Был день, когда Господней правды молот Громил, дробил Ветхозаветный Храм, И собственным мечом своим заколот В нем издыхал первосвященник сам. 1 страница

⇐ Предыдущая 15 16 17 181920 21 22 23 Следующая ⇒

Идеология Корана — это идеология высочайшей нравственности, осуждающая паразитизм на чужом труде, растление людей средствами алкоголя и генным оружием иного вида, а также азартными играми, развратом. Коран осуждает любые виды насилия, кроме священной защиты своего рода, своего народа, Правды-Истины от враждебных посягательств. Нынешние представления о джихаде не имеют ничего общего с той священной войной за справедливость, о которой говорится в Коране. При этом Коран обязывает к просвещению тех, кто не знает Истины, а не к их уничтожению: «А если кто-нибудь из многобожников просил у тебя убежища, то приюти его, пока он не услышит слова Бога. Потом доставь его в безопасное для него место. Это потому, что они — люди, которые не знают» (сура 9:6).

Для того чтобы возбудить отрицательное отношение к Корану и мусульманам, придуманы многочисленные схемы блокирования истинного понимания Корана для русскоязычного читателя, при этом все начинается уже на стадии перевода. Не случайно Пушкин называл переводчиков «подставными лошадьми просвещения». В первых переводах Корана на различные языки арабское слово «Аллах» переводилось как Бог. Однако позже его умышленно стали оставлять в арабском звучании без перевода, создавая тем самым впечатление, что у мусульман речь идет не о едином для всех, а о каком-то их специфическом «боге» по имени «Аллах». Ведь если народами будет осмыслено, что Бог един, то возникнут сложности у тех финансовых кланов, которые во имя собственных интересов занимаются целенаправленным стравливанием народов по принципу «разделяй и властвуй».

Ведь именно они, подсунув каждому народу свою «куклу бога», организуют военные конфликты по всей планете (Чечня, Карабах, Афганистан, Ирак, Югославия и т. д.). Чтобы целостность Корана не была осмыслена, очередность сур изменена до неузнаваемости по отношению к той, в которой они были ниспосланы Мухаммеду. В общепринятом тексте они расположены в порядке убывания их объема. Сура 2 — самая длинная, третья — короче и так далее. В результате сура, ниспосланная первой, оказалась 96-й, вторая — 74-й, третья — 111-й. Попробуйте понять смысл даже художественного произведения из 114 глав, разбросанных в случайной последовательности, и уж тем более целостного мировоззренческого произведения. Коран, в отличие от Библии, ниспослан в форме, защищающей содержание от искажения. Весь текст имеет ритмику белого стиха, несет неподражаемую стилистику и поэтику: незаметно даже слова не выбросишь. Библию же многократно переписывают целыми главами, а все ее письменные источники, датированные до Никейского собора, отсутствуют.

По прочтении Корана становится понятно, что все несуразности исторического ислама связаны с его отходом от коранических истин. А все, что происходило в Чечне, от начала до конца в корне противоречит кораническому учению. Все корни экстремизма уходят не в религию и уж тем более не в Коран, а в грубую политику, попирающую Коран и замешанную на кровавых прибылях и разбое. О том, что такое имеет место в мусульманском мире, мусульман и остальных людей предупреждал еще аятолла Хомейни — лидер антишахской революции в Иране: «Себялюбцы и деспотические правители использовали священную книгу (Коран) для антикоранических властей. Под разными предлогами и путем заранее спланированных заговоров они убрали истинных толкователей Корана, тех, кто познакомился с истиной, почерпнутой в Коране от Пророка... Они заложили основы для искажения Книги, Божественной Сунны и религии. И дело дошло до того, что становится стыдно от одного упоминания всего этого. И чем больше ширились эти основы, тем больше становилось всяких извращений и искажений, пока Священный Коран, который был ниспослан Господом Богом Мухаммеду в его полном прозрении для улучшения человечества и объединения не только мусульман, но и всей людской семьи, с тем, чтобы привести человечество в состояние, которого оно должно достичь, спасти этого носителя божественных качеств от сатаны и деспотичных правителей, установить справедливость в мире и передать власть в руки безгрешных духовных правителей, чтобы те передали ее достойным людям, был вытеснен из жизни, как будто он и не имел предназначения Наставления.

Дело дошло до того, что в руках продажных властей и порочных ахундов, которые были хуже деспотичных правителей, Священный Коран использовался как инструмент для насаждения насилия, жестокости и коррупции и оправдания угнетателей и врагов Господа.

К сожалению, в руках врагов, готовящих заговоры, и в руках неискушенных друзей Коран, книга, призванная определять судьбы, не использовалась и не используется нигде, кроме как на кладбищах и поминках. То, что призвано быть средством объединения мусульман и всего человечества и должно стать Книгой нашей жизни, превратилось в орудие раскола или вообще ушло из повседневной жизни» (Завещание. Предисловие, стр. 4, 5. По тексту издания Независимого Информационного Центра «Тавхид», Москва, без года издания, ISBN 5-87298-127-9).

Мы должны, прежде всего, признать, что суть религии в реальном наличии обоюдосторонней связи человека с Богом, а не в наличии Священного писания, лежащего в почетном месте. Вероучение Мухаммеда — это, действительно, Откровение, но оно свободно от наваждений ровно настолько, насколько было свободно от них сознание самого Мухаммеда, да и дано это Откровение применительно к конкретно-историческим условиям той эпохи.

Если бы все решалось непогрешимостью самого Писания, то, по-видимому, Мухаммед мог бы задаться целью и оставить после себя «эталонный экземпляр» Корана, на чем были сосредоточены все усилия последователей Мухаммеда. Деятельность любого Пророка прежде всего ценна тем, что является наглядным примером взаимодействия человека с Богом. Любой человек способен в определенной степени осуществить роль Посланника по отношению к другим людям. Бог вел и ведет по жизни каждого, но реализуется это в соответствии с уровнем его нравственности, которая обеспечивает его миропонимание. Слова и обрядовые действия без наличия веры Богу по жизни превращаются в видимую форму, за которой нет жизненной силы.

Любое писание можно при желании и понять, и истолковать, приспосабливая под нужды толкователя, под его мировоззрение и нравственность. Именно это и происходит с исторически сложившимся исламом, отошедшим от жизненной практики Мухаммеда, в пользу бездумного цитирования Священного писания и поклонения молитвенному коврику.

Анализ глобальной истории человечества со времен древнеегипетского фараона Эхнатона-Аменхотепа IV (1375— 1325 гг. до н. э.) приводит к выводам о двойственной миссии пророков, начиная с Моисея. Жречество иерархии Амона, переродившись в знахарство, не смогло сокрыть идею единобожия от человечества, которое ставилось им под контроль, и сработало по принципу: «Не можешь противостоять — должен возглавить и увести на ложный путь». Вследствие этого культ единобожия Эхнатона, единобожие древней языческой Руси отличаются от единобожия, основанного на Библии и Коране. Библия и Коран злонамеренно едины в запугивании адом всех, кто не признает их Божественное происхождение и проявляет свою волю и собственное миропонимание вместо безоговорочно-бездумного следования догматам веры. Наличие ада и рая представляется крайне немилостивым и недостойным Божественной воли, поскольку изначально предопределены некие «отходы производства», изначально обреченные на нескончаемые мучения.

В противовес этим учениям верования русской цивилизации до ее крещения не включали в себя учений о вечном аде и рае. Такое мировоззрение делало людей свободными от морального террора и прямого подкупа, когда они вершат свои дела от души, а не из-за чувства боязни или ради ожидаемого воздаяния раем. Двойственную роль в истории тех, кого официально провозглашают пророками, ярко раскрыл А. С. Пушкин в «Гавриилиаде».

Выполненный анализ соотношения священных писаний и жизненной практики позволяет нам сделать вывод, что исчерпание конфликта на Кавказе лежит в плоскости перемен ныне господствующей общественной нравственности.

Мы должны согласиться с общепризнанным мнением простых людей, что организованная преступность и терроризм имеют в России специфическую национальную окраску. В этой криминальной статистике выражается сохраняющийся родоплеменной уклад жизни отдельных регионов России и сопутствующие этому укладу клановые принципы коллективного соучастия в одном преступлении на основе кровного или духовного родства. Без перемен в жизненном укладе борьба с такой преступностью эффективна, если за преступления младших автоматически отвечали бы не только они сами, но и старшие в иерархии клановых отношений.

С момента вхождения Чечни в состав Российской империи наши народы стояли на разных ступенях общественного развития. Горские народы жили родоплеменным строем, допускавшим прямое рабовладение. Общественная нравственность в Чечне такова, что и по сию пору позволяет, обращая в рабов как своих бедняков, так и захваченных пленников, содержать их на цепях в специальных камерах для рабов (зинданах) и выводить их на этих же цепях для каторжного труда. Россия до 1917 года жила сословно-кастовым строем, в котором рабовладение реализовывалось в завуалированной форме — сначала в форме крепостного права, а потом в форме частной собственности на средства производства коллективного пользования. При этом Россия тернистым путем, путем грубых трагических ошибок, попадаясь на провокации типа марксизма, всегда искала путь к ликвидации рабовладения, к справедливости, к ликвидации паразитизма одних слоев на труде и жизни других.

События 1990-х годов были в этом плане шагом назад, они привели в Кремль «демократизаторов», реализующих наиболее изощренные схемы глобального угнетения. Если в Чечне сохранившееся рабовладение носило персонифицированный характер и затрагивало конкретных людей, то в России была применена схема, в которой в неосознанное рабство, с петлей из ростовщического галстука на шее вместо цепей, попадает каждый из участников общественно-полезного созидательного труда. Это угнетение реализуется глобальными ростовщическими банковскими кланами и их управленческой периферией — новоявленной ростовщической и финансово-посреднической шпаной России. Доходность от ссудного процента по кредиту в безумных грабительских значениях от 13 до 210% в год многократно превышала теоретически возможные доходности в производстве, разоряя всех без исключения его участников. Благополучие в России возможно только в тех сферах деятельности, которые общественно вредны (перекачка ресурсов на Запад, алкоголь, табак и иные виды генного оружия) или общественно бесполезны (обмены валют, фондовые и финансовые операции и т. п.). Те, кто осуществляет антиобщественную деятельность, жируют на узаконенном грабеже принадлежащих всему народу природных ресурсов, на грабеже участников производительного труда и сферы обслуживания, обреченных на нищенское существование.

Поэтому, если, по совету Козьмы Пруткова, зрить в корень, то мы должны признать, что Чечня была права, оказывая сопротивление Кремлю в установлении режима ростовщического угнетения, гневно осуждаемого Кораном

(сура 2, аят 275). Кровавая бойня началась в отместку после того, как государственная власть Чечни выступила против антинародной линии, поддержала ГКЧП, а фактически единство Союза. Беда этой власти была в том, что она попалась на провокацию, не рассмотрела механизм ГКЧП как спектакль, заранее спланированный и срежиссированный хозяевами «демократизаторов».

Вместе с тем, подавляя архаичное рабовладение внутри Чечни, Кремль также, бесспорно, прав. Прикрывающиеся свободолюбием чеченские старейшины не противодействовали, когда грабеж транзитных поездов в Чечне стал «народным промыслом», они не противодействовали расцвету финансовых аферистов на чеченских банковских- АВИЗо. Не слышали мы и того, чтобы депутаты Чечни в Думе вели борьбу с ростовщическим угнетением в России.

Так что российско-чеченский конфликт — это борьба «элит» этих двух сторон за право на реализацию собственного способа осуществления рабовладения. При сохранении мировоззренческих стандартов рабовладения этот конфликт в принципе неразрешим, и в нем нет абсолютно правых и абсолютно виноватых. При этом каждая сторона осознавала свою правоту, не видя правоты другой, и таким образом конфликт был выгоден глобальным финансово-ростовщическим кланам и будет подогреваться и управляться ими ровно столько, сколько потребуется мировому закулисью, либо до тех пор, пока оно не будет отсечено от управления устанавливающимся в России самовластием народа.

Эффективное исчерпание конфликта возможно лишь на пути преодоления любого разноликого рабовладения во всех его формах и проявлениях. Невозможно, опираясь на одно зло, победить другое зло. Древняя буддистская мудрость в 17-й главе («О Гневе») гласит: «Да победит он гнев отсутствием гнева, недоброе — добрым, да победит он скупость щедростью, правдой — лжеца». Настала пора отказаться от многих традиций отцов, чтобы вспомнить традиции праотцов. В Древней Руси пленных кочевников — степняков — уводили вглубь территории, давали землю, и через одно-два поколения они становились русскими, обогащая культуру Руси своим миропониманием. Именно в этих мудрейших традициях с целью разрушения родоплеменного уклада, склонного к рабовладению, в 1944 году стремящимся к самовластию нашего государства И. В. Сталиным было осуществлено переселение части горских народов с их исторической Родины[5]. Троцкист Хрущев прервал этот процесс прежде, чем он вошел в стадию необратимости.

Со времен, предшествовавшим крещению, Русь живет в губительном для нее дефиците управленческих кадров государственного аппарата, чьи, прежде всего, нравственные, мировоззренческие, профессиональные качества отвечали бы потребностям и чаяниям простого народа, потребностям обеспечения стратегии бескризисного общественного развития: именно об этом говорят легендарные слова: «Земля у нас обильна, наряда (т. е. управления) только нет». Во имя разрешения этой проблемы в стране идет активная подготовка принципиально новой, внеэлитарной, кадровой базы.

Коран, как основа Ислама, — это серьезное мировоззренческое произведение, и, как известно, он содержит особые суры, которые оказывают мистическое воздействие на тех, кто регулярно читает их, глубоко вникая в суть. К нам поступали неоднократные обращения с просьбой назвать эти суры. Именно поэтому мы и приводим их в порядке заключения, переводя при этом арабское слово Аллах на русский язык:

2:255 Бог Всевышний, нет божества кроме Него, вечно живого, вечно сущего. Не властны над ним ни дремота, ни сон. Ему принадлежит то, что на небесах, и то, что на земле. Кто же станет без его соизволения заступничать перед ним?

2:256 Нет принуждения к вере. Уже [давно] истинный путь различили от ложного. Тот, кто не верует в идолов, а верует в Бога, уже ухватился за прочную вервь, которая не рвется. Бог — слышащий и знающий.

113:1-5 Во имя Бога милостивого милосердного

Ищу убежища у Господа рассвета

от зла того, что Он сотворил,

от зла ночного мрака, когда он застилает [мир],

от зла дующих на узлы [колдуний],

от зла зависти завистника.

114:1-6 Во имя Бога милостивого милосердного

Ищу убежища у Господа людей,

царя людей,

Бога людей

от зла искусителя, исчезающего [при упоминании имени Бога], подвергающего искушению сердца людей, джиннов и людей [представляющего]. 1: 1-7 Во имя Бога, милостивого, милосердного Хвала Богу — Господу [обитателей] миров, милостивому, милосердному, властителю дня Суда!

Тебе мы поклоняемся и к тебе взываем о помощи:

веди нас прямым путем,

путем тех, которых ты облагодетельствовал,

не тех, что [подпали под твой] гнев, и

не [путем] заблудших (иудеи и христиане

соответственно. — Наше пояснение).

Глава 12 От глобализации эпохи Рыб в эпоху Водолея

Он звезды сводит с небосклона, Он свистнет — задрожит луна; Но против времени закона Его наука не сильна.

А. С. Пушкин

«Глобализация» — термин политологии, только в последние годы XX столетия ставший достоянием сознания тех, кто интересуется политикой и экономикой. Именно в это время «глобализацией» стали называть совокупность экономических и общекультурных явлений, которые воздействуют на исторически сложившиеся культуры народов, проживающих в разных частях планеты. При этом глобализация отчасти разрушает их, а отчасти собирает в некую — ныне пока еще только формирующуюся — глобальную культуру, которой предстоит в исторической перспективе объединить все человечество. Хороша ли будет эта культура либо плоха? — вопрос пока во многом открытый.

«Антиглобалисты» — люди, по разным причинам выступающие против «глобализации». Однако, к сожалению, в своем большинстве они не утруждают себя тем, чтобы понять, за что и против чего они борются, и потому у них не получается ничего, кроме массового уличного хулиганства. Такое неопределенное по существу и явно разрушительное по форме отношение представляет собой не меньшее насилие над людьми, как и исторически реальная «глобализация», осуществляемая на основе Доктрины «Второзакония — Исайи». При внимательном рассмотрении выступления антиглобалистов оказываются организованными и профинансированными теми силами, против которых они якобы борются. Цели финансирования вполне очевидны: «Нет, уж лучше глобалисты, чем их противники»,— вполне обоснованно заявляют простые люди. В то же время люди, наделенные совестью, здравым смыслом и глубоким пониманием, способны найти разумное общечеловеческое разрешение этой проблемы.

Дело в том, что глобализация исторически реально проистекает из разносторонней деятельности множества людей, преследующих свои личные и групповые интересы. И эти интересы в большинстве своем не содержат глобальных целей. То, что ныне называется «глобализацией», имело место и в прошлом, но не имело имени. На протяжении всей видимой истории нынешнего человечества «глобализация» проявлена как процесс взаимного проникновения национальных культур друг в друга.

В прошлом глобализацию стимулировала международная торговля и политика завоеваний, а ныне она стимулируется большей частью непосредственно технологическим объединением народных хозяйств разных стран в единое мировое хозяйство человечества.

Экономическая составляющая глобализации на протяжении всей истории доминирует над ее другими аспектами и представляет собой процесс интеграции производительных сил (населения разных частей планеты и их ресурсов) в единую хозяйственную систему человечества, в результате чего в мире становится все меньше хозяйственных единиц, изолированных как от этой системы в целом, так и от прочих ее фрагментов. При этом имеет место унификация организации управления производительными силами в разных частях планеты, стандартизация в глобальных масштабах техники, технологий, продукции. При этом надо ясно понимать, что современное человечество и любое национальное сообщество (включая реликтовые первобытные культуры, застрявшие до настоящего времени в каменном веке) не могут существовать без управляемых систем производства и распределения продукции.

Все это в совокупности означает, что глобализация — процесс исторически объективный. Он порожден не волей тех или иных «глобализаторов» и протекает вне зависимости от желания и воли каждого из противников некой «глобализации вообще», неопределенной по содержанию. И хотя такого рода мифы в обществе существуют, реально глобализация проистекает из деятельности множества людей, действующих по своей инициативе в обеспечение своих частных — и вовсе не глобального масштаба — интересов.

Именно по этой причине бороться с глобализацией методами национального обособления и изоляционизма невозможно. В истории тому есть наглядные подтверждения. Так, попытка противостоять глобализации со стороны Японии, начатая в средние века при соприкосновении с библейской культурой европейцев, завершилась тем, что во второй половине XIX века Япония была «вскрыта» США и Британией как ракушка — в ультимативном порядке под угрозой применения военной силы. Еще более печальной была судьба цивилизаций доколумбовой Америки. Они пали жертвой глобализации, проистекающей из Доктрины «Второзакония — Исайи» главным образом потому, что не смогли дать захватчикам достойного отпора.

Возможно, та же история произошла с древнерусской православной культурой, народ которой жил в любви, правде, доверии и... деревянных городах и деревнях.

Во второй половине XX века в интервью, показанном по Первому каналу российского телевидения 07.07.1993 г., бывший глава правительства Японии Ясухиро Накасоне сказал, что главным из того, что он сделал на посту премьер-министра, является создание в Японии Института изучения глобальных проблем.

Создание института такой направленности, финансируемого государством, имеет смысл, если Япония признает за собой глобальный уровень значимости своей политики. Можно предположить, что, вне зависимости от официальных заявлений правительства, Япония намерена следовать глобальной концепции в решении изучаемых этим институтом проблем. Причем эта концепция будет отлична от Доктрины «Второзакония — Исайи».

Не исключено, что один из вариантов антиглобализма в отношении глобализации по-западному, осуществляемой на основе Доктрины «Второзакония — Исайи», это глобализация по-японски, хотя в мире существуют объективные предпосылки и к другим вариантам глобализации, в том числе и глобализации по-русски.

Если теоретически задаться целью — остановить глобализацию, то необходимо повсеместно прекратить экспортно-импортные операции, ликвидировать туризм, трудовую миграцию населения, творчество и гастроли деятелей различных видов искусств, художественные и прочие выставки, переводы с языка на язык деловой корреспонденции, художественных произведений и научных трактатов, свести к минимуму дипломатическую деятельность и искоренить мафии.

Очевидно, что такие «искренние» попытки борьбы против «глобализации вообще» — как жизненного принципа развития нынешней цивилизации на планете — лишены содержательного смысла. Однако и смириться с глобализацией в том виде, в каком она реально протекает, сопровождаясь глобальным биосферно-экологическим кризисом и множеством социальных кризисов там, куда проникает современный капитализм западного образца, — означает подвергнуть будущее человечества тяжким бедствиям.

Глобализация проистекает из частной деятельности множества людей, преследующих свои личные цели и не думающих в масштабе планеты как целого. Однако внимательное отношение к истории и обобщение фактов указывает на то, что глобализация носит управляемый характер. В основе этою управления лежит Доктрина «Второзакония — Исайи» и обслуживающая ее библейская культура, включая науку западной региональной цивилизации. Почему это стало возможным?

В силу объективной разницы в уровне материальной свободы и горизонта планирования своей жизни разными людьми.

Обычный человек или обыватель использует свои знания и свою жизненную силу преимущественно для решения задачи выживания, рождения и становления детей. Ему не хватает ни сил ни времени на то, чтобы посмотреть на происходящее в масштабе всей своей жизни или тем более нескольких поколений.

В то же время, в человечестве всегда существовали и будут существовать социальные группы, участники которых в преемственности поколений преследуют определенные цели в отношении человечества в целом. Для этого они разрабатывают и применяют долгосрочные средства достижения целей, которые в силу их масштаба невидимы для большей части человечества.

Одной из таких групп около 3000 лет тому назад стала иерархия посвященных Древнего Египта, которая, после того как во времена Рамзеса Великого Египет потерпел поражение от хеттов, первая в истории нынешней цивилизации начала «холодную войну» за осуществление безраздельного мирового господства от имени Бога. Это необходимо отметить для дальнейшего освещения экономических аспектов глобализации, хотя тема появления в политике Доктрины «Второзакония — Исайи» относится к предметной области исторической, а не экономической науки.

Выбор целей и средств их осуществления обусловлен нравственностью тех или иных «глобализаторов». Это означает, что разными политиками, народами и их культурами глобализация, как таковая, может быть ориентирована на достижение взаимоисключающих целей. При этом она может осуществляться взаимоисключающими средствами по взаимно исключающим друг друга концепциям организации жизни общества и по вытекающим из них разнонаправленным политическим сценариям.

В своем финансово-экономическом аспекте концепция нынешней глобализации представляет собой доктрину скупки мира со всем его содержимым, включая население регионов, на основе корпоративной транснациональной монополии на ростовщичество, то есть корпоративной монополии на институт кредита со ссудным процентом.

Рассмотрение функционирования института кредита со ссудным процентом не в аспекте самоокупаемости изолированно рассматриваемого кредитора, а в аспекте функционирования кредитно-финансовой системы в целом позволяет выявить два свойства, ему присущих.

ПЕРВОЕ. Институт кредита со ссудным процентом в терминах раздела математики, именуемого «теория игр», представляет собой «игру с ненулевой суммой», то есть такую «игру», принципы построения которой во всех случаях гарантируют выигрыш только одной из сторон при любых стратегиях всех прочих участников «игры». В данном случае выигрыш гарантирован — корпоративному кредитору, хотя в пределах корпорации ростовщиков некоторые из «кредиторов» могут «проиграть», то есть разориться.

ВТОРОЕ. Институт кредита со ссудным процентом представляет собой корпоративное средство макроэкономического управления социально-экономическими системами.

И то и другое можно показать математически строго на основе анализа финансового обращения. По сути дела в обществе, признающем правомочность кредитования под процент, институт кредита со ссудным процентом является неиссякаемым источником нетрудовых доходов мафиозной корпорации ростовщиков.

Все множество сделок купли-продажи в обществе, где есть институт кредита, можно разделить на два класса:

· сделки, осуществление которых возможно без того, чтобы покупатель прибегал к услугам кредиторов;

· сделки, осуществление которых возможно только с привлечением кредитных средств.

Решение же о том, предоставить кредит либо отказать в кредитовании, в конечном итоге, находится в компетенции кредитора: при макроэкономическом масштабе рассмотрения — кредитора корпоративного, интересы которого могут быть выражены как в неписаных культурных традициях общества, так и в его юридической практике.

Кроме того, институт кредита со ссудным процентом порождает в кредитно-финансовой системе нехватку платежеспособности производств и населения по отношению к заявленной стоимости продукции, выставленной на продажу, а также и некоторый объем заведомо неоплатной задолженности. Ведь процентные доходы имеют экспоненциальную зависимость (процент на процент), вследствие чего обгоняют рост финансовых доходов производства и потому не имеют должного товарного обеспечения. Объем заведомо неоплатной задолженности некоторым образом временно распределяется среди финансовых участников, большинство из которых узнает о ее наличии только тогда, когда корпоративный кредитор предъявляет счета к оплате. Такое предъявление «счетов к оплате» и является началом системно запрограммированных финансовых кризисов. Эта заведомо неоплатная задолженность, практически выражающаяся как заведомо программируемая нехватка средств платежа в торговом обороте по отношению к ценам, заявляемым продавцами, может быть покрыта за счет двух источников.

Первый — дополнительная денежная эмиссия, которая ведет к снижению покупательной способности платежной единицы, а при больших объемах задолженности — к разрушению устойчивых межотраслевых пропорций, дефициту оборотных средств и, как следствие, к разрушению структуры макроэкономической системы. Это просто по определению не может не происходить в постсоветской России, где ставки кредитования доходили до 210% годовых и никогда не выходили из зоны двузначных значений.

Второй — прощение не реальной к возврату задолженности кредиторами.

Если первый источник, позволяя решить одну проблему, создает другую, то второй свободен от негативных сопутствующих эффектов. Исторически так сложилось, что первый (эмиссия) в большинстве случаев находится в руках государства, а второй — в руках частных лиц — участников корпорации кредиторов.

Таким образом, объемы кредитования, спектр распределения кредитов по отраслям производства и иным сферам общественной деятельности, по регионам государств и планеты, формирование статистики сроков погашения кредитов — представляют собой средства макроэкономического управления в любом случае. Кроме того, при наличии в системе ссудного процента к этим средствам управления добавляются ставка ссудного процента (как одно из условий предоставления кредита) и адресное прощение неизбежно возникающей заведомо неоплатной задолженности.

При сосредоточении этих инструментов в руках частных лиц, которых общество рассматривает как разновидность частных предпринимателей, неизбежно образуется корпорация, от которой в финансовой зависимости оказывается все общество, вся его производственно-потребительская система и государственность. Обладая этими средствами, такого рода корпорация может быть не хозяйкой сама себе, а инструментом макроэкономического управления в масштабах того или иного государства, региона, включающего несколько государств или мира в целом.

В исторически длительном процессе глобализации, осуществляемой на основе и в понятийных ограничениях западной культуры, психологическая потребность побыстрее рассчитаться с заимодавцем была одним из важнейших факторов мотивации к труду и научно-техническому творчеству для множества людей во многих поколениях. При этом кредитная удавка и мотивация к скорейшему расчету с ростовщиком:

⇐ Предыдущая 15 16 17 181920 21 22 23 Следующая ⇒

Поделиться с друзьями:

Дата добавления: 2014-11-06; Просмотров: 47; Нарушение авторских прав?; Мы поможем в написании вашей работы!

Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет

studopediasu.com - Студопедия (2013 - 2026) год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! Последнее добавление

Генерация страницы за: 0.011 сек.