависимость от государства, создавая бла­гоприятные условия для всевластия бюрократии. Проводившаяся в годы Гражданской войны политика «военного коммунизма», построенная на господстве командно-административных методов управления, привела к еще большему росту управленческого ап­парата, так как упразднение механизма рыночных отношений потребовало введения всеобщего учета и контроля за производст­вом и распределением продуктов и товаров. Положение могло быть исправлено в период нэпа, с характерным для него преоб­ладанием экономических методов над административными. Одна­ко нэп оказался неудобным для правящей коммунистической партии, поскольку ставил под сомнение необходимость ее суще­ствования. Как показали дальнейшие события, нэп вопреки на­деждам Ленина был введен не «всерьез» и не «надолго» и в кон­це 20-х гг. был успешно отправлен Сталиным в корзину истории.

Особенностью советского государственного строя была нераз-деленность партийной и советской власти, приведшая к посте­пенному сращиванию государственного и партийного аппарата, что позволяет говорить о формировании в рассматриваемый пе­риод особого класса партийно-политической бюрократии, превра­щавшегося в силу его особой роли в управлении обществом в замкнутый привилегированный слой, получивший название со­ветской номенклатуры. Его основу составляла коммунистическая партия, совершившая революцию, и даже не она в целом, а уз­кий круг профессиональной партийной бюрократии. Именно он, в конечном счете, контролировал работу всего государственного аппарата управления, обладал монопольным правом распределе­ния номенклатурных должностей от руководителей центральных ведомств до директоров предприятий и их заместителей.

¹ Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 44. С. 88—89.

Глава 14. Становление советской государственности 349

Сам термин «номенклатура», буквально означавший перечень имен или наименований, приобретал сугубо политическое значе­ние и использовался для обозначения перечня наиболее важных должностей в государственном аппарате и в общественных орга­низациях, кандидатуры на которые предварительно рассматрива­лись, рекомендовались и отзывались вышестоящими партийными или государственными органами. Первоначально существовало два списка номенклатурных должностей. Первый из них (номенк­латура № 1) включал ответственных работников, утверждавшихся только Политбюро или Оргбюро ЦК партии. В нем числи­лись 3500 человек. Номенклатурные работники второго списка (номенклатура № 2) находились в ведении Учетно-распредели-тельного отдела ЦК и утверждались на должность с санкции од­ного из секретарей ЦК. В этом списке было 1500 человек. На­званные списки были впервые составлены в ноябре 1923 г. в со­ответствии с постановлением Оргбюро ЦК РКП(б) о порядке подбора и расстановки кадров на ответственные государственные и партийные посты. В 1925 г. к ним добавился третий список ведомственной номенклатуры (номенклатура № 3), которая фор­мировалась самими центральными учреждениями и ведомствами и согласовывалась с Орграспредотделом ЦК партии.

Контрольные вопросы и задания

1. Почему, на ваш взгляд, В. И. Ленин и большевики предпочли
узкоклассовые Советы западным формам парламентской республи­
ки? Была ли у большевиков четкая программа социально-экономиче­
ской модернизации России после прихода их к власти?

2. Опишите структуру власти и управления, закрепленную пер­
вой советской Конституцией.

3. Каковы, на ваш взгляд, причины и последствия складывания
однопартийного государства в Советской России?

4. Можно ли считать новую экономическую политику больше­виков (нэп) реальной альтернативой складывавшейся администра­
тивно-командной системы управления?

5. В чем, по вашему мнению, заключались основные причины
крушения нэпа?

6. Дайте характеристику основных особенностей «советского
федерализма» и назовите предпосылки складывания унитарной
структуры государства в СССР.

7. В чем состояли особенности формирования советского госу­дарственного аппарата и номенклатурного принципа в подборе
и расстановке руководящих кадров?

Рекомендуемая литература

1. История государственного управления в России: учеб./под общ. ред. Р. Г. Пихои. М, 2003.

350 Раздел V. Особенности советской государственности

2. История государственного управления в России (X—XXI вв.): хрестома­
тия/под общ. ред. Р. Г. Пихои. М., 2003.

3. История государственного управления России: учеб./отв. ред. В. Г. Игна­
тов. Ростов н/Д., 2002.

4. Верт Н. История советского государства. 1900—1991. М., 1992.

5. Восленский М. Номенклатура. Господствующий класс Советского Союза.
М., 1991.

6. Государственная власть СССР. Высшие органы власти и управления и их
руководители. 1923—1991. Историко-биографический справочник/авт. и сост.
В. И. Ивкин. М„ 1999.

7. Исаев И. А. История государства и права России. М., 1994.

8. Карр Э. История Советской России: большевистская револю­
ция 1917-1923 гг.: в 2 т. М., 1990. Т 1.

9. Коржихина Н. П. Советское государство и его институты. М., 1994.

10. Леонов С. Б. Рождение советской империи. Государство и идеология.
1917-1922. М., 1997.

11. Новиков М. Н. Исторический опыт НЭПа: идеи и реальности. М., 1997.

12. Омельченко Н. А. В поисках России: общественно-политическая мысль
русского зарубежья о революции 1917 г., большевизме и будущих судьбах россий­
ской государственности. СПб., 1996.

13. Павлюченков С. А. Крестьянский Брест, или предыстория большевистско­
го нэпа. М., 1996.

14. Протасов Л. Г. Всероссийское Учредительное собрание. История рожде­
ния и гибели. М., 1997.

15.Советское общество: возникновение, развитие, исторический финал/под
ред. Ю. Н. Афанасьева. М., 1997.

16. Такер Р. Сталин: путь к власти. 1879—1929. История и личность/пер,
с англ. М., 1990.

Глава 15. ЭВОЛЮЦИЯ АДМИНИСТРАТИВНО -КОМАНДНОЙ

СИСТЕМЫ ГОСУДАРСТВЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ В СССР

(1929 - НАЧАЛО 1950-х it.)

♦ Политический переворот 1929 г. Переход от авторитарной
(нэповской) к тоталитарной модели управления обществом.

♦ Конституция 1936 г. и реорганизация системы государствен­
ного управления на принципах командно-бюрократического
централизма.

♦ Характер власти и управленческих структур в годы Великой
Отечественной войны.

♦ Особенности и противоречия государственного управления
в послевоенный период. Персонификация центра политических
решений в лице Сталина.

Политический переворот 1929 г. Переход от авторитарной (нэповской) к тоталитарной модели управления обществом

Как и большинство реформ, проводимых в России, предпри­нятая большевистской властью в начале 1920-х гг. в рамках нэпа экономическая реформа оказалась незавершенной. В конце 920-х гг. в результате сложной политико-идеологической борьбы среди партийных лидеров победила линия на свертывание нэпа, который оказался ненужным в условиях крепнувшей администра­тивно-командной системы управления. Эту линию отстаивал Сталин, сумевший благодаря умелой аппаратной игре укрепить свои позиции в высших эшелонах партийной элиты и потеснить других не менее известных «наследников» Ленина, боровшихся за власть.

Сталину удалось использовать в своих целях нараставшее в широких массах недовольство нэпом, вызванное ростом част­нособственнической стихии в условиях перехода к рынку, укреп­лением позиций новой советской буржуазии («нэпманов» или «совбуров»), господством частника в торговле. В ходе развернув­шихся в партии дискуссий по вопросу об источниках накопления для решения вставшей по окончании восстановительного перио­да проблемы развития промышленности и проведения модерни­зации была отвергнута позиция Н. И. Бухарина, который отстаи­вал необходимость продолжения нэпа в целях сохранения союза с крестьянством. Этой позиции Сталин противопоставил нахо­дившую поддержку в массах и в партии установку на быстрое построение социализма в одной стране, которое должно было сопровождаться вытеснением частного капитала из всех отраслей народного хозяйства и переходом к уравнительному распределе­нию. В связи с отсутствием необходимых средств для проведения

352 Раздел V. Особенности советской государственности

модернизации предлагалось сконцентрировать все финансовые и материальные ресурсы в руках государства, провести с его по­мощью ускоренную индустриализацию, одновременно перестраи­вая для ее нужд сельское хозяйство в сторону создания высоко­товарных коллективных хозяйств (коллективизация).

Осенью 1927 г. для ликвидации возникшего хлебозагототови-тельного кризиса впервые после длительного перерыва были ис­пользованы чрезвычайные меры по отношению к крестьянству: в деревню для изъятия хлеба у крестьян были отправле­ны 30 тыс. членов партии, местным партийным работникам раз­решалось применять к крестьянам, не сдающим хлеб, меры уго­ловного воздействия. Несмотря на заявления Сталина о времен­ном характере принятых мер, эта акция повторилась в следующем году, что свидетельствовало о победе политики от­каза от нэпа. Состоявшийся в апреле 1929 г. пленум ЦК ВКП(б) поддержал сталинскую популистскую программу «наступления социализма по всему фронту» и ускоренного превращения стра­ны в передовую промышленную державу.

Анализируя отмеченные изменения в политике высшего пар­тийного руководства, некоторые исследователи справедливо счи­тают, что в конце 20-х гг. Сталиным по существу был произведен политический переворот. По крайней мере, можно назвать три важных фактора, подтверждающие этот вывод:

1) отказ сталинской верхушки от проводимой до этого времени
экономической политики (свертывание нэпа), что неизбежно ме­няло и политические приоритеты правящей партии;

2) смена руководства страны и последовавшее затем уничтоже­ние Сталиным старых партийных кадров (в 1927 г. по обвинениюв организации контрдемонстрации в связи с празднованием 10-ле­тия Октябрьской революции из партии были исключены Л. Д. Троцкий, Л. Б. Каменев и Г. Е. Зиновьев, в 1929 г. был снят
с поста редактора «Правды», а затем выведен из состава Полит­ бюро Н. И. Бухарин, недавний союзник Сталина в борьбе с «но­вой оппозицией», в том же году из страны был выдворен Троц­кий, наконец, был снят с поста председателя Совнаркома и заме­
нен В. М. Молотовым сторонник Н. И. Бухарина А. И. Рыков);

3) поворот к практике репрессий, который был начат уже
в 1928 г. широкой кампанией борьбы против «вредительства»
и завершился физическим уничтожением всех находившихся
в оппозиции к Сталину крупных партийных лидеров во второй
половине 30-х гг.

Одной из основных причин неудачи нэповской альтернативы было то, что экономическая реформа в годы нэпа не сопровож­далась глубоким реформированием, демократизацией советской политической системы. Экономический плюрализм не был до­полнен политическим плюрализмом и вопреки логике сопровож-

Глава 15. Эволюция системы управления в СССР (1929 - начало 1950-х гг.) 353

дался ужесточением политического и экономического режима, усилением власти правящей партии, продолжавшей занимать мо­нопольное положение в политической системе общества. Иначе и не могло быть в условиях нового общественно-политического строя, особенностью которого было изначальное преобладание по­литики над экономикой. В этом смысле возможности и перспек­тивы нэпа в рамках большевистской доктрины с самого начала были ограничены. Можно сказать, что нововведения нэпа с час­тичным допущением частных предприятий и свободы торговли являлись в конечном счете лишь средством сохранения власти коммунистической партии.

Введение нэпа скорее было вынужденной уступкой, нежели результатом пересмотра партией политико-иделогических основ учения: они оставались прежними — диктатура пролетариата, ру­ководящая роль партии и т. п. Из-за боязни своего, «почвенно­го» капитализма в отличие от иностранного власть сохранила не­зыблемым основной принцип своей политики — национализацию земли, крупной промышленности и внешней торговли. И Ленин, временно одержавший победу «над собственной партией и ее глупостью» и повернувший ее от радикального штурма капита­лизма к реформам, и Бухарин, фанатично защищавший нэп сна­чала в полемике с «левыми» в партии, а затем в борьбе со Ста­линым, в любом случае оставались последовательными револю­ционерами и «ортодоксальными» марксистами. Конечной целью их программы была ликвидация частной собственности и уста­новление безрыночного социализма (споры шли только о темпах и методах этого перехода), что позволяет говорить о доктриналь-ных истоках бесперспективности нэпа.

По утвердившейся в литературе последних лет точке зрения политический режим, сложившийся в период нэпа, носил авто­ритарный характер со всеми присущими авторитаризму чертами: централизацией власти, ограничением роли представительных ор­ганов власти, командными методами руководства, усилением ре­жима личной власти, эволюционировавшего к концу 1920-х гг. в режим личной диктатуры Сталина. В годы нэпа практически ничего не изменилось во взаимоотношениях партии и государст­ва: Советы по-прежнему являлись простыми исполнителями пар­тийных решений. В условиях полного господства правящей пар­тии в стране отсутствовала политическая оппозиция, что ставило партийное и советское руководство вне критики и лишало власть возможности выработки и принятия эффективных полити­ко-управленческих решений, основанных на учете различных, в том числе альтернативных точек зрения и интересов.

Параллельно с допущением экономического плюрализма ак­тивно насаждалось идеологическое единомыслие, не признавав­шее возможности сосуществования различных мировоззренческих

354 Раздел V. Особенности советской государственности

установок и придававшее коммунистической идеологии, выража­ясь словами Н. А. Бердяева, «эксклюзивный» характер. Упразд­нялась свобода слова и печати. В июне 1922 г. был образован специальный цензурный орган — Главлит (Главное управление по делам литературы и издательств), получивший право предвари­тельного просмотра всех предназначенных для печати материалов и запрета на выпуск неугодной властям печатной продукции. В том же году была подготовлена и осуществлена беспрецедент­ная акция по высылке из страны 160 «инакомыслящих» россий­ских ученых и философов, среди которых были Н. А. Бердяев, С. Н. Булгаков, С. Л. Франк, Н. О. Лосский, И. А. Иль­ин, Л. П. Карсавин, А. А. Кизеветтер, Б. П. Вышеслав­цев, П. А. Сорокин и др.

Была усилена роль репрессивных органов (ГПУ, ОГПУ), ста­новившихся послушными орудиями сталинских массовых расправ с неугодными, что на долгие годы воспитало у советских людей страх перед Лубянкой. Летом 1922 г. состоялся «показательный» процесс над партией эсеров. Суд приговорил в разное время аре­стованных ВЧК и обвиненных в контрреволюционной деятельно­сти и пособничестве белогвардейцам 12 видных деятелей партии социалистов-революционеров к смертной казни. Приведение приговора в исполнение было отложено, а затем заменено ссыл­кой в связи с протестами мировой общественности. Одновремен­но в ЦК РКП(б) была разработана секретная директива «О ме­рах борьбы с меньшевиками», положившая начало широкой кам­пании по дискредитации меньшевистской партии и устранения ее с политической арены. Расправа над эсерами и начавшийся после проведенной большевиками кампании по «разоблачению» меньшевизма распад меньшевистской партии привели к оконча­тельному утверждению в стране однопартийной политической сис­темы. В самой большевистской партии наблюдался процесс центра­лизации власти, постепенно превращавший ее в олигархическую организацию. Во многом этому способствовало принятие в 1921 г. X съездом РКП (б) одновременно с резолюцией о заме­не продразверстки продналогом секретной резолюции «О единст­ве партии». Она запрещала создание в партии фракций и групп, отстаивавших свои точки зрения, которые отличались от гене­ральной линии партийного руководства. Независимо от мотивов, которыми руководствовался Ленин, предлагая эту резолюцию, она позволяла партийной верхушке пресекать всякие попытки критики проводимой ею политики, чем не преминул впоследст­вии воспользоваться Сталин в борьбе со своими политическими оппонентами. Опасность выхода из-под контроля партийного аппарата в результате им же инициированного запрещения фракций

Глава 15. Эволюция системы управления в СССР (1929 - начало 1950-х гг.) 355

в партии осознавал в конце жизни и сам Ленин, настаивавший в своих последних письмах на создании особой системы контро­ля в партии, реорганизации РКИ в орган партийно-государствен­ного контроля, расширении внутрипартийной демократии и даже замене Сталина на посту Генерального секретаря ЦК РКП (б). Однако эти меры не решали проблему при отсутствии подлинно­го демократического контроля в стране, многопартийности, сво­боды печати. Таким образом, в конце 1920-х гг. в результате отказа верхов правящей партии от нэпа советское общество вступило в новый период политического и экономического развития, итогом кото­рого явились командно-бюрократическая система и тоталитарный политический режим 1930—40-х гг. Говоря о тоталитарном характере сталинского политического режима и признавая условность этого понятия, мы исходим здесь из представления, согласно которому тоталитарным госу­дарство считается отнюдь не тогда, когда ликвидируется частная собственность и упраздняется рынок, как это принято было счи­тать. Такой строй правильнее называть деспотизмом. Тоталитар­ным государство становится тогда, когда устанавливается господ­ство идеологии, когда доктрина господствует над жизнью и бес­пощадно подавляет все ее проявления. Деспотизм сам по себе банален, его методы — примитивная диктатура во имя сохране­ния власти. Когда же деспотизм осуществляется во имя идеоло­гии, это придает ему тоталитарный характер. Здесь власть ис­пользует репрессии не только и даже не столько как самоцель, сколько для того, чтобы создать новую модель общества, переде­лать саму природу человека. Именно в тоталитарной направленности теории и практики большевизма, в его стремлении насильственными методами соз­дать новое общество необходимо искать одну из главных причин установления тоталитарного режима в СССР. К этому следует до­бавить описанные нами ранее особенности российской полити­ческой культуры, связанные с определяющей ролью государства в жизни общества, низкой общей и правовой культурой народ­ных масс, стихийным монархизмом и склонностью к подчине­нию властям и «силе вещей», веками воспитываемых историей и государством. Не меньшее значение имели традиции самой большевистской партии, ее идеология и структура, равно как и догматизм большевиков, выразившийся в идеализации револю­ции и абсолютизации марксистской теории («диктатура теории», по характеристике М. А. Спиридоновой). К основным признакам тоталитарного режима обычно относят: — политический монизм (насильственное установление одно­партийной системы при одновременном уничтожении оппозиции внутри самой правящей партии);

356 Раздел V. Особенности советской государственностиунификацию всей общественной жизни и насаждение

ав­торитарного способа мышления; полное сращивание партийного и государственного аппа­
рата, превращение государства в орудие правящей партии («за­
хват государства партией»); построение системы всеохватывающих массовых общест­
венных организаций, с помощью которых партия обеспечивает
контроль над обществом; уничтожение гражданских свобод и использование массо­
вых репрессий; создание культа национального вождя. Конституция 1936 г. и реорганизация системы государственного управления на принципах командно-бюрократического централизма Отмеченные выше особенности развития советского государ­ственного строя, связанные с начавшимся в конце 1920-х гг. процессом формирования административно-командной системы управления и усилением тоталитарных тенденций, в полной мере проявились в 30-е гг., определив на многие десятилетия характер развития советского общества. Принятая VIII Чрезвычайным Всесоюзным съездом Советов (5 декабря 1936 г.) Конституция СССР объявила о завершении построения основ социализма, формировании единоукладной плановой экономики и утвержде­нии социалистической собственности как основы советского строя, разгроме кулачества и победе колхозного строя. Опираясь на произошедшие в советском обществе изменения, власть за­явила о своем намерении строить управление обществом на базе демократических (а не классовых) принципов, основываясь на положениях новой Конституции. Были отменены существовав­шие в первых советских конституциях ограничения в избиратель­ных правах, вводилось всеобщее, прямое и равное избирательное право, что, однако, не меняло существа дела в условиях сохране­ния однопартийной системы, не предполагавшей проведение аль­тернативных выборов.

Дата добавления: 2015-04-29; Просмотров: 2728; Нарушение авторских прав?; Мы поможем в написании вашей работы!